Информация

Решение Верховного суда: Определение N 127-АПУ17-8 от 11.07.2017 Судебная коллегия по уголовным делам, апелляция

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дело № 127-АГГУ17-8

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Москва 11 и ю л я 2 0 1 7 г о д а

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего Безуглого Н.П.,

судей Кочиной ИГ., Червоткина А С ,

с участием:

государственного обвинителя - прокурора Филимоновой СР.,

осужденного Алиева М.Т.,

защитника - Гафарова Т.Р.,

при секретаре Пикаевой М.А.,

рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного Алиева М.Т. и в его защиту адвоката Гафарова Т.Р. на приговор Верховного Суда Республики Крым от 3 мая 2017 года, которым

Алиев М Т

несудимый,

осужден:

- по п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ к лишению свободы сроком на 8 лет 6

месяцев с отбыванием в исправительной колонии строгого режима,

С осужденного в пользу потерпевшего С в возмещение морального вреда взыскан 1 миллион рублей.

Принято решение в отношении вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Кочиной И.Г., выступление осужденного Алиева М.Т. и адвоката Гафарова Т.Р., поддержавших доводы, изложенные в апелляционных жалобах, дополнительно просивших зачесть в отбытие наказания период содержания под стражей, на который выдавал Алиева в для проведения следственных действий, мнение прокурора Филимоновой СР., полагавшей изменить режим исправительной колонии, в

I

которой назначено отбывание наказания, со строгого на общий, Судебная коллегия

установила:

Алиев М.Т. осужден за убийство из корыстных побуждений,

совершенное 29 августа 2001 года в г. при обстоятельствах,

изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе осужденный Алиев М.Т. указывает, что в нарушение положений уголовно-процессуального закона и указаний Пленума Верховного Суда РФ приговор в отношении его основан на предположениях По мнению осужденного, положенными в основу приговора показаниями С не подтверждается его причастность к убийству потерпевшего поскольку он лишь из автомобиля слышал шум борьбы в доме, в то время как труп потерпевшего нашли не в домовладении, а возле него. Факт заинтересованности его мобильным телефоном сам по себе не свидетельствует о наличии корыстного мотива, поскольку местонахождение телефона потерпевшего не устанавливалось. С учетом вышеуказанных сомнений в его виновности просит приговор отменить и дело передать на новое рассмотрение.

Адвокат Гафаров Т.Р. в апелляционной жалобе считает, что выводы суда о виновности Алиева в совершении убийства из корыстных побуждений построены на предположениях.

Так, согласно заключениям экспертов от 24.10.2001 года и от 24.11.2006 года следы бурого цвета на месте происшествия могли произойти за счет крови, как С , так и Алиева. Из заключения экспертизы трупа не понятно на чем основаны выводы эксперта о характере повреждений потерпевшего, на личных исследованиях или выводах других специалистов.

По мнению адвоката, делая вывод о наличии у Алиева корыстного мотива суд не учел, что он интересовался лишь стоимостью телефона принадлежащего потерпевшему, поскольку на тот момент он являлся новой моделью, а доказательств того, что Алиев похитил данный телефон, не имеется. Подзащитный не располагал информацией о наличии у потерпевшего денежных средств, а по прибытии на место попросил водителя подождать его что, по мнению защитника, не свидетельствует об умысле на убийство.

Судом не было установлено точное время совершения преступления и орудие убийства, противоречия в доказательствах не позволили дать правильную квалификацию действий виновного лица.

На основании изложенного приговор просит отменить и дело передать на новое рассмотрение в суд 1 инстанции.

В возражениях государственный обвинитель Логвиненко А.Н. просит приговор суда оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Заслушав участников процесса, обсудив доводы, изложенные в апелляционных жалобах, возражения на них, проверив в апелляционном порядке материалы уголовного дела, Судебная коллегия считает, что выводы суда о виновности Алиева в совершении преступления соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом.

Алиев в судебном заседании не отрицал, что привез к себе в дом С но утверждал, что сделал это по просьбе Д иС , которым сдавал дом в аренду, при этом сам в дом не заходил, а, следовательно, и С не убивал.

Однако совокупностью исследованных доказательств, приведенных в приговоре, опровергается версия осужденного.

Согласно показаний свидетеля С 29 августа 2001 года в кафе Алиев договорился с С о продаже последнему нескольких мобильных телефонов, которые находились у него по месту жительства. С этой целью он довез обоих до дома Алиева, свет в котором не горел. Алиев и С зашли в дом, а он остался их ждать в машине возле калитки. Через некоторое время услышал шум борьбы, доносившейся из дома, и крик С : «Что ты делаешь?» Испугавшись, он возвратился в кафе и позвонил по телефонному номеру Сизова, но тот не отвечал. Он рассказал об услышанном брату Алиева - Я и они вместе поехали к дому. Свет в доме не горел, дверь была заперта. Якубов через забор осмотрел территорию дома, но там никого не увидел.

Показания С суд правомерно положил в основу приговора поскольку они являются допустимыми, последовательными, не имеют противоречий, которые бы могли оказать влияние на правильность установления обстоятельств дела, и согласуются с другими доказательствами что свидетельствует о их достоверности.

Так, свидетель П опровергла показания Алиева и последние показания его матери, показав, что дом в аренду Алиевы никогда не сдавали.

При осмотре дома Алиева, в нем обнаружены пятна бурого цвета которые образованы кровью, которая могла произойти как от С , так и от Алиева, что отражено в заключениях экспертиз от 24 октября 2001 года и от 24 ноября 2006 года.

Вышеуказанные заключения согласуются с показаниями свидетеля Соболева о том, что между Алиевым и С в доме завязалась борьба.

Согласно показаниям С ни С , ни он ранее не были по месту жительства Алиева, осужденный указывал им дорогу, следовательно, следы крови С не могли быть оставлены в доме Алиева при иных обстоятельствах.

После описанных С событий С в живых никто не видел его автомашина стояла возле кафе.

Об этом же в своих показаниях сообщил и свидетель Я

Потерпевший С пояснил, что его сын пропал в конце августа 2001 года.

Через несколько дней, 8 сентября 2001 года, труп С с признаками насильственной смерти был обнаружен в 30 местах от дома, в котором проживал Алиев, и, в который пригласил С с целью продажи телефонов.

Установлено, что смерть С наступила в результате колото резаных ранений, осложнившихся острым малокровием.

Вопреки доводам адвоката, экспертиза трупа выполнена компетентным специалистом, выводы эксперта являются полными и непротиворечивыми, в связи с чем суд правильно привел их в приговоре в качестве доказательства.

Время наступления смерти, указанное экспертом, также совпадает с показаниями С в части указания даты, когда Алиев пригласил к себе в дом С для продажи телефонов.

Вопреки доводам стороны защиты все положенные в основу приговора доказательства отвечают требованиям допустимости. Оценив их в совокупности, суд счел их достаточными для принятия решения по делу поскольку они позволили всесторонне, полно и объективно установить обстоятельства преступления и виновность Алиева в его совершении, а также опровергнуть его версию о непричастности к убийству потерпевшего.

При установлении мотива преступления суд правильно исходил из показаний С о том, что в пути движения Алиеву очень понравился дорогой телефон « , принадлежащий С , в связи с чем он спрашивал его стоимость, на что С ответил, что такую модель телефона хорошо покупают и стоит она долларов США. На вопрос, за какую цену С может купить у него телефоны, тот сказал, чтобы Алиев на многое не рассчитывал, поскольку у него с собой всего долларов США.

Оценив данные показания в совокупности с показаниями матери осужденного о том, что в период, относящийся к преступлению, Алиев злоупотреблял спиртным, продавал из дома вещи и имел долги, суд обоснованно решил, что убийство совершено им корыстных побуждений.

При таких обстоятельствах действия осужденного правильно квалифицированы по п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ, как убийство из корыстных побуждений.

Изменение обвинения с убийства, сопряженного с разбоем на убийство

из корыстных побуждений не нарушает прав осужденного и не ухудшает его

положение, поскольку оба мотива предусмотрены одним и тем же пунктом

части второй статьи 105 УК РФ, при этом убийство, сопряженное с разбоем,

охватывается понятием корыстного мотива данного преступления.

Наряду с вышеприведенными доказательствами при вынесении приговора суд правильно учитывал и иные обстоятельства свидетельствующие о виновности Алиева.

Так, после совершения преступления Алиев из города уехал, что следует из показаний его матери, а 29 сентября 2001 года был объявлен в розыск Согласно показаний свидетеля В по закрытым каналам связи правоохранительные органы Узбекистана сообщили о его задержании, в ходе которого он признался в совершении убийства в г. До конца 2007 года Алиев отбывал наказание в Узбекистане за совершенное там преступление и выдавался в Республику Украина для совершения следственных действий, а после освобождения - вновь скрылся. В ходе розыскных мероприятий его местонахождение удалось установить лишь в 2015 году.

В ходе судебного разбирательства Алиев заявил ходатайство об освобождении от уголовной ответственности за разбойное нападение на С и убийство последнего по нереабилитирующему основанию - в связи с истечением сроков давности уголовного преследования. Ходатайство в части разбоя было удовлетворено и судебное постановление осужденным не обжаловано.

Мотивы неприменения судом сроков давности уголовного

преследования к Алиеву за убийство С судом приведены, Судебная

коллегия находит их убедительными и оснований для иного вывода не

усматривает.

Судом в полной мере исследованы данные о личности и состоянии здоровья Алиева. На основании заключения судебно-психиатрической экспертизы и поведения осужденного судом сделан правильный вывод о его вменяемости.

Наказание Алиеву назначено с учетом характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, данных о его личности смягчающих обстоятельств, а также влияния назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

Неприменение в отношении его положений ч.б ст. 15 УК РФ, ст.64 УК РФ судом мотивировано, оснований не согласиться с приведенными мотивами не имеется.

Таким образом, поскольку нарушения норм уголовного закона при назначении наказания не допущено, по своему виду и размеру оно соответствует содеянному и данным о личности осужденного, оснований для его смягчения не усматривается.

Вопреки доводам осужденного вопрос о зачете в срок лишения свободы времени содержания под стражей в качестве меры пресечения судом решен правильно: в срок назначенного наказания зачтен период содержания Алиева под стражей со 2 мая 2006 года по 27 мая 2007 года в связи с выдачей в Украину для производства следственных действий и в период с 17 сентября 2015 года по 2 мая 2017 года.

Решение о возмещение морального вреда в пользу потерпевшего С принято в соответствии со ст. 151, 1101 ГК РФ, размер компенсации определен правильно, с учетом характера и степени нравственных страданий истца, требований разумности и справедливости.

Вместе с тем, приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

Согласно ст.2 ФЗ «О применении положений Уголовного кодекса Российской Федерации и Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя" преступность и наказуемость деяний, совершенных на территориях Республики Крым и города Севастополя до 18 марта 2014 года определяются на основании уголовного законодательства Российской Федерации. Поворот к худшему при этом не допускается.

Согласно приговору место отбывания наказания - колонию строгого режима суд назначил на основании п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ.

Преступление совершено Алиевым в августе 2001 года, в период действия Уголовного кодекса Республики Украины, введенного 1 апреля 1960 года. Согласно ст. 25 данного кодекса осуждаемым впервые к лишению свободы за тяжкие преступления отбывание наказания назначается в колониях усиленного режима. В колониях строгого режима отбывание наказания назначается лишь за особо опасные государственные преступления, к которым убийство не относится.

В соответствии с данной же статьей в зависимости от характера и степени общественной опасности совершенного преступления, личности виновного и иных обстоятельств суд вправе был назначить Алиеву отбывание наказания в исправительной колонии строгого режима с приведением мотивов принятого решения. Однако данный вопрос судом не обсуждался.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание, что Уголовным и Уголовно-исполнительным кодексами РФ в качестве учреждений исполняющих наказание в виде лишения свободы, не предусмотрены исправительные колонии усиленного режима, отбывание наказания Алиеву следует назначить в исправительной колонии общего режима.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.18, 389.19, 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, Судебная коллегия

определила:

приговор Верховного Суда Республики Крым от 3 мая 2017 года в отношении Алиева М Т изменить:

назначить ему отбывание наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

В остальном приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного Алиева М.Т. и адвоката Гафарова Т.Р. - без удовлетворения.

Председательствующий

Комментарии ()

    Судебная практика

    Судебная практика по статье 389.18 УПК РФ

    Информация о структуре кодекса

    Карта сайта