Информация

Решение Верховного суда: Определение N 49-АПУ15-32СП от 27.08.2015 Судебная коллегия по уголовным делам, апелляция

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дело №49-АПУ15-32сп

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ г. Москва 27 августа 2015 года

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Безуглого Н.П.,

судей Червоткина А.С., Истоминой Г.Н.

при секретаре Поляковой АС рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Минигалиева И.Н апелляционным жалобам представителя потерпевшей А адвоката Коротина А.Г., осужденных Гизитдинова А.М. и Камалова А.Р адвоката Комарова О.Л. в интересах осужденного Гизитдинова А.М. на приговор Верховного суда Республики Башкортостан с участием коллегии присяжных заседателей от 16 февраля 2015 года, которым

ГИЗИТДИНОВ А М

несудимый осужден к лишению свободы по:

- п.п. «д, ж, з» ч. 2 ст. 105 УК РФ на 18 лет с ограничением свободы на 2 года с установлением ограничений и обязанностей, указанных в приговоре;

- п.п. «а, в» ч. 2 ст. 158 УК РФ на 3 года.

На основании ч. 3 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно Гизитдинову А.М. назначено наказание - 19 (девятнадцать) лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы сроком на 2 года с установлением ограничений и обязанностей, указанных в приговоре.

1

Камалов А Р

несудимый осужден к лишению свободы по:

- п.п. «ж, з» ч.2 ст. 105 на 14 лет с ограничением свободы на 2 года с установлением ограничений и обязанностей, указанных в приговоре;

- по п. п. «а, в» ч. 2 ст. 158 УК РФ на 2 года.

На основании ч.З ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно Камалову А.Р. назначено наказание - 15 (пятнадцать) лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы сроком на 2 года с установлением ограничений и обязанностей, указанных в приговоре.

Постановлено взыскать в пользу А в порядке компенсации морального вреда с Гизитдинова А.М. - рублей, с Камалова А.Р. - рублей; в порядке возмещения материального ущерба с Гизитдинова А.М. - рублей, а также солидарно с Гизитдинова А.М. и Камалова А.Р. - рублей.

Заслушав доклад судьи Червоткина А.С, выступления прокурора Пирогова М.В., поддержавшего доводы апелляционного представления и просившего об отклонении доводов апелляционных жалоб, представителя потерпевшей А - адвоката Коротина А.Г., поддержавшего доводы своей жалобы, осужденных Гизитдинова А.М. и Камалова А.Р., их адвокатов Харисова В.Г. и Шаповаловой Н.Ю., поддержавших доводы апелляционных жалоб, Судебная коллегия

установила:

Гизитдинов А.М. и Камалов А.Р. признаны виновными: в совершении убийства А группой лиц по предварительному сговору Гизитдинов А.М. - с особой жестокостью, из корыстных побуждений Камалов А.Р. - по найму; кражи чужого имущества группой лиц по предварительному сговору, с причинением значительного ущерба.

Преступления совершены 21 ноября 2013 года в г. при обстоятельствах, указанных в приговоре.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Минигалиев И.Н. просит приговор изменить, признать в качестве обстоятельства, отягчающего наказание Гизитдинова А.М. за преступление предусмотренное п.п. «д», «ж», «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ, особо активную роль в совершении преступления, соразмерно усилить ему и Камалову А.Р наказание. На наличие этого отягчающего обстоятельства было указано и в обвинительном заключении, и в речи государственного обвинителя в судебных прениях. Считает, что Камалову А.Р. назначено чрезмерно мягкое

2

наказание, поскольку суд не в полной мере учел характер, степень общественной опасности и мотивы совершенных преступлений, личность виновного, его отношение к содеянному.

В апелляционной жалобе и дополнении к ней представитель потерпевшей А - адвокат Коротин А.Г. просит изменить приговор, назначить Гизитдинову А.М. и Камалову А.Р. более строгое наказание, а также увеличить размер компенсации морального вреда подлежащий взысканию с Камалова. Указывает, что суд не в полной мере учел требования ч. 3 ст. 60 УК РФ и назначил Гизитдинову А.М. и Камалову А.Р. чрезмерно мягкое наказание. Кроме того, суд ошибочно дифференцировал взыскание морального вреда с осужденных, поскольку независимо от роли каждого из них в преступлении и иных обстоятельств моральный вред для потерпевшей А одинаков от действий обоих осужденных.

В апелляционных жалобах стороны защиты и многочисленных дополнениях к ним:

- осужденный Гизитдинов А.М. просит отменить приговор и направить дело на новое рассмотрение в связи с допущенными по делу нарушениями уголовно-процессуального закона. Утверждает, что в ходе предварительного следствия было нарушено его право на защиту и другие нарушения. В протоколах имеется подпись от его имени, которая ему не принадлежит. Вещественные доказательства (белая монтировка и его вещи исследованные в судебном заседании, не были осмотрены и приобщены к делу в ходе следствия. Обвинение ему было предъявлено с нарушениями закона - сначала с участием адвоката Лускиной Э.Ф., которая была назначена следователем при участии в деле адвоката Комарова О.Л. по соглашению, а потом - с участием адвоката Комарова О.Л., соглашение с которым, а также с адвокатом Губайдуллиным Р.М. в надлежащем письменном виде ни им, ни его отцом не заключалось, и денежные расчеты на крупные суммы денег были проведены с нарушениями. Он не был ознакомлен с шестым томом уголовного дела и ему не были разъяснены права, предусмотренные ч. 5 ст. 217 УПК РФ. Предварительное слушание по делу было проведено незаконно по немотивированному его ходатайству об этом. Следователем и судом не было принято решения о невозможности выделения дела, хотя не оба подсудимые просили о рассмотрении дела судом с участием присяжных Ему было непонятно обвинение, но председательствующий не разъяснил ему существо обвинения, хотя в начале заседания изложил фабулу обвинения что противоречит закону. Коллегия присяжных была сформирована с нарушением закона, в списках кандидатов не было указано конкретное место работы каждого. Опрос и обсуждение каждого из присяжных заседателей на наличие обстоятельств, препятствующих участию в судебном заседании,

проведены не были. Старшина присяжных заседателей М являлся

3

действующим сотрудником полиции и не мог участвовать в суде присяжных К концу судебного разбирательства остался только 1 запасной присяжный заседатель, хотя их должно быть не менее двух. Состав коллегии присяжных был тенденциозным, так как в ее состав входило 8 женщин и 4 мужчин; 6 из них указаны как служащие, то есть лица, отдаленные от основной части народа. При отсутствии единодушия присяжные приступили к голосованию всего через час совещания, вместо положенных трех. Судом в присутствии присяжных были допрошены работники правоохранительных органов Б и С , водолазы П иВ по процедуре расследования дела, были оглашены процессуальные документы и сведения о его личности в том числе, о судимости. В вопросном листе вопросы переписаны с обвинительного заключения, юридические термины не расшифрованы оценочные понятия могли интерпретироваться по-разному. Судья не дал ему возможности высказать замечания по формулировке вопросов, внести новые вопросы. Государственный обвинитель называл его убийцей, громкие комментарии выкрикивала публика и потерпевшие, что повлияло на присяжных. В напутственном слове, носящим обвинительный уклон, судья не разъяснил присяжным юридические понятия, правила доказывания преступления. Судья не предоставил ему право возражать по поводу содержания напутственного слова. Его действия квалифицированы неправильно, наказание не отвечает целям его исправления, восстановления социальной справедливости ввиду его чрезмерной суровости. Потерпевшая не представила документов о размере своих издержек, и они подлежали взысканию в долевом порядке с учетом вины, степени ответственности и имущественного положения сторон. Кроме того, осужденный приводит доводы о недоказанности его вины, о своей непричастности к преступлениям и о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела указывает, что протокол судебного заседания неполный, в нем отражены не все его вопросы к эксперту и не все слова в репликах.

- адвокат Комаров О.Л. просит приговор в отношении осужденного Гизитдинова А.М. отменить и вынести новый приговор. Указывает, что редакция вопросов для присяжных заседателей, предложенная председательствующим, не отвечала интересам объективности и всесторонности рассмотрения дела. Представленный им список вопросов суд необоснованно не принял. Полагает, что присяжные заседатели неправильно поняли суть вопросов. Несостоятельной является квалификация действий Гизитдинова А.М. по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, поскольку умерший потерпевший не является объектом преступления и размер причиненного ему ущерба установить невозможно. Суду следовало исключить из числа доказательств копию расписки на рублей, поскольку ее подлинник не был представлен. В связи с этим взыскание с Гизитдинова А.М рублей является неправомерным. Считает необоснованным взыскание с

4

Гизитдинова А.М. больших сумм в порядке компенсации морального вреда чем с Камалова А.Р., хотя основание взыскания одно - жизнь человека Считает, что суд назначил Гизитдинову А.М. чрезмерно суровое наказание без учета того, что он ранее не судим, имеет малолетнего ребенка положительно характеризуется;

- осужденный Камалов А.Р. выражает несогласие с приговором и просит отменить его. Указывает, что протокол судебного заседания велся неполно и необъективно, судья необоснованно отклонил его замечания на протокол. Вопросный лист для присяжных заседателей был составлен неправильно - не в строгом соответствии с требованиями ст. 339 УПК РФ При назначении наказания суд указал, но фактически не учел смягчающие обстоятельства, его положительные характеристики. Приводит доводы, о недоказанности его вины в совершении преступлении, об отсутствии у него умысла на убийство потерпевшего, а Гизитдинов А.М. со своими намерениями его не знакомил.

В возражениях на апелляционное представление государственного обвинителя осужденный Гизитдинов А.М. просит его отклонить, а в возражениях на апелляционную жалобу представителя потерпевшей указывает, что ее не следует рассматривать.

В возражении на апелляционные жалобы стороны защиты государственный обвинитель Минигалиев И.Н. просит оставить их без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных представления, жалоб и возражений, судебная коллегия находит, что приговор суда постановлен в соответствии с вердиктом коллегии присяжных заседателей о виновности Гизитдинова А.А. и Камалова А.Р., основанным на всестороннем и полном исследовании материалов дела.

С материалами уголовного дела по окончании его расследования вопреки содержащимся в жалобе утверждениям, осужденный Гизитдинов А.М. был ознакомлен с соблюдением требований уголовно-процессуального закона. При этом он собственноручно указал, что с делом ознакомился в полном объеме и во времени ограничен не был (т. 6, л.д. 132-141).

Процессуальные особенности и юридические последствия рассмотрения дела с участием присяжных заседателей, предусмотренные главами 42, 43 и 45.1 УПК РФ, обоим осужденным разъяснялись в полном объеме, как при ознакомлении с материалами уголовного дела, так и на предварительном слушании.

Гизитдинов А.М. до назначения судебного заседания заявил ходатайство о рассмотрении дела с участием присяжных заседателей (т. 8, л.д. 14). В ходе предварительного слушания он после консультации с

5

адвокатом и разъяснения особенностей и последствий судопроизводства в суде присяжных подтвердил это ходатайство (т. 8, л.д. 75-76).

Согласно ч. 2 ст. 325 УПК РФ Уголовное дело, в котором участвуют несколько подсудимых, рассматривается судом с участием присяжных заседателей в отношении всех подсудимых, если хотя бы один из них заявляет ходатайство о рассмотрении уголовного дела судом в данном составе. Если один или несколько подсудимых отказываются от суда с участием присяжных заседателей, суд решает вопрос о выделении уголовного дела в отношении этих подсудимых в отдельное производство При этом судом должно быть установлено, что выделение уголовного дела в отдельное производство не будет препятствовать всесторонности и объективности разрешения уголовного дела, выделенного в отдельное производство, и уголовного дела, рассматриваемого судом с участием присяжных заседателей. При невозможности выделения уголовного дела в отдельное производство уголовное дело в целом рассматривается судом с участием присяжных заседателей.

Как видно из материалов дела, осужденный Камалов А.Р., не заявлял ходатайств ни о рассмотрении дела с участием присяжных заседателей, ни о выделении в отношении него уголовного дела в отдельное производство. С учетом предъявленного обоим осужденным обвинения в совершении убийства группой лиц по предварительному сговору выделение уголовного дела в отдельное производство было невозможным, и оно обоснованно было в целом рассмотрено судом с участием присяжных заседателей.

Доводы Гизитдинова А.М. о том, что ему было непонятно обвинение необоснованны, поскольку после вступительного заявления государственного обвинителя, в котором он в доступных выражениях изложил существо предъявленного подсудимым обвинения, защитник Гизитдинова А.М. высказал согласованную с подзащитным позицию по предъявленному обвинению - о невиновности Гизитдитнова. Заявлений о неясности существа обвинения стороной защиты, в том числе, и осужденным Гизитдитновым А.М. сделано не было.

Коллегия присяжных заседателей была сформирована в соответствии с требованиями ст. 328 УПК РФ. Указания в списке кандидатов в присяжные заседателей их конкретного места работы и занимаемой должности законом

не предусмотрено.

Замена присяжных заседателей и избрание старшины проведены в

строгом соответствии с требованиями ст.ст. 329 и 331 УПК РФ. Старшина

присяжных заседателей - сотрудник органа внутренних дел, который, по

мнению Гизитдинова А.М., не мог участвовать в суде присяжных по

должностному положению, был заменен в начале судебного следствия в

связи с неявкой и в дальнейшей работе коллегии присяжных заседателей, в

том числе в принятии вердикта, не участвовал.

6

То обстоятельство, что к концу судебного разбирательства остался только 1 запасной присяжный заседатель, не свидетельствует о незаконности вынесенного по делу вердикта, поскольку в соответствии с ч. 3 ст. 329 УПК РФ судебное разбирательство признается недействительным лишь тогда когда количество выбывших присяжных заседателей превышало количество запасных.

В соответствии со ст. 330 УПК РФ до приведения присяжных заседателей к присяге стороны вправе заявить, что вследствие особенностей рассматриваемого уголовного дела образованная коллегия присяжных заседателей в целом может оказаться неспособной вынести объективный вердикт ввиду тенденциозности ее состава.

Подобных заявлений от сторон не поступало, и оснований для признания тенденциозным состава коллегии присяжных заседателей, в том числе, по половому признаку и по служебному положению присяжных не имеется

В ходе судебного следствия в присутствии присяжных заседателей исследовались только те фактические обстоятельства уголовного дела доказанность которых устанавливается ими в соответствии с их полномочиями, предусмотренными ст. 334 УПК РФ. Доводы жалобы Гизитдинова А.М. о том, что судом исследовались недопустимые доказательства и обстоятельства, не относящиеся к компетенции присяжных заседателей, необоснованны и не подтверждены протоколом судебного заседания. Сведения о его личности, в том числе, о судимости, исследовались уже после вынесения вердикта коллегии присяжных заседателей (т. 9, л.д. 145), и поэтому повлиять на него никак не могли.

Все доказательства, в том числе полученные в ходе предварительного следствия результаты обысков и выемок, а также вещественные доказательства были проверены судом на предмет их относимости и допустимости. Фактов фальсификации доказательств, подделки подписей участвовавших в производстве следственных действий лиц, материалы дела не содержат.

Содержащиеся в апелляционных жалобах осужденных доводы касающиеся неправильности выводов суда, изложенных в приговоре недоказанности их причастности и виновности в совершении преступлений фактических обстоятельств происшедшего и оценки исследованных в судебном заседании доказательств, не могут являться основанием для

отмены приговора, поскольку фактические обстоятельства дела, в том числе доказанность деяния, его совершения подсудимыми и их виновность,

устанавливаются вердиктом присяжных заседателей. В соответствии со ст.

27

389 УПК РФ несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам

дела не является основанием для отмены или изменения судебных решений,

вынесенных с участием присяжных заседателей.

7

Исходя из этого, необоснованными являются доводы жалобы Камалова А.Р. об отсутствии у него умысла на лишение жизни потерпевшего об эксцессе исполнителя и доводы жалоб Гизитдинова А.М. о недоказанности его вины, непричастности к преступлениям. Все указанные обстоятельства были предметом исследования в судебном заседании в присутствии коллегии присяжных заседателей, подсудимые и защитники в соответствии с законом довели до коллегии присяжных заседателей свою позицию, дали свою оценку всем исследованным в судебном заседании доказательствам.

Прения сторон по делу были проведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Доводы жалобы осужденного Гизитдинова А.М. о том, что сторона обвинения доводила до присяжных заседателей негативную информацию о его личности, давала свою оценку исследованным доказательствам, на присяжных воздействовали выкрики и комментарии публики, не подтверждаются протоколом судебного заседания.

Нарушений требований ст. 338 УПК РФ, регламентирующей порядок постановки вопросов, подлежащих разрешению присяжными заседателями не допущено. Изложенная постановка вопросов перед присяжными заседателями и их содержание, соответствующее существу предъявленного обвинения, позволяло им полно и всесторонне оценить представленные доказательства и сделать вывод о виновности или невиновности Гизитдинова А.М. и Камалова А.Р. в инкриминируемых им преступлениях. Сторонам была предоставлена возможность высказать замечания и предложения по сформулированным вопросам (т. 8, л.д. 237-239). Формулировка вопросов соответствует положениям, предусмотренным ст. 339 УПК РФ, с постановкой вопросов о доказанности события, о доказанности преступных действий Гизитдинова А.М. и Камалова А.Р. Оснований ставить под сомнение полученные на них ответы у суда не имелось.

Напутственное слово председательствующего соответствовало требованиям, предусмотренным ст. 340 УПК РФ. Председательствующий в достаточной степени разъяснил присяжным заседателям закон предусматривающий ответственность за деяния, в которых обвинялись Гизитдинов А.М. и Камалов АР., правильно, не выразив, вопреки доводам жалобы Гизитдинова А.М., своего отношения к обвинению, напомнил об исследованных в судебном заседании доказательствах, представленных сторонами, изложил позиции сторон и сделал все полагающиеся по закону разъяснения.

Доводы осужденного Гизитдинова А.М. о том, что ему не дали

возможности возразить по поводу содержания напутственного слова, не

подтверждаются протоколом судебного заседания, поскольку никаких

8

замечаний относительно содержания напутственного слова от участников процесса не поступило (т. 9, л.д. 143).

Не могут быть приняты во внимание и доводы о том, что присяжные заседатели приступили к голосованию, не дождавшись положенных трех часов после начала совещания, поскольку решение по всем поставленным перед ними вопросам было принято единодушно.

Доводы осужденного Гизитдинова А.М. о нарушении его права на защиту в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства являются необоснованными. На протяжении всего производства по делу защиту его интересов представляли профессиональные адвокаты. Ни от одного из них он отказов не заявлял. Адвокат Комаров О.Л. участвовал в деле по соглашению. Что касается размеров оплаты его услуг, оформления условий соглашения и порядка расчетов с родственниками осужденного, то проверка указанных обстоятельств не входит в компетенцию суда, они могут быть проверены соответствующим адвокатским образованием.

Протокол судебного заседания составлен в соответствии с требованиями, предусмотренными ст. 259 УПК РФ. Замечания на протокол рассмотрены в установленном законом порядке (т. 10, л.д. 141-143).

Таким образом, каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, которые могли бы повлиять на вынесенный присяжными заседателями вердикт, по делу допущено не было.

При обстоятельствах, установленных вердиктом коллегии присяжных заседателей, действия осужденных Гизитдинова А.М. и Камалова А.Р председательствующим квалифицированы правильно.

Изложенные в апелляционной жалобе адвоката Комарова О.Л. доводы о неверности квалификация действий Гизитдинова А.М. по признаку причинения значительного ущерба гражданину, не могут быть признаны обоснованными.

В соответствии с Примечанием 2 к ст. 158 УК РФ причиненный кражей значительный ущерб гражданину определяется с учетом его имущественного положения, но не может составлять менее двух тысяч пятисот рублей Осужденными совершена кража чужого имущества на сумму рублей то есть, более чем в 4 раза превышающую указанный размер. Факт наступления смерти собственника похищенного имущества не может служить основанием для освобождения виновных от уголовной ответственности за совершение кражи, в том числе, по признаку причинения значительного ущерба гражданину.

Наказание осужденным Гизитдинову А.М. и Камалову А.Р. назначено справедливое, в соответствии с законом, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о личности каждого из них и

9

всех обстоятельств дела, в том числе, и смягчающих наказание, на которые имеются ссылки в апелляционных жалобах. При этом суд обоснованно учел в качестве смягчающего наказание Камалова А.Р. наказания его явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, и наказание назначил ему с учетом пределов предусмотренных ст. 62 УК РФ.

Решение суда о непризнании в качестве обстоятельства, отягчающего наказание Гизитдинова А.М., его особо активной роли в убийстве потерпевшего мотивировано в приговоре, и является правильным.

В соответствии с ч. 2 ст. 63 УК РФ, если отягчающее обстоятельство предусмотрено соответствующей статьей Особенной части УК РФ в качестве признака преступления, оно само по себе не может повторно учитываться при назначении наказания.

Активная роль Гизитдинов А.М. в убийстве, выразившаяся в вовлечении в преступление иного лица за вознаграждение, совершение действий, свидетельствующих о проявлении особой жестокости, входила в предмет доказывания по делу и фактически образует признаки объективной стороны преступления, в совершении которого он признан виновным вердиктом коллегии присяжных заседателей.

Оснований как для смягчения назначенного каждому из осужденных наказания, так и для назначения более строгого наказания, о чем ставится вопрос в апелляционном представлении и апелляционной жалобе представителя потерпевшей, не имеется.

Гражданские иски по делу судом разрешены с соблюдением требований действующего законодательства.

В соответствии со ст. 1080 ГК РФ лица, причинившие материальный ущерб совместными действиями, отвечают перед потерпевшим солидарно Поэтому доводы жалоб Гизитдинова А.М. о необходимости взыскания с осужденных расходов потерпевшей А в долевом порядке необоснованны.

Моральный вред согласно правилам гражданского законодательства напротив, не может быть взыскан солидарно, и доводы жалоб о необходимости уравнять размер взысканий с обоих осужденных являются необоснованными. В соответствии с требованиями ст. 151 ГК РФ при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Размер компенсации морального вреда определен в соответствии с законом, с учетом причинения потерпевшей физических и нравственных страданий, роли каждого из осужденных в совершении преступления, требований разумности и справедливости.

10

На основании изложенного и руководствуясь ст. 38913-38914, 38920, 389 , 38933 УПК РФ, Судебная коллегия

28

определила:

Приговор Верховного суда Республики Башкортостан с участием коллегии присяжных заседателей от 16 февраля 2015 года в отношении Гизитдинова А М и Камалова А Р оставить без изменения, а апелляционное представление государственного обвинителя Минигалиева И.Н., апелляционные жалобы представителя потерпевшей А - адвоката Коротина А.Г., осужденных Гизитдинова А.М. и Камалова А.Р., адвоката Комарова О.Л. - без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в порядке судебного надзора, установленном главой 48.1 УПК РФ, в Президиум Верховного Суда Российской Федерации Председательствующий

Судьи

11

Комментарии ()

    Судебная практика

    Судебная практика по статье 331 УПК РФ

    Информация о структуре кодекса

    Карта сайта