Информация

Решение Верховного суда: Определение N 4-АПУ15-19СП от 07.04.2015 Судебная коллегия по уголовным делам, апелляция

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

№4-АПУ15-19СП

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ г. Москва 7 апреля 2015 года

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего Ботина А.Г.,

судейКондратоваП.Е. иПейсиковойЕВ.

при секретаре Маркове О.Е.

с участием прокурора Титова Н.П., осужденных Хомутова А.А. и Михайлова И.В. (в режиме видеоконференц-связи), их защитников адвокатов Лопина А.П., Трубниковой С.Н., Иванова С.Е., потерпевшей Р и ее представителя - адвоката Беложенко Ф.Ф.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного Хомутова А.А.и его защитника адвоката Лопина А.П., осужденного Михайлова И.В. и его защитников адвокатов Трубниковой С.Н. и Иванова СЕ. на приговор Московского областного суда от 22 декабря 2014 года, по которому, с учетом постановления Московского областного суда от 22 декабря 2014 г.,

Хомутов А А

несудимый,

осужден по п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ к 16 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на 2 года с установлением ограничений: не уходить из дома, квартиры, иного жилого помещения в ночное время суток, не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования, не изменять место жительства или пребывания, место работы и учебы без согласия специализированного государственного органа осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, с возложением обязанности являться в указанный специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы 4 раза в месяц для регистрации;

Михайлов И В

несудимый,

осужден по п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ к 16 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на 2 года с установлением ограничений: не уходить из дома квартиры, иного жилого помещения в ночное время суток, не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования, не изменять место жительства или пребывания, место работы и учебы без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы с возложением обязанности являться в указанный специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы 4 раза в месяц для регистрации.

По приговору взыскано в пользу потерпевшей Р в счет возмещения причиненного морального вреда: с Хомутова А.А руб., с Михайлова И.В. - рублей.

Судом также приняты решения о распределении процессуальных издержек и о судьбе вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Кондратова П.Е. о содержании приговора существе апелляционных жалоб и возражений на них, выслушав выступления осужденных Хомутова А.А. и Михайлова ИВ., их защитников адвокатов Лопина А.П. и Иванова С.Е., поддержавших приведенные в апелляционных жалобах доводы, а также выслушав мнения потерпевшей Р ее представителя - адвоката Беложенко Ф.Ф. и прокурора Титова Н.П., предложивших оставить приговор без изменения, а апелляционные жалобы без удовлетворения, Судебная коллегия

установила:

по приговору, постановленному на основании вердикта коллегии присяжных заседателей от 21 октября 2014 г., Хомутов А.А. и Михайлов И.В осуждены за убийство, то есть умышленное причинение смерти Р группой лиц по предварительному сговору.

Преступление совершено 20 марта 2012 г. на территории области при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционных жалобах осужденный Хомутов А.А. и его защитник Лопин А.П. выражают несогласие с приговором, указывая, что, несмотря на то, что Хомутову А.А. предъявлено обвинение в совершении двух преступлений (похищения человека и убийства), не образующих идеальную совокупность, председательствующий, в нарушение положений ст. 339 УПК РФ, вопрос № 1 о доказанности события преступления сформулировал как единый, касающийся одновременно обоих преступлений. Кроме того, по мнению защитника, вопросный лист и постановленный на основании вынесенного вердикта приговор не соответствуют и другим требованиям закона. Так, вопрос № 1 вопросного листа содержит описание события охватывающего период времени с 8 часов 40 минут до 14 часов 30 минут 20 марта 2012 г. тогда как вопрос № 2 о доказанности совершения преступных деяний Хомутовым А.А. содержит описание деяний подсудимого уже в расширенном формате, включающее в себя помимо вышеуказанных событий и события, имевшего место в период времени с 19 марта 2012 г. до 8 часов 40 минут 20 марта 2012 г. Таким образом, по мнению авторов жалоб формулировка вопроса № 2 не соответствует описанию деяния, которое содержится в вопросе № 1. В результате при ответе на вопрос № 1 коллегия присяжных заседателей не признала, что Хомутов А.А. и Михайлов И.В совершили убийство группой лиц по предварительному сговору между собой и другими лицами, но, несмотря на это, суд незаконно квалифицировал действия Хомутова А.А. по п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ. В вопросе № 3, как указывается в апелляционной жалобе защитника, вообще отсутствуют сведения, которые необходимы для ответа. Кроме того, защитник обращает внимание на то, что суд в приговоре не определил вид исправительного учреждения, в котором Хомутов А.А. должен отбывать наказание в виде лишения свободы. По его мнению, при решении вопроса о взыскании с Хомутова А.А. в пользу потерпевшей Р рублей суд неправильно применил положения ст. 151, 1099-1101 ГК РФ, указав в приговоре, что эти денежные средства взыскиваются в возмещение причиненного морального вреда. Хомутов А.А. и адвокат Лопин А.П. просят приговор в отношении Хомутова А.А. отменить, уголовное дело направить на новое судебное разбирательство со стадии подготовки к судебному заседанию.

Осужденный Михайлов И.В. и его защитники Трубникова С.Н. и Иванов С Е . в апелляционных жалобах (с дополнениями) также просят приговор отменить, уголовное дело направить на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции. По их мнению, при обвинении Михайлова И.В. и Хомутова А.А., каждого, в совершении двух различных преступлений, не образующих идеальную совокупность (пп. «а», «в», «г» ч. 2 ст. 126 УК РФ и пп. «в», «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ), суд в соответствии со ст. 339 УПК РФ должен был поставить перед присяжными заседателями по три основных вопроса отдельно по каждому преступлению. Однако в нарушение данных требований закона суд объединил вопросы по обоим преступлениям проигнорировав к тому же в нарушение ч. 2 ст. 338 УПК РФ замечания стороны защиты по содержанию и формулировке вопросов. В результате, по мнению авторов жалоб, вердикт присяжных заседателей оказался противоречивым, и на основании него не представляется возможным установить, какое преступление совершили подсудимые (похищение или убийство). Кроме того, защитники указывают, что содержание вопросов № 1 и № 2 существенно различается как по обозначенным в них временным рамкам, так и по содержанию действий подсудимых: в вопросе № 2 более подробно, чем в вопросе № 1, описаны деяния, и они охватывают более продолжительный период времени. В вопросе № 1 относительно доказанности деяния, отсутствуют формулировки, касающиеся предварительного сговора между Михайловым ИВ., Хомутовым А.А. и иными лицами, а также событий, происходивших 19 марта 2012 г. Поскольку же данные обстоятельства не были установлены вердиктом присяжных заседателей при ответе на вопрос № 1, суд был не вправе указывать их как установленные в приговоре. Также защитники утверждают, что в нарушение требований п. 1 ч. 1 ст. 73 УПК РФ перед коллегией присяжных заседателей не ставился вопрос о доказанности того, что телесные повреждения потерпевшему были причинены лицами, которые его похитили, что именно данные телесные повреждения привели к механической асфиксии, от которой наступила смерть потерпевшего. Таким образом, по мнению защитников вывод суда о виновности Михайлова И.В. и Хомутова А.А. в совершении убийства потерпевшего Р не основан на вердикте присяжных заседателей. Кроме того, из обвинительного заключения не следует, что между тяжелой травмой гортанно-подъязычного комплекса и наступлением смерти потерпевшего от механической асфиксии существует прямая причинно-следственная связь. Приведя в вопросном листе, а затем в приговоре формулировки о том, что смерть Р наступила от телесных повреждений, которые ему причинили Михайлов И.В. и Хомутов А.А., суд, в нарушение положений ст. 252 УПК РФ, вышел за пределы предъявленного обвинения. По мнению защитников, суд, установив, что в действиях Михайлова И.В. и Хомутова А.А. не содержится состава преступления, предусмотренного пп. «а», «в», «г» ч. 2 ст. 126 УК РФ, должен был оправдать их в данной части, признав их право на реабилитацию.

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель Щербина А.Г. и представитель потерпевшей Р адвокат Беложенко Ф.Ф., опровергая приведенные в жалобах доводы предлагают признать их несостоятельными, а приговор оставить без изменения.

Проверив материалы уголовного дела, изучив доводы апелляционных жалоб, возражений на них, выслушав выступления сторон в заседании суда апелляционной инстанции, Судебная коллегия находит, что приговор постановлен в соответствии с требованиями закона, регламентирующего рассмотрение уголовных дел с участием присяжных заседателей.

Уголовное дело рассмотрено судом с участием присяжных заседателей по ходатайствам обвиняемых Хомутова А.А. и Михайлова И.В. с соблюдением всех установленных уголовно-процессуальным законом условий для применения такой формы судебного разбирательства.

Исследование обстоятельств уголовного дела в судебном заседании осуществлялось с учетом предусмотренных гл. 42 УПК РФ особенностей судебного следствия, проводимого с участием присяжных заседателей.

Включенные в вопросный лист вопросы изложены в соответствии с требованиями ст. 252, 338, 339 УПК РФ. Права сторон обвинения и защиты при подготовке вопросного листа были соблюдены: им была предоставлена возможность высказать свои замечания относительно предложенных формулировок вопросного листа, а также внести предложения о желательных формулировках тех или иных вопросов. Тот факт, что предложения стороны защиты по поводу формулировок поставленных перед присяжными заседателями вопросов, в том числе относительно необходимости постановки отдельно вопросов о доказанности похищения Р и доказанности его убийства, не были приняты председательствующим, не может расцениваться как нарушение прав этой стороны.

Вопреки доводам жалоб вопросный лист соответствует требованиям ст. 339 УПК РФ, согласно которым в вопросном листе возможна постановка одного основного вопроса о виновности подсудимого, являющегося соединением вопросов, указанных в ч. 1 ст. 339 УПК РФ.

Вопросы, касающиеся доказанности события преступления, а также виновности Хомутова А.А. и Михайлова И.В. в совершении инкриминируемых им действий в вопросном листе сформулированы председательствующим в соответствии с предъявленным им обвинением, с учетом результатов судебного следствия и прений сторон. С просьбой о предоставлении дополнительных разъяснений по поставленным вопросам старшина к председательствующему не обращался.

То обстоятельство, что в формулу вопроса № 1 были включены запросы относительно доказанности как похищения Р так и умышленного причинения смерти потерпевшему обусловлено особенностями выдвинутого органами предварительного следствия против подсудимых обвинения в похищении человека и в его убийстве сопряженном с похищением. Подсудимым вменялось в вину, что при совершении похищения Р для его последующего убийства, они применили к потерпевшему насилие, опасное для жизни и здоровья, выразившееся в нанесении множественных ударов по телу и голове, а также в неоднократном сдавливании его шеи, в результате чего Р была причинена тяжелая травма гортанно-подъязычного комплекса от механической асфиксии, которая повлекла наступление его смерти на месте происшествия. При этом, как отмечала сама сторона защиты описание в постановлениях о привлечении в качестве обвиняемых Хомутова А.А. и Михайлова И.В. похищения человека и его убийства практически

одинаково, что в значительной мере и обусловило объединение вопроса о доказанности обоих этих преступлений в один вопрос. Таким образом именно тесная взаимосвязь вменяемых подсудимым преступлений по дате и времени их совершения, по их объективной и субъективной сторонам послужила объективным основанием для избранной председательствующим формулировки вопроса № 1.

Формулировки вопросов в вопросном листе не вызвали у присяжных заседателей трудностей при ответах на них и вынесении вердикта, который является ясным и не содержит противоречий.

Постановленный по результатам судебного разбирательства приговор соответствует требованиям ст. 348-351 УПК РФ. Сделанные в нем председательствующим судьей выводы основаны на обязательном для него вердикте коллегии присяжных заседателей в соответствии с теми фактическими обстоятельствами, которые этим вердиктом признаны установленными.

Вопреки доводам жалоб нарушений положений ст. 252 УПК РФ регламентирующих пределы судебного разбирательства, как при составлении вопросного листа, так и при постановлении приговора допущено не было Существенных отличий по объему между описанием предъявленного Хомутову А.А. и Михайлову И.В. обвинения, изложенного в обвинительном заключении, и формулировками, приведенными в вопросном листе и в приговоре, не имеется.

Так, согласно постановлениям о привлечении Хомутова А.А. и Михайлова И.В. в качестве обвиняемых и обвинительному заключению Хомутов А.А. и Михайлов И.В. вместе с не менее чем четырьмя неустановленными сообщниками нанесли Р множественные удары руками, ногами и неустановленными тупыми твердыми предметами по различным частям тела и шеи, а также неоднократно сдавливали шею пальцами рук, затрудняя доступ кислорода для дыхания потерпевшего причинив этими согласованными преступными действиями Р телесные повреждения - тяжелую травму гортанно-подъязычного комплекса в течение нескольких первых минут после причинения которой наступила его смерть от механической асфиксии.

Указанный вывод согласуется с заключением комиссии экспертов медиков о том, что у Р обнаружена тяжелая травма гортанно подъязычного комплекса, характерная для сдавления органов шеи, которая закономерно приводит к наступлению смерти, как правило, в первые несколько минут в процессе или после ее причинения вследствие развития механической асфиксии; каких-либо других повреждений и заболеваний,

которые могли бы привести к наступлению смерти Р экспертной

комиссией не установлено.

В свою очередь коллегией присяжных заседателей признано

доказанным, что Р в результате нанесения множественных ударов

руками, ногами и неустановленными тупыми предметами по различным

частям тела и шеи, а также неоднократного сдавливания шеи пальцами рук

была причинена тяжелая травма гортанно-подъязычного комплекса, в течение нескольких минут после чего наступила его смерть на месте происшествия от механической асфиксии.

Этот же вывод, соответственно, был положен в основу отраженного в приговоре суда решения об осуждении Хомутова А.А. и Михайлова И.В. по пп. «в, ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Таким образом, указанные в вопросном листе, подтвержденные в вердикте присяжных заседателей и закрепленные в приговоре суда данные об обстоятельствах совершения Хомутовым А.А. и Михайловым И.В инкриминируемых им преступных действий, в полной мере отвечают тому объему обвинения, которое было предъявлено названным обвиняемым органами уголовного преследования, с учетом чего в решениях суда нарушения положений ст. 252 УПК РФ не усматривается.

Несостоятельными являются также доводы стороны защиты о том, что вопросный лист не соответствует требованиям закона, так как содержание вопросов № 2 и № 5 существенно отличается по объему в большую сторону от содержания вопроса № 1 о доказанности деяния.

Согласно положениям ч. 1 ст. 339 УПК РФ на вопрос № 1 присяжные заседатели должны ответить о том, доказано ли, что деяние имело место Предметом же ответа на последующие два вопроса является определение причастности или непричастности, а также виновности или невиновности в данном событии конкретного подсудимого, в том числе установление в его действиях умысла, сговора, других признаков субъективной стороны.

Таким образом, имеющиеся различия в содержании формулировок вопросов, изложенных в вопросном листе, целиком обусловлены спецификой их предмета и не ставят под сомнение законность вердикта коллегии присяжных заседателей и постановленного на его основании приговора Вместе с тем, формулируя вопросы №№ 2, 3, 5, 6 вопросного листа председательствующий никоим образом не вышел за рамки того обвинения которое было предъявлено Хомутову А.А. и Михайлову И.В. органами уголовного преследования.

Не соответствуют действительности и утверждения авторов апелляционных жалоб о том, что суд в приговоре признал Хомутова А.А. и Михайлова И.В. виновными в действиях, связанных с подготовкой похищения и убийства Р в том числе с достижением сговора на совершение этих преступлений, несмотря на отсутствие в вердикте присяжных заседателей вывода о доказанности самих этих действий Действительно, в первом вопросе вопросного листа данных об обстоятельствах подготовки к совершению похищения и убийства Р.

не содержалось, однако эти данные были включены в вопросы №№ 2 и

5, на которые присяжные заседатели дали однозначно утвердительные

ответы. Поэтому никакого несоответствия между содержащимися в

приговоре суда решениями, в том числе по вопросу о наличии сговора между

соисполнителями преступления, и вердиктом коллегии присяжных

заседателей не имеется.

Принимая во внимание вышеизложенное, Судебная коллегия приходит к выводу, что нарушений требований уголовно-процессуального законодательства при составлении вопросного листа, вынесении вердикта и постановлении на основании него приговора допущено не было.

Правовая оценка действий Хомутова А.А. и Михайлова И.В. по п. «ж ч. 2 ст. 105 УК РФ основана на обстоятельствах дела, признанных присяжными заседателями доказанными, и соответствует положениям как Общей, так и Особенной частей Уголовного кодекса Российской Федерации.

Квалифицируя действия подсудимых, суд первой инстанции пришел к выводу, что действия осужденных Хомутова А.А. и Михайлова И.В. по захвату потерпевшего и перемещению его в другое место преследовали цель не удержания потерпевшего, а совершения его убийства. В связи с этим суд обоснованно исключил из объема предъявленного Хомутову А.А. и Михайлову И.В. обвинения совершение преступления, предусмотренного пп. «а», «в», «г» ч. 2 ст. 126 УК РФ. Поскольку же вышеуказанные действия связанные с похищением Рябова Д.Н., полностью охватываются составом убийства, то, вопреки позиции стороны защиты, оснований для вынесения оправдательного приговора не имеется.

При назначении наказания суд учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личностях осужденных, а также влияющие на вид и размер наказания обстоятельства.

С учетом того, что уголовный закон предусматривает возможность назначения осужденному за преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 105 УК РФ, лишь определенного вида исправительного учреждения исправительной колонии строгого режима, определенный судом в постановлении от 22 декабря 2014 г. вид исправительного учреждения, в котором осужденные Хомутов А.А. и Михайлов И.В. должны отбывать наказание в виде лишения свободы, не вызывает сомнений.

Вопреки доводам стороны защиты, гражданский иск судом рассмотрен в соответствии с требованиями ст.ст. 151, 1099-1101 ГК РФ. Решение о взыскании с Хомутова А.А. и Михайлова И.В. в пользу потерпевшей Р.

в счет денежной компенсации морального вреда рублей и

рублей, соответственно, является обоснованным, так как совместными действиями осужденных потерпевшей причинены моральные и нравственные страдания, вызванные гибелью ее сына. Размер компенсации соответствует степени причиненных потерпевшей физических и нравственных страданий, а также степени вины осужденных. При определении размера компенсации вреда судом в полной мере учтены требования разумности и справедливости. Обозначение в приговоре в качестве основания взыскания с осужденных соответствующих денежных

средств «возмещения причиненного морального вреда» не влияет на

законность и обоснованность решения, принятого по гражданскому иску, не

создает неясностей для исполнения судебного решения и не может служить

основанием для отмены или изменения приговора.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28, 289.33 УПК РФ, Судебная коллегия

определила:

приговор Московского областного суда от 22 декабря 2014 г. в отношении Хомутова А А и Михайлова И В оставить без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения.

Председательствующий судья Судьи

Комментарии ()

    Судебная практика

    Судебная практика по статье 252 УПК РФ

    Информация о структуре кодекса

    Карта сайта