Информация

Решение Верховного суда: Определение N 49-АПУ16-19СП от 17.11.2016 Судебная коллегия по уголовным делам, апелляция

1

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дело № 49-АПУ-19сп

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г.Москва 17 ноября 2016 года

Судебная коллегия по уголовным дзлам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего Сабурова Д.Э.,

судей Климова А.Н. и Истоминой Г,И.,

при секретаре Пикаевой М.А рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам адвокатов Зеликмана А.М. и Юлтимировой Г.М. на приговор Верховного Суда Республики Башкортостан с участием присяжных заседателей от 7 сентября 2016 года, которым

Садыхов В С о ,,

несудимый осужден по пп. «д, ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ к 13 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима;

Шафиев Ш Б о ,

несудимый осужден по пп. «д, ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ к 10 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Постановлено взыскать в пользу М в счет компенсации морального вреда: с Садыхова В.С.о. - 1 000 000 рублей, с Шафиева Ш.Б.о. - 500 000 рублей. Кроме того, с осужденных солидарно в пользу М.

взыскан материальный ущерб в сумме 39 578 рублей.

Заслушав доклад судьи Климова А.Н., выступления осужденных Садыхова В.С.о. и Шафиева Ш.Б.о., адвокатов Зеликмана А.М. и Юлтимировой Г.М., поддержавших доводы апелляционных жалоб прокурора Пирогова М.В., полагавшего приговор оставить без изменения судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Садыхов В.С.о. и Шафиев Ш.Б.о. признаны виновными в том, что они действуя в группе с иными лицами по предварительному сговору умышленно, по мотиву мести, причинили смерть М с особой жестокостью. Данное преступление совершено ими в период с 4 февраля по 1 марта 2009 года в г. при обстоятельствах подробно изложенных в приговоре.

В апелляционных жалобах (с дополнениями):

адвокат Зеликман А.М. в интересах осужденного Садыхова В.Со указывает о своем несогласии с приговором и утверждает, что судом в процессе рассмотрения настоящего дели были допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона. При этом отмечается, что председательствующий судья необоснованно отклонила заявление сторон о тенденциозности состава коллегии присяжных заседателей, состоящей из одних женщин. Кроме того, в ходе судебного следствия судья незаконно удовлетворила ходатайство стороны обвинения об оглашении постановления следователя от 20.08.2016 о прекращении уголовного дела в отношении М в котором были приведены показания свидетелей в ином изложении по сравнению с тем, как они были даны ими в судебном заседании. Оглашение этого процессуального документа изменило мнение присяжных заседателей о виновности Садыхова В.С.о., и лишило сторону защиты возможности выяснить у данных свидетелей их отношение к оглашенным показаниям. Указывается, что решение об отмене постановления о приостановлении предварительного следствия по уголовному делу о нападении на Садыхова В.С.о. было принято в процессе рассмотрения настоящего уголовного дела и по нему фактически никакие следственные действия не проводились. Отмечается, что в оглашенном обвинительном заключении упоминались сведения о лицах, в отношении которых материалы выделены в отдельное производство, и это обстоятельство также могло повлиять на вердикт присяжных заседателей Утверждается, что в процессе судебного разбирательства допущены нарушения принципа состязательности и равноправия сторон в связи с тем что председательствующим было удовлетворено ходатайство государственного обвинителя об исследовании протокола опознания Ю в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство, а в последствии судья отказал стороне защиты в исследовании протокола опознания Садыхова В на тс м основании, что уголовное дело в отношении него не рассматривается. Также указывается, что судом были нарушены требования п. 6 ст. 335 УПК РФ, поскольку исследовались доказательства в отношении лица, который не являлся подсудимым по настоящему уголовному делу. Кроме того, государственным обвинителем были представлены доказательства, полученные с нарушением закона показания свидетелей Р и Х об опознании Садыхова В.С.о. в зале судебного заседания, так как ранее этим же свидетелям предъявлялись фотографии Садыхова В.С.о., и при этом Р его не опознал. Отмечается, что государствен^ый обвинитель в присутствии присяжных заседателей незаконно огласил письмо от имени Юсубова З.Х.о несмотря на отсутствие сведений об его авт оре и обстоятельствах написания Кроме того, не допрошен отец Ю , НЕЗ которого тот якобы ссылается в своем письме, не проведена по нему поч =:рковедческая экспертиза, и оно судя по конверту, было отправлено из г. хотя его составитель пишет что он проживает в . Указывается также, что данное письмо не было включено следователем в список доказательств, подлежащих исследованию в суде, не отражено оно в обвинительном заключении, и поэтому председательствующий в соответствии с требованиями п. 5 ст. 335 УПК РФ обязан был не допускать его к разбирательству с участием присяжных заседателей. Утверждается, что стороне защиты было необоснованно отказано в представлении доказательств о наличии неприязненных отношений между осужденными и свидетелями С

и его сыном К представленных стороной обвинения. В частности, судья запретил задавать свидетелям вопросы, связанные с наличием у них неприязненных отношений с подсудимыми, чем были нарушены требования ч. 2 ст. 278 УПК РФ. Полагает, что свидетеля С суд обязан был допросить с участием присяжных заседателей п рассказывал об обстоятельствах, имеющих прямое отношение к фактическим обстоятельствам дела, и его показания согласуются с показаниями свидетеля Б ранее допрошенного в суде присяжных под псевдонимом «П . Также председательствующий незаконно отказал в ходатайстве об исследовании с участием присяжных заседателей показаний свидетеля Неклюдовой по поводу «алиби» С,

так как ее показания могли повлиять на вердикт и в отношении

В , который также утверждал об имеющемся у него аналогичном алиби». При составлении вопросного листа председательствующий неправомерно отклонил вопросы, поставленные защитой. В частности, необоснованно отклонен вопрос о наступлении смерти М в результате неправильного диагностирования и ошибочного лечения. При положительном ответе на такой вопрос действия Садыхова В могли быть квалифицированы по ч. 4 ст. 111 УК РФ, и тем самым было нарушено право подсудимого на защиту. Во время прений сторон государственный обвинитель незаконно сослался на протокол опознания Р Садыхова В так как такой документ не исследовался в суде присяжных, а затем исказил показания свидетеля Х который фактически не опознал Садыхова В , и об этом ему сделал замечание председательствующий. Напутственное ело во председательствующего было необъективным, так как в нем показания свидетелей Д и Т изложены неполно, а показания свидетелей К и С приведены выборочно. Кроме того, председательствующий сослался на недопустимые доказательства, перечислен ные выше, а позицию стороны защиты изложил с искажением, и не разъяснил присяжным заседателям понятие об эксцессе исполнителя, которое могло повлиять на принятое по делу решение. Автор жалобы также утверждает, что Садыхову В.С.о назначено наказание ближе к максимальным пределам санкции соответствующей статьи Уголовного закона, без учета требований ст. 65 УК РФ, в соответствии с которой оно не должно было превышать 13 лет 3 месяцев лишения свободы. Просит приговор отменить, уголовное дело направить на новое судебное разбирательство и изменить подзащитному меру пресечения на домашний арест.

Адвокат Юлтимирова Г.М. в интересах осужденного Шафиева Ш.Б.о также ссылается на то, что председательствующий необоснованно отказал в удовлетворении заявлений представителей сторон о роспуске коллегии присяжных заседателей ввиду тенденциозности ее состава, так как коллегия состояла только из женщин, и однородность состава могла повлиять на вынесенный ими вердикт. Кроме того, стороне защиты было незаконно отказано в допросе с участием присяжных заседателей свидетеля С,

располагавшего сведениями, опровергающими причастность подсудимых к вмененному им преступлению, который мог свидетельствовать о фактах оговора подзащитных свидетелем С

В этой связи суд не учел, что показания свидетеля С согласуются с показаниями свидетеля Б допрошенного под псевдонимом «П », и, следовательно, его необходимо было допросить с участием присяжных заседателей. Утьерждает, что свидетели С

и К (отец и сын) оговорили Шафиева и братьев Садыховых, так как на протяжении 2014 года и в настоящее время у них имеются с ними гражданско-правовые споры, однако председательствующий запретил задавать свидетелям вопросы по этим обстоятельствам Утверждает, что суд нарушил принцип состязательности и равноправия сторон, удовлетворив ходатайство государственного обвинителя о предъявлении Ю уголовное дело в отношении которого не рассматривалось, для опознания свидетелю С и одновременно отклонив при таких же обстоятельствах ходатайство об исследовании протокола предъявления Садыхова В для опознания свидетелю Р по основанию, что уголовное дело в отношении данного лица не рассматривается. Полагает, что в суде присяжных незаконно оглашалось письмо, которое якобы написано Ю поскольку с достоверностью не установлен его автор. Кроме того, данное письмо следователем не включено в перечень доказательств, не отражено в обвинительном заключении и отправлено из г. а его автор утверждает, что он скрывается в

и при этом он не предупреждался об ответственности за дачу ложных показаний. При постановке вопросного листа перед присяжными заседателями председательствующий судья необоснованно отклонил вопросы, поставленные защитой, влекущие ответственность за менее тяжкое преступление, и сформулировал вопросный лист таким образом, что по нему предполагались только утвердительные ответы. Из заключения судебно медицинской экспертизы следует, что М был поставлен неверный диагноз, и по этой причине проводилось нег равильное лечение, отчего у него развился отек мозга, и наступила смерть, однако такие вопросы, несмотря на предложения защиты, перед присяжными не ставились. В напутственном слове председательствующий исказил показания свидетелей и выводы судебных экспертиз, не уделил должного внимания доказательствам представленных защитой, и поэтому ему бы ли заявлены возражения. Просит приговор отменить, уголовное дело направить на новое судебное разбирательство, и меру пресечения в отношении Шафиева изменить на домашний арест.

В возражениях на жалобы государственный обвинитель Гайсин Р.З указывает о несогласии с ними и просит приговор оставить без изменения.

Изучив материалы уголовного дела, проверив и обсудив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к выводу о том, что приговор постановлен правильно.

Так, коллегия присяжных заседателей для рассмотрения настоящего уголовного дела сформирована с соблюдением требований ст. ст. 326-328 УПК РФ, при активном участии представителей обеих сторон (т. 13 л.д. 3-9). Причем, вопреки доводам жалоб, кандидат в присяжные заседатели Н дочь которой работает помощником прокурора

района , по заявлению защиты была отведена, и с ее участием решение по делу не выносилось (т.12 л.д.141, т. 13 л.д.5, 8).

После образования коллегии присяжных заседателей от государственного обвинителя поступило заявление, поддержанное защитниками, о ее роспуске в связи с тенденциозностью на том основании что в ее состав вошли только женщины (т. 13 л.д. 8 об.). Рассмотрев эти заявления, председательствующий принял решение об отказе в его удовлетворении, о чем подробно мотивировал свои выводы в соответствующем постановлении (т. 12 л.д. 68-69).

Учитывая особенность рассматриваемого уголовного дела (об убийстве одного мужчины несколькими мужчинами), а также положения ст. 19 Конституции Российской Федерации о равенстве мужчины и женщины перед законом и судом, было принято справедливое решение о том, что однородность состава коллегии присяжных заседателей по половому признаку не лишает ее способности вынести по настоящему делу объективный и беспристрастный вердикт.

В процессе судебного разбирательства председательствующий судья регулярно обращался к присяжным заседателям с вопросом о том, не утратил ли кто-либо из ее состава объективность, однако таких заявлений от членов коллегии не поступило (т. 13 л.д.47-48, 51, 78, 90).

Судебное следствие по настоящему делу проведено председательствующим с соблюдением принципов судопроизводства, в порядке, предусмотренном главой 38 УПК РФ, с учетом особенностей установленных ст. 335 УПК РФ, и все ходатайства участников судебного разбирательства, в том числе и о допустимости доказательств, были разрешены им в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Во вступительном заявлении к судебному следствию государственный обвинитель изложил сущность предъявленного подсудимым обвинения, и представители защиты никаких замечаний или возражений по этому поводу не высказали (т. 13 л.д. 10).

Кроме того, в ходе допроса свидетеля К председательствующий сделал замечание государственному обвинителю когда тот задавал свидетелю вопрос]:, процессуального характера, в частности, о розыске иных лиц, и одновременно обратил внимание присяжных заседателей на это обстоятельство, и рекомендовал им не учитывать такие сведения при принятии решения по делу (т. 13 л.д.29 об.).

Несмотря на возражения со стороны защиты, ходатайство государственного обвинителя об исследовании в присутствии присяжных заседателей протоколов предъявления Ю для опознания свидетелями С и Е было обоснованно удовлетворено (т. 13 л.д. 42-43). При этом суд учел, что по данному уголовному делу об убийстве М совершенном группой лиц по предварительному сговору осужденными и иными лицами, Ю являлся обвиняемым, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство в связи с его розыском. Поэтому сведения о нахождении Ю 1 марта 2009 года в подъезде д. по ул.

г. (то есть на месте преступления) имели существенное значение для вынесения объективного вердикта и в отношении подсудимых Садыхова В.С.о. и Шафиева Ш.Б.о.

Что касается ходатайства стороны защиты об оглашении протокола предъявления Садыхова В для опознания свидетелю Р то оно правомерно оставлено без удовлетЕюрения, поскольку указанный свидетель проживал напротив места совершения преступления в д. по ул. и он видел незнакомых ему лиц в своем доме только 27 февраля 2009 года, т.е. за 2 дня до совершения убийства М однако эти обстоятельства подсудимым Садыхову В.С.о. и Шафиеву Ш.Б.о не вменялись.

При таких данных, протокол предъявления для опознания, в ходе которого свидетель Р не опознал Садыхова В обоснованно признан председательствующим судьей как неотносимое доказательство (т.13л.д. 64о6.-65).

Вопреки доводам жалоб, в суде присяжных правомерно исследовалось постановления следователя Х от 20.08.2016 о прекращении уголовного дела в отношении М в связи с его смертью (т. 12 л.д. 117-122), так как описанные в нем обстоятельства вменялись подсудимым и входили в предмет доказывания по настоящему уголовному делу.

Кроме того, процедура вынесения этого постановления, а также постановления об установлении срока для исполнения указаний прокурора от 23 июля 2016 года (т. 12 л.д. 112-113) не была нарушена, и при предварительном обсуждении представители защиты фактически согласились с ходатайством государственного обвинителя об оглашении данного постановления с участием присяжных заседателей (т. 13 л.д. 77 об.).

Что касается ссылок в постановлении следователя от 20.08.2016 на показания Садыхова В.С.о., свидетелей С Г Т К (т. 12 л.д. 117-122), то все эти лица были допрошены в суде присяжных, и представители стороны защиты не были лишены возможности задавать им вопросы по обстоятельствам настоящего уголовного дела. Причем, после оглашения постановления о прекращении уголовного дела в отношении М сторона защиты дополнительно допросила подсудимого Садыхова В.С.о., и о повторном или дополнительном допросе кого-либо из вышеперечисленных свидетелей представители сторон не ходатайствовали (т. 13 л.д. 78).

С доводами апелляционных жалоб о повторном опознании свидетелями Р иХ подсудимого Садыхова В.С.о. согласиться нельзя.

Так, в ходе предварительного следствия фотография Садыхова В.С.о действительно предъявлялась Р для опознания, но он его не опознал (т. 3 л.д. 28-31), и по ходатайству адвоката Зеликмана А.М. этот протокол был оглашен с участием присяжных заседателей (т. 13 л.д. 70). В ходе судебного заседания свидетель Р среди других присутствовавших в зале суда лиц указал на Садыхова В.С.о., как на человека, которого он видел в своем доме за несколько дней до убийства потерпевшего (т. 13 л.д. 48 об.).

В этой связи, во время прений сторон, председательствующий соглашаясь с возражением адвоката Зеликмана А.М., сделал государственному обвинителю обоснованное замечание о том, чтобы «он не вводил присяжных заседателей в заблуждение» относительно опознания свидетелем Р подсудимого Садыхова В.С.о. (т. 13 л.д.80). Следовательно, это доказательство не учитывалось присяжными заседателями при принятии ими своего решения по делу.

Что касается свидетеля Х то в ходе предварительного следствия он опознал Садыхова В.С.о., как лицо, присутствовавшее на месте преступления в день убийства (т.З л.д.207-211), однако в связи с проведением опознания по фотографии это доказательство было признано недопустимым (т. 13 л.д.32-33) и не исследовалось с участием присяжных заседателей. В последующем, при допросе этого свидетеля в судебном заседании он вновь указал на Садыхова В.С.о., находившегося в зале суда, как на лицо присутствовавшее на месте преступления в день убийства (т. 13 л.д. 40).

Таким образом, в судебном заседании повторное предъявление осужденного Садыхова В.С.о. указанным выше свидетелям для опознания в порядке, предусмотренном ст. ст. 193, 289 УПК РФ, не проводилось.

В судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя действительно оглашалось заявления Ю от 6 мая 2015 года, в котором тот изобличал себя, других лиц и осужденных в совершении преступления (т.1 л.д. 184-185), однако при этом от представителей защиты каких-либо возражений заявлено не было (т. 13 л.д.42-43), в связи с чем председательствующий, руководствуясь положениями ст. 15 УПК РФ о состязательности процесса, правомерно допустил его к исследованию с участием присяжных заседателей (т. 13 л.д.4б об.).

Не основаны на материалах дела утверждения защиты и о том, что во время оглашения обвинительного заключения присяжным заседателям сообщались сведения юридического характера о лицах, уголовное дело в отношении которых выделено в отдельное производство, их процессуальный статус, или затрагивались иные правовые вопросы.

В ходе судебного заседания права подсудимых и их защитников по представлению доказательств, в том числе и для обоснования наличия неприязненных отношений между осужденными и свидетелями С

и К не нарушались, и эти лица подробно были допрошены с участием присяжных заседателей.

Ходатайство защиты о допросе в присутствии присяжных заседателей С было обоснованно отклонено, так как в ходе предварительного его допроса этот свидетель пояснил, что 1 марта 2009 года он находился в Республике Азербайджан и ничего не знает об обстоятельствах убийства М то есть, вопреки доводам адвоката З С не ; влялся свидетелем факта, и следовательно, в соответствии с требованиями ст. ст. 334 и 335 УПК РФ, он не мог допрашиваться с участием присяжных заседателей по фактическим обстоятельствам дела (т. 13 л.д. 68).

Между тем, суд удовлетворил ходатайство защиты о допросе в присутствии присяжных заседателей свидетеля Х который дал показания, опровергающие выводы обвинения (т. 13 л.д.69), и его показания были учтены присяжными заседателями при вынесении ими своего вердикта.

Что касается свидетеля Н , то ходатайство об ее вызове и допросе не заявлялось, а в ходатайстве адвоката Зеликмана А.М. об оглашении ее показаний, данных ею на предварительном следствии (т.2 л.д.226-227), правомерно отказано, поскольку ее допрос был проведен ненадлежащим лицом (т. 13 л.д.67, 71).

Кроме того, по «алиби» Садыхова В.С.о. с участием присяжных заседателей были подробно допрошены свидетели С Б

М и, следовательно, нрава подсудимых на защиту не нарушались.

Решение об окончании судебного следствия было принято председательствующим судьей с согласия представителей обеих сторон и каких-либо ходатайств о дополнении к нему от участников процесса не поступило (т. 13 л.д. 78 об.).

Вопросный лист составлен с соблюдением требований ст. ст. 338-339 УПК РФ, и перед присяжными заседателями были сформулированы вопросы по фактическим обстоятельствам дела в пределах предъявленного Садыхову В.С.о. и Шафиеву Ш.Б.о. обвинения (т. 13 л д. 100-106). Право высказать свои замечания по содержанию и формулировке вопросного листа, внести предложения о постановке новых вопросов, сторонам было предоставлено и ими реализовано (т. 13 л.д. 87 - 90).

Ссылки жалоб на отсутствие вопроса, предложенного защитой, о неправильной диагностике и несвоевременной специализированной медицинской помощи несостоятельны, поскольку ответ на него требует собственно юридической оценки при вынесении присяжными заседателями вердикта, что противоречит положениям ч. 5 ст. 339 УПК РФ.

Напутственное слово председательствующего судьи соответствовало требованиям ст. 340 УПК РФ, и, вопреки доводам жалоб, в нем был соблюден принцип объективности и беспристрастности судебного разбирательства (т. 12 л.д. 148-159).

Что касается возражения адвоката Зеликмана А.М. на напутственное слово, то в нем он сослался на доказательства, имеющие, по его мнению важное значение по делу (т. 13 л.д.90 об.), которые им в очередной раз были доведены до сведения присяжных заседателей, однако это обстоятельство никак не свидетельствовало об односторонности и необъективности судебного разбирательства.

Вердикт коллегии присяжных заседателей является ясным (т. 13 л.д. 100-106), и действия Садыхова В.С.о. и Шафиева Ш.Б.о. правильно квалифицированы по пп. «д», «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ, в соответствии с обстоятельствами, как они были установлены судом присяжных. Оснований для переквалификации действий осужденных на закон о менее тяжком преступлении судебная коллегия не усматривает.

Психическое состояние Садыхова В.С.о. и Шафиева Ш.Б.о. проверено полно, путем исследования и оценки заключений комиссионных судебно психиатрических экспертиз (т.6 л.д. 192-195,204-207), и осужденные обоснованно признаны вменяемыми.

Наказание Садыхову В.С.о. и Шафиеву Ш.Б.о. назначено в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 60 УК РФ, и оно соразмерно характеру и степени общественной опасности содеянного, данным об их личности совокупности смягчающих обстоятельств, таких, как совершения ими преступления впервые, наличия у них постоянного места работы противоправного поведения потерпевшего, благотворительности Садыхова и наличия троих малолетних детей на иждивении у Шафиева, а также с учетом вердикта коллегии присяжных заседателей, признавшим осужденных заслуживающими снисхождения.

Оснований для применения к Садыхов/ и Шафиеву положений ст. ст. 64 и 73 УК РФ, для изменения категории совершенного ими преступления и для смягчения наказания судебная коллегия не усматривает.

Гражданский иск потерпевшего М разрешен в соответствии с требованиями гражданского законодательства, и приговор в этой части в апелляционном порядке не оспаривается.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Верховного Суда Республики Башкортостан с участием присяжных заседателей от 7 сентября 2016 года в отношении Садыхова В С о и Шафиева Ш Б о оставить без изменения, апелляционные жалобы их защитников - без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Комментарии ()

    Судебная практика

    Судебная практика по статье 335 УПК РФ

    Информация о структуре кодекса

    Карта сайта