Информация

Решение Верховного суда: Определение N 4-О11-142СП от 19.12.2011 Судебная коллегия по уголовным делам, кассация

1

ВЕРХОВНЫЙ С У Д

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дело № 4 - 0 1 1 - 1 4 2 сп

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ г. Москва 19 декабря 2011 года

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего - Степалина В. П.

судей - Иванова Г. П. и Шамова А. В.

при секретаре Кочкине Я. В рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по кассационным жалобам осужденных Рожнева И. В., Бразникова В. В., Данилова А. Н Коротыча И. А., Малькова В. Б., адвоката Воропанова В. Н Липатенкова В. Б., Зака Ю. С, Лозинской М. С, Зыкова К. Г., Батуриной С. А., Жильцова Д. П. на приговор Московского областного суда с участием присяжных заседателей от 28 сентября 2011 года, которым

БОНДАРЦКОВ П А ,,

несудимый осужден по ст. ст. 15 ч. 2, 17-1 ч. 2 и ч. 3 и 102 п. п. «д, з» УК РСФСР к 11 годам лишения свободы, по ст. 17-1 ч. 2 и ч. 3 и 102 п. п. «е, з» УК РСФСР к 14 годам лишения свободы, по ст. 222 ч. 1 УК РФ (в редакции ФЗ от 21 июля 2004 года) к 3 годам лишения свободы без штрафа и по совокупности совершенных преступлений, на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ, к 19 годам лишения свободы без штрафа в исправительной колонии строгого режима.

РОЖНЕВ И В,

судимый:

1) 28 декабря 2010 года по ст. ст. 209 ч. 2, 30 ч. 1 и 105 ч. 2 п. п.

«е, ж, з», 222 ч. 1 и ч. 3 УК РФ к 14 годам лишения свободы осужден по ст. ст. 15 ч. 2, 17-1 ч. 2 и 102 п. п. «д, з» УК РСФСР к 11 годам лишения свободы, по ст. 17-1 ч. 2 и 102 п. п. «е, з» УК РСФСР к 14 годам лишения свободы, по совокупности совершенных преступлений, на основании ст. 40 ч. 1 УК РСФСР, к 15 годам лишения свободы и на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ к 22 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

БРАЗНИКОВ В В

судимый:

1) 4 декабря 2006 года по ст. 161 ч. 2 п. п. «а, г» УК РФ к 2 годам

лишения свободы,

2) 24 мая 2008 года по ст. ст. 158 ч. 3, 159 ч. 2, 158 ч. 2 п. «в» УК

РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы осужден по ст. ст. 15 ч. 2, 17-1 ч. 2 и 102 п. п. «д, з» УК РСФСР к 7 годам 6 месяцам лишения свободы, по ст. 17-1 ч. 2 и 102 п. п. «е, з» УК РСФСР к 10 годам лишения свободы и по совокупности совершенных преступлений, на основании ст. 40 ч. 1 УК РСФСР, к 14 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

ДАНИЛОВ А Н,

несудимый осужден по ст. ст. 15 ч. 2, 17-1 ч. 2 и 102 п. п. «д, з» УК РСФСР к 7 годам 6 месяцам лишения свободы, по ст. 17-1 ч. 2 и 102 п. п. «е, з» УК РСФСР к 9 годам лишения свободы и по совокупности совершенных преступлений, на основании ст. 40 ч. 1 УК РСФСР, к 9 годам 6 месяцам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

МАЛЬКОВ В Б ,,

несудимый осужден по ст. ст. 15 ч. 2, 17-1 ч. 2 и 102 п. п. «д, з» УК РСФСР к 7 годам 6 месяцам лишения свободы, по ст. 17-1 ч. 2 и 102 п. «з» УК РСФСР к 9 годам лишения свободы и по совокупности совершенных преступлений на основании ст. 40 ч. 1 УК РСФСР, к 10 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

КОРОТЫЧ И А,

несудимый осужден по ст. ст. 15 ч. 2, 17-1 ч. 2 и 102 п. п. «д, з» УК РСФСР к 7 годам 6 месяцам лишения свободы, по ст. 17-1 ч. 2 и 102 п. «з» УК РСФСР к 9 годам лишения свободы и по совокупности совершенных преступлений на основании ст. 40 ч. 1 УК РСФСР, к 9 годам 6 месяцам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

НУРМЕЕВ В С

несудимый осужден по ст. ст. 15 ч. 2, 17-1 ч. 2 и 102 п. п. «д, з» УК РСФСР с применением ст. 43 УК РСФСР к 5 годам лишения свободы, по ст. 17-1 ч. 2 и 102 п. «з» УК РСФСР с применением ст. 43 УК РСФСР к 6 годам лишения свободы и по совокупности совершенных преступлений, на основании ст. 40 ч. 1 УК РСФСР, к 7 годам лишения свободы.

На основании ст. 44 УК РСФСР наказание постановлено считать условным с испытательным сроком 5 лет.

Дело в отношении Нурмеева В. С. рассматривается в порядке ст. 360 ч. 2 УПК РФ.

По делу разрешены гражданские иски потерпевших Т

К иП о компенсации морального вреда, причиненного преступлением, и взысканы процессуальные издержки.

Заслушав доклад судьи Иванова Г. П., выступления осужденных Бондарцкова П. А., Рожнева И. В., Бразникова В. В., Данилова А. П Коротыча И. А. и Малькова В. Б., адвокатов Воропанова В. П Липатенкова В. Б., Зака Ю. С , Лозинской М. С, Батуриной С. А Зыкова К. Г., Панфиловой И. К., Вишняковой Н. В. по доводам кассационных жалоб, и адвоката Антонова О. А., полагавшего, что за покушение на убийство истекли сроки давности, потерпевших Т иК просивших приговор оставить без изменения, и прокурора Кривоноговой Е. А., просившей приговор частично отменить и изменить, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

по приговору суда на основании вердикта присяжных заседателей Бондарцков, Рожнев, Бразников, Данилов, Мальков и Коротыч признаны виновными в совершении в составе организованной группы, созданной Бондарцковым, умышленного убийства П и К а Бондарцков, Рожнев, Бразников и Данилов также в умышленном убийстве А с целью скрыть убийство ПиК

Кроме того, Бондарцков, Рожнев, Бразников, Данилов, Мальков и Коротыч признаны виновными в покушении на убийство четырех лиц совершенном способом опасным для жизни многих людей организованной группой, а Бондарцков также в незаконном хранении огнестрельного оружия и боеприпасов.

Преступления совершены 17-18 ноября 1996 года, а огнестрельное оружие и боеприпасы обнаружены и изъяты 26 мая 2009 года, на территории района области при обстоятельствах, указанных в приговоре.

В кассационных жалобах и дополнениях к ним:

адвокат Воропанов в защиту интересов осужденного Бондарцкова просит приговор отменить и дело направить на новое рассмотрение, мотивируя тем, что при рассмотрении дела судом было допущено нарушение права Бондарцкова на защиту: ему не разъяснялась ст. 51 Конституции РФ, но судья в напутственном слове сослался на его показания, судья не стал рассматривать отвод, заявленный Бондарцковым ему и адвокату Сивченко, освободил от участия в деле адвоката Сивченко, а его назначил защитником в порядке ст. 51 УПК РФ, 25 июля 2011 года, несмотря на его неявку в суд по болезни продолжил судебное заседание. 31 мая и 2 июня 2011 года он отсутствовал в судебном заседании, однако мнение Бондарцкова о возможности продолжать рассмотрение дела в присутствии только одного защитника Бондарцкова - адвоката Сивченко, не выяснялось чем было нарушено право Бондарцкова на защиту. Адвокат Воропанов также считает неправильной квалификацию действий Бондарцкова указывая, что одни и те же действия в отношении одних и тех потерпевших суд квалифицировал как покушение на убийство и как оконченное убийство. Необоснованно также квалифицированы действия Бондарцкова как убийство, совершенное способом, опасным для жизни многих лиц. Кроме того, при назначении наказания по совокупности преступлений неправильно применена ст. 69 УК РФ, поскольку ст. 40 УК РСФСР является более мягким уголовным законом. Не учтено в качестве смягчающего обстоятельства противоправное поведение потерпевших, которые входили в преступную группу «бородинских» и были вооружены. Вместе с этим, адвокат считает, что суд необоснованно не освободил Бондарцкова от уголовной ответственности, ссылаясь на то, что смертная казнь в настоящее время не назначается и не исполняется и, следовательно, истекли сроки давности;

адвокат Липатенков в защиту интересов Бондарцкова просит приговор отменить, мотивируя тем, что 16 ноября 2006 года истекли сроки давности привлечения Бондарцкова к уголовной ответственности за преступления, совершенные 17 ноября 1996 года, поскольку смертная казнь в РФ не назначается. По ст. 222 ч. 1 УК РФ вина Бондарцкова не доказана, обыск, в ходе которого было обнаружено оружие, произведен в доме А незаконно, изъятое оружие является недопустимым доказательством. Судья квалифицировал действия Бондарцкова не в соответствие с вердиктом присяжных заседателей, в котором отсутствует указание на устойчивость группы и ее организованность, на подчинение членов группы строгой дисциплине. Прокуроры Костоев и Архипов не поддержали в суде обвинение в незаконном хранении оружия и боеприпасов, так как они не обосновывали перед присяжными заседателями это обвинение. В связи с этим Бондарцков незаконно осужден по ст. 222 ч. 1 УК РФ. При назначении наказания по совокупности преступлений суд вышел за пределы выбранного им принципа сложения наказаний, предусмотренного ст. 40 ч. 1 УК РСФСР поскольку оно не могло превышать максимальный срок наиболее строгого наказания, то есть 15 лет лишения свободы, суд же назначил Бондарцкову 19 лет лишения свободы. По ст. ст. 15 ч. 2, 17-1 ч. 2 и ч. 3, и 102 п. п. «д, з» УК РСФСР приговор в отношении Бондарцкова подлежит отмене, дело прекращению, так как после совершения этого преступления прошло более 10 лет, то есть истек срок давности предусмотренный ст. 48 УК РСФСР. Кроме того, при рассмотрении дела судом допущены нарушения УПК РФ: председательствующий и государственный обвинитель в ходе судебного разбирательства оказывали незаконное воздействие на присяжных заседателей, обсуждая процессуальные вопросы в их присутствии. Председательствующий также не рассмотрел ходатайство о допросе свидетеля обвинения А не снимал вопросы государственного обвинителя, не относящиеся к существу обвинения, не разъяснял ему процессуальные права, предусмотренные ст. 327 УПК РФ, с нарушением закона рассмотрел вопрос об участии защитников Бондарцкова в судебном заседании;

осужденный Рожнев утверждает, что судом незаконно оглашались показания свидетелей Ш иК не явившихся в судебное заседание, и давших показания на основании слухов Необоснованно отказано в допросе в качестве свидетелей Ф Ф , Г , Д С Т и Л которые являлись очевидцами совершения преступлений и подтверждали его алиби, и явившейся по инициативе защиты свидетеля Ш Государственный обвинитель и председательствующий допускали высказывания, которые повлияли на формирование мнения коллегии присяжных заседателей, в связи с чем, им неоднократно заявляли отводы и возражения на их действия. В средствах массовой информации распространялись сведения о рассмотрении дела, что противоречит п. 4 ч. 2 ст. 333 УПК РФ. Вопросы, подлежащие разрешению коллегией присяжных заседателей, сформулированы нечетко, в результате чего ответы присяжных перепутались. Не поставлен вопрос о наличии фактических обстоятельств, исключающих ответственность за содеянное или влекущих за собой ответственность за менее тяжкое преступление. Выступления подсудимых и адвокатов в прениях сторон необоснованно прерывались и искажались председательствующим. Его напутственное слово было необъективным поскольку судья давал оценку доказательствам и ссылался на неисследованные в судебном заседании доказательства. Приговор является несправедливым. Просит отменить приговор и дело направить на новое рассмотрение, учесть также данные о его личности, семейное положение и длительность содержания под стражей. Ссылаясь на ст. 83 УК РФ, просит также приговор отменить и освободить его от наказания полагая, что истекли сроки давности обвинительного приговора;

адвокат Зак в защиту интересов осужденного Рожнева просит приговор отменить и направить уголовное дело на новое рассмотрение мотивируя тем, что сроки давности привлечения Рожнева к уголовной ответственности за преступления, совершенные 17 и 18 ноября 1996 года истекли 18 ноября 2006 года. Ссылаясь на постановления Конституционного Суда РФ, адвокат в качестве аргументов приводит невозможность назначения в РФ смертной казни. Одновременно он указывает на то, что за покушение на убийство смертная казнь вообще не может быть назначена, а поэтому приговор в этой части подлежит безусловной отмене, а дело прекращению за истечением сроков давности. Кроме того, он считает неправильной квалификацию действий Рожнева как оконченного и неоконченного преступления, и осуждение по п. «з» ст. 102 и ст. 15 ч. 2 УК РСФСР. Также, по мнению адвоката суд неправильно рассмотрел гражданские иски потерпевших о компенсации морального вреда, заявления которых были оформлены ненадлежащим образом, и допустил нарушения норм уголовно процессуального закона при взыскании с осужденных судебных издержек. Адвокат утверждает также, что совершение преступлений в составе организованной группы не доказано, перед присяжными заседателями не ставился вопрос об устойчивости группы и в приговоре доказательства этому не приведены. Не доказана вина Рожнева и в совершении преступления способом, опасным для жизни многих лиц При назначении наказания суд также допустил нарушения уголовного закона: применяя ч. 5 ст. 69 УК РФ, не учел, что предыдущий приговор не вступил в законную силу. К тому же, не применил ст. 40 УК РСФСР являющуюся более мягким уголовным законом, и назначил Рожневу 22 года лишения свободы по совокупности преступлений, тогда как окончательное наказание ему не могло быть назначено более 15 лет лишения свободы. Кроме того, при назначении наказания суд не учел все смягчающие обстоятельства, а в качестве отягчающего признал обстоятельство, не предусматривавшееся действовавшим на момент совершения преступления законом, и не раскрыл содержание этого обстоятельства, вследствие чего назначенное Рожневу наказание является чрезмерно суровым. По мнению адвоката, при рассмотрении дела судом допущены нарушения уголовно-процессуального закона показания не явившихся в суд свидетелей обвинения Ш и К оглашены, несмотря на возражения защиты и отсутствие чрезвычайных обстоятельств, препятствовавших их явке, оглашены показания свидетелей, не имеющие отношения к фактическим обстоятельствам дела и находящиеся за пределами предъявленного обвинения, в результате оглашения таких показаний свидетелей до присяжных заседателей доводилась информация, порочащая подсудимых, в то же время подсудимым запрещалось порочить потерпевших. Необоснованно оглашались показания потерпевших К , П и Т которые они давали на предварительном следствии в качестве свидетелей. Стороне защиты было отказано в вызове потерпевшей П для повторного допроса, достоверных данных о наличии у нее тяжелого заболевания у суда не имелось. Также необоснованно отказано в повторном допросе потерпевшего З показания которого противоречили показаниям свидетеля обвинения С . Оглашались показания свидетеля Р , при том, что его процессуальный статус изменился на обвиняемого. Показания свидетелей Ч иЛ были основаны

на слухах, однако председательствующий не разъяснил присяжным заседателям, что в силу этого обстоятельства они являются недопустимыми доказательствами. Необоснованно было отказано в допросе с участием присяжных заседателей свидетеля Ш по

алиби Рожнева, в повторном допросе свидетеля Ч также по алиби

Рожнева, в вызове в суд для допроса в качестве свидетеля следователя

Д в исследовании вещественных доказательств, в

возобновлении судебного следствия для допроса свидетеля Л

Сторона защиты неоднократно заявляла отводы председательствующему и возражения на его действия, которыми он оказывал незаконное воздействие на присяжных заседателей, но все они были необоснованно отклонены. В прениях сторон председательствующий неоднократно останавливал адвокатов, необоснованно утверждая, что ими искажаются доказательства. В напутственном слове он был необъективным напомнил только доказательства обвинения, давал свою оценку исследованным доказательствам, не разъяснил право присяжных заседателей уменьшить объем обвинения путем исключения из вопросов фактических обстоятельств, не нашедших своего подтверждения в судебном заседании. Вопросы, подлежащие разрешению присяжными заседателями, были поставлены умышленно в излишне длинных формулировках, чтобы запутать присяжных, предложения же защиты об их изменении и постановке частных вопросов по алиби Рожнева необоснованно были отклонены председательствующим;

адвокат Лозинская в защиту интересов осужденного Бразникова просит приговор отменить и дело прекратить за истечением сроков давности, ссылаясь на ст. 48 УК РСФСР, и, указывая на то, что смертная казнь в Российской Федерации не назначается, а за неоконченное преступление смертная казнь не может быть назначена в принципе Вместе с тем, адвокат считает, что действия Бразникова неправильно квалифицированы по совокупности оконченного и неоконченного преступления, ссылается на то, что целью совершения преступления изначально являлось причинение смерти всем потерпевшим. Поскольку умысел на причинение смерти трем лицам из четырех был полностью реализован, осуждение Бразникова за покушение на убийство двух лиц является неправильным. По этим же основаниям неправильно квалифицированы действия Бразникова по п. «е» ст. 102 УК РСФСР предусматривающему ответственность за убийство с целью скрыть другое преступление. Кроме того, в вердикте отсутствуют фактические данные для квалификации действий Бразникова по признаку совершения убийства и покушения на убийство способом, опасным для жизни многих лиц и в составе организованной группы. Не приведены они и в приговоре. Наказание Бразникову назначено чрезмерно суровое, без учета всех смягчающих обстоятельств. Применение судом ст. 62 ч. 3 УК РФ является неправильным, так как этот закон ухудшает положение Бразникова, осужденного за совершение преступлений, совершенных до принятия УК РФ. Неправильно определен и вид колонии для отбывания Бразниковым наказания, вместо колонии общего режима назначена колония строгого режима. Бразников ранее не судим и ст. 102 УК РСФСР не указана в абзаце 3 ч. 4 ст. 24 УК РСФСР. Кроме того ссылаясь на ч. 8 ст. 302 УПК РФ, адвокат считает, что в отношении Бразникова приговор должен быть постановлен с освобождением от наказания. Адвокат также указывает на допущенные, по ее мнению нарушения уголовно-процессуального закона: показания не явившихся в суд свидетелей обвинения Ш и К оглашены, несмотря на возражения защиты и отсутствие чрезвычайных обстоятельств препятствовавших их явке, оглашены показания свидетелей, не имеющие отношения к фактическим обстоятельствам дела и находящиеся за пределами предъявленного обвинения, в результате оглашения таких показаний свидетелей до присяжных заседателей доводилась информация, порочащая подсудимых, в то же время подсудимым запрещалось порочить потерпевших. Необоснованно оглашались показания потерпевших К , П и Т которые они давали на предварительном следствии в качестве свидетелей. Стороне защиты было отказано в вызове потерпевшей П для повторного допроса, достоверных данных о наличии у нее тяжелого заболевания у суда не имелось. Также необоснованно отказано в повторном допросе потерпевшего З показания которого противоречили показаниям свидетеля обвинения С . Оглашались показания свидетеля Р , при том, что его процессуальный статус изменился на обвиняемого, показания свидетелей Ч и Л были основаны на слухах, однако председательствующий не разъяснил присяжным заседателям, что в силу этого обстоятельства они являются недопустимыми доказательствами. Сторона защиты неоднократно заявляла отводы председательствующему и возражения на его действия, которыми он оказывал незаконное воздействие на присяжных заседателей, но все они были необоснованно отклонены. В прениях сторон председательствующий неоднократно останавливал адвокатов необоснованно утверждая, что ими искажаются доказательства. В напутственном слове он был необъективным, напомнил только доказательства обвинения, давал свою оценку исследованным доказательствам, не разъяснил право присяжных заседателей уменьшить объем обвинения путем исключения из вопросов фактических обстоятельств, не нашедших своего подтверждения в судебном заседании. Судом также неправильно разрешены гражданские иски потерпевших и неправильно взысканы судебные издержки;

аналогичные просьба и доводы содержатся в кассационной жалобе осужденного Бразникова. Кроме того, он считает, что в отбытие наказания, назначенного ему на основании ст. 69 ч. 5 УК РФ необходимо зачесть время содержания его под стражей по предыдущему приговору. Однако суд этого не сделал, что фактически означает, что он осужден не к 14 годам лишения свободы, как указано в приговоре, а к 17 годам лишения свободы. Он также просит отменить постановление судьи от 21 ноября 2011 года, которым отклонены его замечания его замечания, полагая, что они рассмотрены неправильно, и, указывая на не рассмотрение замечаний от 14 ноября 2011 года;

осужденный Данилов утверждает, что его вина не доказана просит смягчить наказание с учетом положительных данных о его личности, семейного положения и истечения сроков давности привлечения к уголовной ответственности;

адвокат Зыков в защиту интересов осужденного Данилова просит приговор в части осуждение по ст. 15 ч. 2 и 102 п. п. «д, з» УК РФ отменить и дело прекратить за истечением сроков давности, поскольку в соответствие со ст. 66 ч. 4 УК РФ смертная казнь не может быть назначена за неоконченное преступление, и, следовательно, препятствий для применения сроков давности не имеется. В остальном приговор изменить, смягчить наказание, применить ст. 64 УК РФ или ст. 73 УК РФ, учесть положительное решение присяжных заседателей о снисхождении, семейное положение, положительные данные о личности Данилова и смягчающие обстоятельства - чистосердечное раскаяние и активное способствование раскрытию преступления;

осужденный Коротыч просит смягчить наказание, учесть, что своими действиями он никому не причинил вреда. У него есть явка с повинной, он активно способствовал раскрытию преступления и изобличению других соучастников преступления, является инвалидом 2 группы и по состоянию здоровья нуждается в проведении операции положительно характеризуется и со времени совершения преступления прошло много времени;

адвокат Батурина в защиту интересов осужденного Коротыча просит приговор отменить и дело направить на новое рассмотрение мотивируя тем, что вопросы, подлежащие разрешению присяжными заседателями, председательствующий сформулировал без учета результатов судебного следствия, замечаний и предложений сторон, они являются громоздкими, юридическими, что повлекло за собой неправильную квалификацию действий Коротыча, вина которого в участии в организованной группе не доказана. Стрельба им из автомата является эксцессом исполнителя. Наказание Коротычу назначено чрезмерно суровое, не учтены смягчающие обстоятельства и положительные данные о личности, а также состояние здоровья;

осужденный Мальков утверждает, что его вина не доказана, во время убийства К и А он находился в ИВС г.

Убийство П совершили, как следует из материалов уголовного дела, неустановленные лица. За покушение на убийство не может быть назначена смертная казнь, а поэтому в силу ст. 48 УК РСФСР срок давности привлечения его к уголовной ответственности по ст. ст. 15 ч. 2 и 102 УК РСФСР истек. В этой части приговор подлежит отмене, а дело прекращению. Считает также, что у председательствующего были основания для роспуска коллегии присяжных заседателей в порядке ст. 348 ч. 5 УПК РФ, поскольку его вина не подтверждается исследованными в судебном заседании доказательствами. По действовавшему на момент совершения преступления уголовному закону при назначении наказания по совокупности преступлений применялся принцип поглощения менее строгого наказания более строгим, однако суд сложил назначенные наказания. Просит исключить из приговора осуждение за совершение преступления организованной группой. Учесть, что он и его мать страдает тяжелыми заболеваниями. Освободить его от наказания в силу ст. 81 ч. 2 УК РФ, либо освободить его от наказания в связи истечением сроков давности, или применить ст. 73 УК РФ, или переквалифицировать его действия на закон, предусматривающий ответственность за совершение преступления в состоянии аффекта и назначить срок в пределах времени содержания под стражей;

адвокат Жильцов в защиту интересов осужденного Малькова просит приговор изменить, учесть сроки давности в части осуждения за покушение на убийство. Кроме того, по мнению адвоката, присяжными не установлены действия Малькова по подготовке к совершению убийства П и К либо его участие в совершении убийства этих лиц. Момент прибытия Малькова на место преступления совпал с убийством К другими лицами и в другом месте, а П был уже давно убит.

В возражениях государственный обвинитель Архипов А. С просит кассационные жалобы оставить без удовлетворения.

Проверив материалы дела и обсудив доводы кассационных жалоб и возражений, судебная коллегия считает, что приговор подлежит частичной отмене и изменению по следующим основаниям.

Согласно ст. 48 УК РСФСР, лицо не может быть привлечено к уголовной ответственности, если со дня совершения преступления, за которое по УК РСФСР может быть назначено наказание в виде лишения свободы на срок более пяти лет, прошло десять лет.

Как следует из приговора, и на это обоснованно ссылаются авторы кассационных жалоб, срок давности привлечения Бондарцкова Рожнева, Бразникова, Данилова, Малькова, Коротыча и Нурмеева за покушение на убийство четырех лиц, совершенное 17 ноября 1996 года истек 17 ноября 2006 года.

Суд, признавая Рожнева, Бразникова, Данилова, Малькова Коротыча и Нурмеева виновными по ст. ст. 15 ч. 2, 17-1 ч. 2 и 102 п. п. «д, з» УК РСФСР, а Бондарцкова по ст. ст. 15 ч. 2, 17-1 ч. 2 и ч. 3 и 102 п. п. «д, з» УК РСФСР, и назначая наказание по этому закону, указал в приговоре, что в соответствие с ч. 4 ст. 48 УК РСФСР вопрос о применении сроков давности к лицу, совершившему преступление, за которое по закону может быть назначена смертная казнь, разрешается судом. Такое же право закреплено и в ч. 4 ст. 78 УК РФ.

Однако суд не учел, что согласно ч. 4 ст. 66 УК РФ смертная казнь или пожизненное лишение свободы за приготовление к преступлению и покушение на преступление не назначаются.

Эти положения уголовного закона, в силу ст. 10 УК РФ подлежат применению по настоящему уголовному делу, так как они улучшают положение осужденных.

В связи с этим, приговор в части осуждения Бондарцкова по ст ст. 15 ч. 2, 17-1 ч. 2 и ч. 3 и 102 п. п. «д, з» УК РСФСР, а Рожнева Бразникова, Данилова, Малькова, Коротыча и Нурмеева по ст. ст. 15 ч. 2, 17-1 ч. 2 и 102 п. п. «д, з» УК РСФСР подлежит отмене, а дело прекращению на основании ст. 24 ч. 1 п. 3 УК РФ в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

Что касается доводов кассационных жалоб об отмене приговора и прекращении уголовного дела в части осуждения Бондарцкова, Рожнева Бразникова, Данилова, Малькова и Коротыча за оконченное преступление, предусмотренное ст. 102 УК РФ, то они являются необоснованными.

Поскольку санкция ст. 102 УК РСФСР предусматривает наказание в виде смертной казни, и обстоятельств, препятствующих для ее назначения, УК РСФСР и УК РФ не предусматривают в отличие от назначения наказания за неоконченное преступление, вопрос о применении сроков давности в соответствие с ч. 4 ст. 48 УК РСФСР решается судом.

Как следует из приговора, суд не нашел оснований для применения сроков давности в отношении Бондарцкова, Рожнева Бразникова, Данилова, Малькова и Коротыча, исходя из конкретных обстоятельств совершенного преступления, в результате которого была причинена смерть нескольким лицам, и данных о личности осужденных.

Оснований не соглашаться с таким решением суда судебная коллегия не усматривает, тем более что никаких исключительных обстоятельств для применения сроков давности в кассационных жалобах не названо.

Что касается ссылки осужденных и адвокатов в жалобах на постановление Конституционного Суда РФ, то они являются несостоятельными, поскольку для решения вопроса о применении сроков давности имеет правовое значение наличие или отсутствие в санкции уголовного закона наказания в виде смертной казни или пожизненного лишения свободы.

Таким образом, оснований для отмены приговора в части осуждения Бондарцкова по ст. ст. 17-1 ч. 2 и ч. 3 и 102 п. п. «е, з» УК РСФСР, Рожнева, Бразникова и Данилова по ст. ст. 17-1 ч. 2 и 102 п. п. «е, з» УК РСФСР, Малькова и Коротыча по ст. ст. 17-1 ч. 2 и 102 п. «з УК РСФСР по мотивам истечения сроков давности уголовного преследования не имеется.

Необоснованными являются также доводы кассационных жалоб о том, что при рассмотрении дела судом допущены нарушения уголовно процессуального закона, влекущие за собой отмену приговора.

Предварительное слушание уголовного дела и судебное разбирательство в суде присяжных проведены в соответствии с требованиями статей 324-351 УПК РФ с соблюдением принципа состязательности сторон.

В суде исследована совокупность допустимых доказательств, на основании которой коллегия присяжных заседателей вынесла обвинительный вердикт, обязательный для сторон и председательствующего судьи.

Доводы кассационной жалобы адвокатов Воропанова и Липатенкова о нарушении права Бондарцкова на защиту являются несостоятельными. Вопреки их утверждениям, Бондарцкову в суде разъяснялись положения ст. 51 Конституции РФ, о чем прямо указано в протоколе судебного заседания (т. 43 л. д. 61). Ходатайство Бондарцкова о замене адвокатов Сивченко и Воропанова адвокатом Липатенковым председательствующий рассмотрел, освободив адвоката Сивченко от участия в деле, адвоката же Воропанова, учитывая обязательность участия защитника, назначил Бондарцкову в порядке ст. 51 УПК РФ против чего Бондарцков не возражал (т. 45 л. д. 32). После заключения соглашения с адвокатом Липатенковым последний также был допущен к участию в деле, при этом отводов составу суда адвокат Липатенков не заявлял (т. 45 л. д. 126). 31 мая 2011 года и 2 июня 2011 года защиту Бондарцкова в суде осуществлял адвокат Сивченко, а 28 июля 2011 года адвокат Липатенков, в связи с чем, утверждения адвоката Воропанова о том, что Бондарцков был оставлен без юридической помощи ввиду его неявки, являются несостоятельными. К тому же, в протоколе судебного заседания отсутствуют сведения о неявки адвоката Воропанова в судебное заседание в эти дни. О допросе свидетеля А сторона защиты не заявляла, а государственный обвинитель после объявленного по его просьбе перерыва для согласования вопроса о необходимости допроса А ходатайство о допросе этого свидетеля, являющегося сотрудником милиции, не заявил (т. 341 л. д. 227). Также вопреки утверждениям адвоката Липатенкова все процессуальные вопросы обсуждались с участием сторон и разрешались председательствующим в отсутствии присяжных заседателей.

Доводы кассационной жалобы осужденного Рожнева о том, что защите необоснованно было отказано в допросе свидетелей, являются необоснованными. Следователи Ф , Д и С оперативный сотрудник милиции Фокин не являлись свидетелями совершенного преступления, поэтому они могли быть допрошены только в отсутствии присяжных заседателей, что и было сделано в отношении Д иС Твердохлебов являлся адвокатом и также не мог быть допрошен в присутствии присяжных заседателей. Суд принимал необходимые меры к установлению личности свидетеля Г однако установить его местонахождение и вызвать в суд не представилось возможным. О допросе свидетеля Л Рожнев заявил после окончания судебного следствия. В удовлетворении этого ходатайства председательствующий обоснованно отказал, правильно указав, что по алиби Рожнева все указанные им свидетели были допрошены, допрос же Л который якобы заказал покушение на убийство Рожнева в день совершения преступления в отношении П , К ,А им З , выходил за пределы судебного разбирательства. Допрошенная в отсутствии присяжных заседателей свидетель Ш не могла подтвердить алиби Рожнева поэтому в ее допросе было обоснованно отказано. Показания свидетелей Ш иК оглашались в судебном заседании только после того, как судом были предприняты все возможные меры для их явки. К тому же, у суда были данные о том, что эти свидетели скрываются от суда, опасаясь за свою безопасность со стороны Рожнева (т. 43 л. д. 29). Утверждения Рожнева о том, что публикации в средствах массовой информации могли повлиять на вынесение вердикта, являются надуманными, поскольку публикации, на которые он ссылался, имели место в 2009 году.

Доводы кассационных жалоб адвокатов Зака и Лозинской и осужденного Бразникова о том, что в судебном заседании оглашались показания свидетелей, не имеющие отношения к фактическим обстоятельствам дела, также являются необоснованными. Так показания, касающиеся похищения Т были связаны с попытками осужденных установить местонахождения потерпевших П ,А К иЗ сами же обстоятельства похищения, как разъяснил председательствующий, присяжными заседателями не должны приниматься во внимание при вынесении вердикта. Сведения, которые не относились бы к компетенции присяжных заседателей, до них не доводились. Данные, которые, по мнению адвокатов, порочили потерпевших и могли повлиять на вынесение вердикта, до присяжных заседателей не доводились по той причине, что они не охватывались предъявленным обвинением. В то же время присяжным из показаний подсудимых и свидетелей было известно, что потерпевшие входили в другую преступную группировку и были вооружены. Показания потерпевших К П и Т оглашались в судебном заседании по ходатайству стороны обвинения в связи с наличием в них противоречий, а показания потерпевшей П оглашались также в связи с невозможностью ее явки в последующие судебные заседания по болезни. По этим же причинам не могло быть удовлетворено ходатайство защиты о повторном вызове П для допроса. Необходимости в повторном допросе потерпевшего З и свидетеля Ч не имелось, так как допрос этих лиц сторонами был проведен достаточно полно. При оглашении показаний Рогатина нарушений норм УПК РФ допущено не было, поскольку по данному делу он являлся свидетелем Показания свидетеля Ч и Л вопреки утверждениям адвокатов, не были основаны на слухах, в связи с этим оснований для дачи разъяснений присяжным заседателям об их недопустимости не имелось. Пистолет и пули не имели каких-либо особенностей, которые могли бы повлиять на решение присяжных о виновности подсудимых фотоснимки их предъявлялись присяжным заседателям при исследовании заключений экспертов, о недопустимости которых защита не заявляла, поэтому председательствующий обоснованно отказал адвокату Заку в представлении этих вещественных доказательств на обозрение присяжным заседателям. Необоснованными являются также доводы кассационной жалобы осужденного Бразникова о неправильном рассмотрении председательствующим его замечаний на протокол судебного заседания, поскольку они рассмотрены в порядке установленным законом, и в постановлении содержатся мотивы, по которым замечания признаны подлежащими отклонению.

Доводы кассационных жалоб о том, что председательствующий и государственный обвинитель своим действиями и высказываниями оказывали незаконное воздействие на присяжных заседателей, также являются несостоятельными. Все возражения стороной защиты были правильно отклонены, как необоснованные, а заявленные отводы правильно оставлены без удовлетворения, поскольку обстоятельств предусмотренных ст. 61 УПК РФ, по делу не имелось Председательствующий снимал вопросы, как стороны защиты, так и стороны обвинения, если они не относились к фактическим обстоятельствам дела, задавались повторно или некорректно, либо были связаны с исследованием в присутствии присяжных заседателей обстоятельств, связанных с допустимостью доказательств. Все ходатайства сторон председательствующий рассмотрел в соответствие с уголовно-процессуальным законом, принятые решения по ним являются мотивированными и правильными.

Доводы кассационных жалоб о том, что председательствующий неправильно сформулировал вопросы, подлежащие разрешению коллегией присяжных заседателей, и нарушил принцип объективности при произнесении напутственного слова, являются необоснованными.

Как следует из вопросного листа, вопросы были сформулированы председательствующим с учетом результатов судебного следствия и прений сторон. Предложения стороны защиты об изменении вопросов и о постановке дополнительных вопросов председательствующим были рассмотрены и обоснованно отклонены, поскольку в них содержались те же фактические данные, которые он указал первоначально в своих вопросах. Для присяжных заседателей вопросы были понятны поскольку перед удалением в совещательную комнату они не заявляли о возникновении у них неясностей в связи с поставленными вопросами и не просили председательствующего дать им дополнительные разъяснения. Не возвращались присяжные заседатели и в зал судебного заседания для получения каких-либо разъяснений по поставленным вопросам. Ответы присяжных заседателей не противоречили друг другу в связи с чем, председательствующий обоснованно признал вердикт ясным и непротиворечивым (т. 46 л. д. 202).

Вопросов о наличии по делу фактических обстоятельств исключающих ответственность подсудимых за содеянное или влекущих за собой их ответственность за менее тяжкое преступление, стороной защиты не предлагалось. Что касается вопроса о наличии у Рожнева алиби, то такой вопрос не мог быть поставлен перед присяжными заседателями, так как это обстоятельство подлежало оценке присяжными заседателями при ответе на вопрос № 12 о доказанности участия Рожнева в совершении преступления, на который присяжные заседатели ответили утвердительно, тем самым признав недоказанным алиби Рожнева.

В напутственном слове председательствующий напомнил все исследованные в судебном заседании доказательства, за исключением двух заключений эксперта, на что в возражениях обратил внимание адвокат Жильцов. В этой части возражения адвоката председательствующий принял и дал разъяснение присяжным заседателям, чтобы при вынесении вердикта они учитывали названные адвокатом Жильцовым заключения.

В остальной части возражения адвоката Жильцова, а также возражения адвокатов Липатенкова, Зака, Лозинской, Батуриной и подсудимых Бразникова, Бондарцкова, Рожнева были необоснованными и председательствующий правильно их отклонил.

Вопреки утверждениям авторов кассационных жалоб, как следует из текста напутственного слова, приобщенного к материалам дела председательствующий не давал оценки исследованным в судебном заседании доказательствам, и не высказывалось своего мнения по поставленным перед присяжными заседателями вопросам. Право присяжных заседателей на исключение из вопросов фактических обстоятельств, которые они признают недоказанными, также разъяснялось председательствующим.

Доводы кассационных жалоб о том, что в прениях сторон председательствующий без достаточных оснований прерывал выступления адвокатов, также являются несостоятельными.

Из протокола судебного заседания следует, что к таким мерам председательствующий прибегал только в тех случаях, когда защитники касались не исследованных в суде обстоятельств и доказательств ставили под сомнение допустимость доказательств либо искажали исследованные в судебном заседании доказательства.

Таким образом, нарушений норм уголовно-процессуального закона при рассмотрении дела судом не допущено.

Правовая оценка действиям Бондарцкова, Бразникова, Рожнева Данилова, Малькова и Коротыча в части совершения ими убийства потерпевших, а Бондарцкова и в части незаконного хранения огнестрельного оружия и боеприпасов дана судом правильная.

Доводы кассационных жалоб о том, что вердиктом не установлено, что убийство П К и А было совершено организованной группой, являются необоснованными.

Так, присяжные заседатели признали доказанным, что Бондарцков создал группу, в состав которой вошли Бразников, Рожнев Данилов, Мальков, Коротыч, Нурмеев, лица, уголовное дело в отношении которых выделено в отдельное производство, и неустановленные следствием лица. Бондарцков сам возглавил эту группу и своими указаниями добился тесной взаимосвязи и согласованности действий ее членов, которые ему подчинялись. Он же вооружил группу огнестрельным оружием, обеспечил ее участников автотранспортом и средствами мобильной связи, разработал план на убийства П , К , А и З , в котором предусматривались конкретные действия каждого из членов группы согласовал его с ними и руководил совершением преступления.

Эти фактические данные правильно расценены председательствующим как признак устойчивости созданной Бондарцковым преступной группы, в которую входили осужденные являющийся определяющим для организованной группы.

Поскольку определение устойчивости преступной группы в силу правового характера этого понятия относится к компетенции профессионального судьи, вопрос о том, являлась ли группа, созданная Бондарцковым устойчивой, вопреки мнению адвокатов и осужденных перед присяжными заседателями не мог быть поставлен.

По смыслу закона, лицо, создавшее организованную группу либо руководившее ею, несет ответственность за организацию и руководство организованной группой, а также за все совершенные указанной группой преступления, если они охватывались его умыслом. Другие участники организованной группы несут уголовную ответственность за преступления, в подготовке или совершении которых они участвовали.

С учетом вышеуказанного Бондарцков, Бразников, Рожнев Данилов, Мальков и Коротыч обоснованно признаны виновными и осуждены за умышленное убийство П и К а Бондарцков, Бразников, Рожнев и Данилов также за умышленное убийство А

Поскольку вердиктом присяжных заседателей признано доказанным, что убийство А было совершено с целью не допустить сообщение им в правоохранительные органы о совершенном нападении и причастности к этому Бондарцкова и других осужденных оснований для исключения из приговора осуждения Бразникова по п. «е» ст. 102 УК РСФСР, как об этом просит адвокат Лозинская в своей кассационной жалобе, не имеется.

Государственный обвинитель не отказывался от обвинения Бондарцкова в незаконном хранении оружия и боеприпасов, протокол обыска, в ходе которого были изъяты пистолет и патроны, вопреки утверждениям адвоката Липатенкова, является допустимым доказательством, поскольку обыск проводился на основании судебного решения с участием понятых, самого Бондарцкова и его адвоката протокол обыска подписан всеми лицами, принимавшими в нем участие и без каких-либо замечаний (т. 14 л. д. 11).

Доводы кассационных жалоб осужденных Данилова и Малькова и адвоката Жильцова о недоказанности их вины не могут служить основанием для отмены приговора ввиду особенностей обжалования приговора, постановленного с участием присяжных заседателей.

При назначении наказания суд учел все обстоятельства влияющие на наказание, в том числе и те, которые указаны в кассационных жалобах. При этом, вопреки утверждениям адвоката Зака в жалобе, особо активная роль Рожнева в совершении преступления судом не признавалась в качестве отягчающего обстоятельства, которых суд не установил по делу, о чем прямо указал в приговоре. Суд учитывая особо активную роль Рожнева, определил степень его участия в исполнении преступления, что является обязательным при назначении справедливого наказания.

Нельзя также согласиться с доводами кассационной жалобы адвоката Воропанова о том, что суду следовало учесть в качестве смягчающего обстоятельства противоправное поведение потерпевших поскольку таких обстоятельств вердиктом присяжных заседателей не установлено. Сторона защиты также не предлагала поставить перед присяжными заседателями вопросы, направленные на установление таких фактических обстоятельств, которые могли быть расценены председательствующим как обстоятельства, смягчающие наказание.

Оснований для освобождения осужденных от наказания в соответствие со ст. 83 УК РФ или ст. 302 ч. 8 УПК РФ, как об этом ставят вопросы в жалобах осужденный Рожнев и адвокат Лозинская, не имеется.

Вместе с тем, с учетом частичной отмены приговора и прекращения уголовного дела, приговор в остальной части также подлежит изменению.

Так, из приговора следует исключить указание о назначении наказания Рожневу, Бразникову, Данилову, Малькову, Коротычу и Нурмееву на основании ст. 40 ч. 1 УК РСФСР.

Вместе с тем, окончательное наказание Бондарцкову правильно назначено на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ, поскольку незаконное хранение оружие и боеприпасов продолжалось им до 26 мая 2009 года то есть после введения в действие УК РФ.

При назначении окончательного наказания Рожневу правильно применена ч. 5 ст. 69 УК РФ, так как преступление, за которое он осужден приговором Московского городского суда от 28 декабря 2010 года к 14 годам лишения свободы, было совершено им после введения в действие УК РФ - в 1998 году. Вышеуказанный приговор вступил в законную силу 13 октября 2011 года.

Наказание, назначенное Бразникову за убийство, не превышает двух третей от 15 лет лишения свободы, в связи с чем, несостоятельной является ссылка адвоката Лозинской в жалобе на необоснованность применения судом ч. 3 ст. 62 УК РФ.

Поскольку Бразникову не назначалось наказание в порядке ст. 69 ч. 5 УК РФ, его утверждения о необходимости зачета в срок отбывания наказания времени содержания под стражей по предыдущему приговору является необоснованным.

Необходимо также внести изменения в приговор в части вида колонии, назначенного осужденным Бондарцкову, Бразникову Данилову, Малькову и Коротычу для отбывания наказания.

Поскольку они совершили преступление до введения в действие УК РФ, в отношении них применима ст. 24 УК РСФСР, так как ст. 58 УК РФ ухудшает их положение.

Согласно ст. 24 УК РСФСР, лицам, осуждаемым впервые к лишению свободы за умышленные преступления, отбывание лишения свободы назначается в колониях общего режима, а не строгого режима.

Бондарцков, Бразников, Данилов, Мальков и Коротыч являются лицами, впервые осуждаемыми к лишению свободы. При этом Бразников не относится к лицам, ранее отбывавшим наказание в виде лишения свободы, которым согласно ст. 24 УК РСФСР назначаются колонии строгого режима, так как он осужден к лишению свободы за преступление, совершенное до вынесения двух предыдущих приговоров Бондарцков, хотя и осужден по совокупности преступлений, одно из которых совершено после введения в действие УК РФ, однако преступление, предусмотренное ст. 222 ч. 1 УК РФ, не является особо тяжким.

В то же время Рожневу правильно назначена колония строгого режима, так как в совокупность преступлений, за которые он осужден входит особо тяжкое преступление, совершенное после введения в действие УК РФ.

Гражданские иски потерпевших разрешены судом правильно с приведением в приговоре мотивов принятого решения. Ссылка на имеющиеся, по мнению адвокатов, нарушения ГПК РФ, не могут служить основанием для отмены приговора в этой части.

Судебные издержки также правильно взысканы с осужденных поскольку потерпевшим Т и К были выплачены денежные средства для оплаты расходов, связанных с их проездом к месту нахождения суда, которые согласно ст. ст. 131-132 УПК РФ подлежат возмещению осужденными. Взыскание с Малькова и Рожнева денежных средств за оплату труда адвокатов также соответствует требованиям закона.

Руководствуясь ст. ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Московского областного суда с участием присяжных заседателей от 28 сентября 2011 года в отношении Бондарцкова П А в части его осуждения по ст. ст. 15 ч. 2, 17-1 ч. 2 и ч. 3 и 102 п. п. «д, з» УК РСФСР и в отношении Рожнева И В Бразникова В В Данилова А Н Малькова В Б Коротыча И А Нурмеева В

в части их осуждения по ст. ст. 15 ч. 2, 17-1 ч. 2 и 102 п. п. «д, з» УК РСФСР отменить и дело прекратить на основании ст. 24 ч. 1 п. 3 УПК РФ в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ, по совокупности преступлений предусмотренных ст. ст. 17-1 ч. 2 и ч. 3 и 102 п. п. «е, з» УК РСФСР и ст. 222 ч. 1 УК РФ, путем частичного сложения наказаний окончательно к отбытию назначить Бондарцкову П А 15 лет лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Этот же приговор в отношении Рожнева И В Бразникова В В Данилова А Н Малькова В Б , Коротыча И А Нурмеева В С изменить:

исключить указание о назначении им наказания на основании ст. 40 ч. 1 УК РСФСР.

На основании ст. 69 ч. 5 УК РФ, путем частичного сложения с наказанием по приговору Московского городского суда от 28 декабря 2010 года окончательно к отбытию назначить Рожневу И В 21 год лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Считать Бразникова В В осужденным по ст. ст. 17-1 ч. 2 и 102 п. п. «е, з» УК РСФСР к 10 годам лишения свободы, Данилова А Н - по ст. ст. 17-1 ч. 2 и 102 п п. «е, з» УК РСФСР к 9 годам лишения свободы, Малькова В Б - по ст. ст. 17-1 ч. 2 и 102 п. «з» УК РСФСР к 9 годам лишения свободы, Коротыча И А - по ст. ст. 17-1 ч. 2 и 102 п. «з» УК РСФСР к 9 годам лишения свободы.

Местом отбывания наказания назначить Бразникову В В Данилову А Н , Малькову В Б и Коротычу И А исправительную колонию общего режима.

Считать Нурмеева В С осужденным по ст ст. 17-1 ч. 2 и 102 п. «з» УК РСФСР к 6 годам лишения свободы с применением ст. 44 УК РСФСР условно с испытательным сроком 5 лет.

В остальном приговор остав ения, а кассационные жалобы - без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

Комментарии ()

    Судебная практика

    Судебная практика по статье 324 УПК РФ

    Информация о структуре кодекса

    Карта сайта