Информация

Решение Верховного суда: Определение N 66-АПУ16-24 от 04.10.2016 Судебная коллегия по уголовным делам, апелляция

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дело № 66-АПУ16-24

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ г. Москва 4 октября 2016 г.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе председательствующего - Сабурова Д.Э судей - Истоминой Г.Н., Таратуты И.В при секретаре-ГорностаевойЕ.Е с участием государственного обвинителя - прокурора Пирогова М.В защитников - адвокатов Шевченко Е.М., Кротовой СВ осужденных Осколкова В.И., Валеева Д.М рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденных Осколкова В.И. и Валеева Д.М, адвоката Балахничевой А.В. в защиту интересов Осколкова В.И. на приговор Иркутского областного суда от 7 июля 2016 года, которым

Осколков В И ,

ранее судимый:

- 9 октября 2001 г. (с учетом внесенных 5 октября 2004 г. изменений) по пп. «б, в» ч. 3 ст. 162, п. «з» ч. 2 ст. 105, ч. 2 ст. 167 УК РФ на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ к 19 годам лишения свободы, освобожденный 19 ноября 2011 г. у словно-досрочно на 6 лет 1 месяц 14 дней осужден к лишению свободы по: - чч. 4, 5 ст. 33,ч. 1 ст. 30, ч. 3 ст. 162 УК РФ (по эпизоду в отношении Б 4 годам с ограничением свободы на 1 год;

- ч. 5 ст. 33, ч. 2 ст. 162 УК РФ (по эпизоду в отношении Г к 7 годам с ограничением свободы на 1 год; - чч. 4, 5 ст. 33, ч. 2 ст. 162 УК РФ (по эпизоду в отношении К .) к 8 годам с ограничением свободы на 1 год; - ч. 4 ст. 33 и п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ (по эпизоду в отношении К .) к 17 годам с ограничением свободы на 1 год на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний к 22 годам с ограничением свободы на 2 года на основании ст. 79 УК РФ отменено условно-досрочное освобождение от наказания по предыдущему приговору и на основании ст. 70 УК РФ путем частичного присоединения неотбытой части наказания по приговору от 9 октября 2001 года окончательно к 27 годам лишения свободы в исправительной колонии особого режима с ограничением свободы на 2 года с установлением ограничений и возложением обязанностей, перечисленных в приговоре;

Валеев Д М ,

ранее

судимый: - 4 апреля 2003 г. (с учетом внесенных 23 декабря 2005 г. изменений) по п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ к 14 годам лишения свободы, освобожденный 5 ноября 2011 года условно-досрочно на 4 года 4 месяца 25 дней осужден к лишению свободы по: - ч. 1 ст. 30,ч. 3 ст. 162 УК РФ (по эпизоду в отношении Б к 5 годам с ограничением свободы на 1 год; - ч. 2 ст. 162 УК РФ (по эпизоду в отношении Г к 8 годам с ограничением свободы на 1 год; - ч. 2 ст. 162 УК РФ (по эпизоду в отношении К к 9 годам с ограничением свободы на 1 год; - п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ (по эпизоду в отношении К к пожизненному лишению свободы на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений к пожизненному лишению свободы на основании ст. 79 УК РФ отменено условно-досрочное освобождение от наказания по приговору от 3 апреля 2003 года и на основании ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров окончательно к пожизненному лишению свободы в исправительной колонии особого режима.

Решена судьба вещественных доказательств и вопрос о процессуальных издержках. Взыскано в доход государства с Осколкова В.И. 66.600 рублей, с Валеева Д.М. - 20.000 рублей.

Заслушав доклад судьи Сабурова Д.Э., выступления в режиме видеоконференц-связи осужденных Осколкова В.И., Валеева Д.М., их защитников адвокатов Шевченко Е.М. :а Кротовой СВ., поддержавших доводы апелляционных жалоб и дополнений, возражения прокурора Пирогова М.В.. о необходимости оставления жалоб без удовлетворения Судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

по приговору суда осужденные признаны виновными:

• Осколков - в подстрекательстве и пособничестве в приготовлении к нападению на Б в целях хищения его имущества, с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением оружия, в крупном размере, группой лиц по предварительному сговору в пособничестве в разбое в отношении Г с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением оружия, группой лиц по предварительному сговору; в подстрекательстве и пособничестве в разбое в отношении К с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предметов, используемых в качестве оружия, группой лиц по предварительному сговору; в подстрекательстве к убийству К с целью сокрытия другого преступления;

• Валеев - в приготовлении к разбою в отношении Б с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением оружия, в крупном размере, группой лиц по предварительному сговору; в разбое в отношении Г с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением оружия, группой лиц по предварительному сговору; в разбое в отношении К с угрозой применения насилия опасного для жизни и здоровья, с применением предметов, используемых в качестве оружия, группой лиц по предварительному сговору; в убийстве К . с целью скрыть другое преступление.

Преступления совершены 25-26 марта 2015 года на территории

области при изложенных в приговоре обстоятельствах.

В апелляционной жалобе адвокат Балахничева А.В. в интересах Осколкова В.И. полагает приговор незаконным, необоснованным постановленным с нарушениями УПК РФ, а назначенное наказание несправедливым.

Указывает, что судом не мотивировано вследствие чего он признал доказательства стороны обвинения допустимыми и достоверными и отверг доказательства стороны защиты, которые судом не оценены и необоснованно не приняты во внимание.

Полагает, что суд неправильно оценил доказательства.

По ее мнению, суд формально отразил смягчающие наказание обстоятельства, но не учел их в полной мере, вследствие чего назначил чрезмерно суровое наказание.

Просит приговор отменить и направить дело на новое судебное разбирательство, освободив Осколкова В.И. из-под стражи.

Осужденный Валеев Д.М. в апелляционной жалобе также выражает несогласие с приговором.

Указывает, что в ходе судебного заседания он неоднократно заявлял о своей непричастности, об алиби, которое подтверждалось детализацией и биллингом его телефонных соединений, согласно которым, в период совершения разбоев и убийства К он находился только в трех местах, где запеленгован его телефон г. ул. д. , г. , квартал и п.

района.

Обращает внимание, что при помещении его в ИВС был изъят телефон с указанным номером, но следователь Е этот факт скрыла, совершив, тем самым, должностное преступление, чему суд не дал оценки.

Полагает нарушенным право на защиту вследствие отказа суда в вызове свидетеля З который мог подтвердить алиби по преступлениям в отношении К .

Просит приговор отменить, направив дело на новое рассмотрение либо изменить и снизить наказание с пожизненного лишения свободы на определенный срок.

В дополнениях Валеев Д.М. указывает, что суд необоснованно не принял во внимание, что по показаниям Осколкова от 30.04.15 в т. 2 л.д. 63, он, Валеев, находился с ним и Д в автомобиле в с. чтобы затем спрятать автомобиль и не остался в г. тогда как никто из свидетелей не видел его, Валеева.

В судебном заседании никто из свидетелей, кроме Л его Валеева, не узнал, заявив, что ранее никогда не видели, а тем более вместе с О и Д

Ссылаясь на детализацию телефонных соединений в т. 5 л.д. 8, обращает внимание, что 25 марта 2015 г. его номер зафиксирован в г. по ул. 108 в 13:43:23 и в п. в 23:06:27. Согласно детализации в 10:30 утром он с Осколковым был в г. , в 12:30 звонил Осколкову и до 21:00 находился в г. а в был в 22:05. Это опровергает показания свидетеля Л которая якобы видела их вместе с Осколковым напротяжении 3-х часов, поскольку в п они были в 9:41, а в 10:31 уже были в г.

Считает недопустимыми, положенные в основу обвинения доказательства, в том числе и показания умершего Д

Полагает, что суд не в полной мере исследовал обстоятельства по Б - не проверил, неправильно оценил, неправильно принял во внимание.

Кроме того, нарушение права на защиту усматривает и в том, что суд необоснованно удалил его из зала суда, лишив возможности представлять доказательства, задавать вопросы допрашиваемым лицам заявлять ходатайства, делать заявления и давать пояснения.

Высказывает просьбу, аналогичную содержащейся в жалобе.

В последующих дополнениях Валеев оспаривает свое осуждение по эпизоду разбойного нападения на супругов Г Обращает внимание на многочисленные противоречия в их показаниях на следствии и в суде Делает вывод об оговоре с их стороны вследствие того, что он фактически вскрыл их незаконную деятельность по продаже спиртосодержащей продукции. Не отрицая, что приходил к ним настаивает, что не имеет отношения к .действиям Д , который и совершил это разбойное нападение.

Просит об отмене приговора и направлении дела на новое рассмотрение или об его изменении и смягчении наказания до лишения свободы на определенный срок.

Осужденный Осколков В.И. в апелляционной жалобе кратко высказывает свое несогласие с приговорам.

В дополнениях Осколков В.И. считает приговор незаконным необоснованным и несправедливым.

Со ссылкой на постановление Пленума Верховного Суда РФ оспаривает судебные решения в отношения себя в части меры пресечения (листы протокола 8 и 283, 2Й4-285).

Указывает, что показания Д в ходе следствия были оглашены в нарушение требований УПК, поскольку он не являлся ни потерпевшим, ни свидетелем, согласия стороны защиты на оглашение его показаний не было. Кроме того, очных ставок с ним в период расследования по делу не проводилось, Д затем умер, и дело в отношении него было прекращено. Таким образом, в судебном заседании он был лишен возможности задавать ему вопросы, в связи с чем, все показания Д как незаконно оглашенные являются недопустимыми доказательствами.

Считает, что изложенные в приговоре выводы суда о его виновности не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Его и других показания на следствии являются недостоверными, от них обвиняемые отказались в суде и они не могли приниматься во внимание. Кроме того, при этих допросах отсутствовали адвокаты, их подписи на каждом листе протокола отсутствуют.

Обращает внимание, что его и Валеева показания в ходе судебного разбирательства подтверждаются показаниями различных свидетелей (перечень которых со ссылками на тома и листы дела приводится в дополнении).

О его непричастности свидетельствуют различные экспертизы, не обнаружившие никаких следов, принадлежащих ему, Осколкову: Какие либо предметы и вещи, имеющие отношение к делу, также не найдены.

По его мнению, суд не в должной мере оценил результаты биллинга и показания специалиста Ш , которые опровергают выводы суда о его нахождении на месте преступлений в момент их совершения.

Полагает ошибочными выводы суда в части оценки биллинга телефонных соединений.

Обращает внимание, что «приписываемый» ему обрез, не найден принадлежность обреза именно ему недоказана. При том, что Валеев (т. 7 л.д. 132-145), свидетели О (т. 3 л.д. 201-203), О

(т. 4 л.д. 125-129), С (т. 7 л.д. 221-223), Л (т. 7 л.д. 232-235), С (т.5 л.д. 212), Д (т. 9 л.д. 200) в своих показаниях на следствии четко заявляли, что никогда не видели у Осколкова какого-либо обреза.

Об отсутствии каких-либо договоренностей свидетельствует и тот факт, что он, Валеев и Д были малознакомы, Д он лично 25 марта видел второй раз, а Валеев с ним только познакомился Это подтверждается показаниями Л (т. 7 л.д. 232-235) и С (т. 5 л.д. 218-221).

Обращает внимание на индивидуально-психологические черты Валеева.

Ссылаясь на показания потерпевших и свидетелей по делу, повторяет что никто из них его не видел и не уличает в содеянном.

Отмечает, что после освобождения из мест лишения свободы он работал, пытался организовать собственный бизнес, что подтверждают свидетели О (т. 3 л.д. 201-203), В (т. 1 л.д. 228- 231), Д (т. 9 л.д. 197-200), Г (т. 9 л.д. 209-210), то есть он являлся материально независимым, и у него не было мотива на совершение всех преступлений.

Полагает свое задержание произведенным с нарушением УПК, в ночное время, без достаточных оснований.

Также обращает внимание, что первоначальные показания Д совпадают с его показаниями, а показания Валеева противоречивы.

Показания свидетеля Л в судебном заседании (л.д. 53-64 протокола с/з от 25.01.2016) расценивает как недостоверные противоречащие ее же собственным показаниям в ходе следствия (т. 5 л.д. 155). Аналогичную оценку дает показания Г (л.д. 11-23 протокола с/з от 19.01.201 г. и т. 3 л.д. 101-104, т. 7 л.д. 72-76).

Высказывает предположение о том, что нападения на Б вообще не было, т.к. сам потерпевший дал соответствующие показания, что подтверждено и показаниями свидетеля Ш .

Полагает, что со стороны суда было предвзятое отношение обвинительный уклон, так как все ходатайства стороны защиты необоснованно отклонялись.

По его мнению, судом не принято во внимание, что многие протоколы следственных действий с участием Валеева были подписаны адвокатом Казариновым, который затем был отстранен от дела в связи с отказом от его услуг Валеевым (т. 5 л.д. 67, 68-69).

Оспаривая правильность содержания письменного текста протокола судебного заседания, указывает, что в нем содержатся многочисленные неточности и ошибки, касающиеся существенных моментов в показаниях допрошенных лиц.

Указывает, что приговор был провозглашен в его отсутствие и не объявлялся под роспись.

Полагает недопустимым доказательством протокол очной ставки с Д от 25.06.2015 г. (т. 4 л.д. 95, 103), так как в нем не записаны задаваемые следователем вопросы, не выяснялось его отношение к ответам Д

Оспаривает результаты экспертизы № 3009 в т. 7 л.д. 34, поскольку считает, что выводы этой экспертизы «взяты» из другой экспертизы в рамках предыдущего уголовного дела (т. 7 л.д. 32).

Поскольку товароведческая экспертиза для определения стоимости автомобиля К проводилась без непосредственного осмотра самого автомобиля, считает необоснованным отказ суда в проведение повторной экспертизы (л.д. 256 протокола от 11.05.16 г., л.д. 297 протокола от 31 мая 2016 г.).

Оспаривает решения следователя и суда в отказе в удовлетворении различных ходатайств стороны защиты - о прекращении уголовного дела в отношении него, о назначении почерковедческой экспертизы, о признании недопустимым доказательством протокола очной ставки между ним и Д , об установлении маршрута следования автомобиля, проведении доп. судебно-медицинской экспертизы для установления точного времени смерти К

По его мнению, протокол его допроса в качестве подозреваемого и проверки показаний на месте как несоответствующие требованиям УПК не могли приниматься во внимание.

Также считает, что обвинительное заключение было составлено с нарушением УПК РФ, поскольку з нем отсутствует перечень доказательств стороны защиты, в приложенной к нему справке нет данных об исках, сведений о мерах в их обеспечение, не указаны лица со стороны защиты, подлежащие вызову в суд, то есть дело подлежало возврату прокурору.

Отсутствие в приговоре указаний классных чинов гос. обвинителей подробных сведений об адвокатских образований, из которых участвовали адвокаты, отсутствие в приговоре ссылок на тома и листы дела, протоколы, экспертизы, оправдывающие его, отсутствие оценки доводам стороны защиты, расценивает как существенные нарушения УПК РФ, влекущие безусловную отмену приговора.

Просит приговор отменить и направить дело на новое разбирательство, изменив на более мягкую меру пресечения.

В последующих дополнениях от 22 августа 2016 г. Осколков обращает внимание, что в приговоре не указаны время, способы совершения преступлений, форма их вины, цели и мотивы действий Отсутствует и указание о частичном признании Валеевым своей вины При разрешение вопроса о наказании суд не мотивировал свои выводы не указаны смягчающие наказание обстоятельства, в резолютивной части не разъяснен порядок обжалования приговора. Вновь просит об отмене приговора и направлении дела на новое рассмотрение и изменении меры пресечения.

В дополнениях от 29 августа 2016 г. Осколков указывает, что при совершении Д и Валеевым преступлений он находился вдалеке от них, никакого отношения к совершаемым ими деяниям не имел, чему свидетельствуют показания Д (т. 9 л.д. 197-200), С С , Ш (л.д. 245-248 протокола с/з), Валеева (л.д. 99-101 протокола и л.д. 103-106).

Полагает, что инкриминируемые ему подстрекательство и пособничество опровергаются показаниями Л в ходе с/з 25.01.206 г. (л.д. 50 протокола), Л (25.01.2016 г. л.д. 42-43 протокола с/з), Валеева в с\з 8.02.2016 г. (л.д. 99 протокола).

Настаивает на том, что по делу не имеется доказательств, в том числе, материальных, его вины в преступлениях.

Выступая в защиту Валеева, указывает, что тот находился в состоянии патологического опьянения, чему суд не дал оценки. Кроме того, по его заявлению прокуратурой проводится проверка по факту оговора со стороны Валеева.

Просит себя оправдать, а Валеева осудить согласно им содеянному с назначением определенного срока лишения свободы.

В дополнениях от 5 сентября 2016 г. и последующих Осколков вновь утверждает о своей непричастности к содеянному и недоказанности своей вины.

Указывает, что он не был знаком с Б , в круг его знакомых не входил, нигде и никогда с ним не «пересекались», в связи с чем, он не мог, как утверждает суд, предоставит Е> информацию о Б

Поскольку с Д знаком не был, видел только один раз, а Валеев является физически и психически больным человеком, он не мог вопреки выводам суда склонить их к совершению преступлений.

Вывод суда о том, что он оказал им содействие, ничем не подтверждает и не мотивирован.

Ссылки суда о наличии обреза ружья считает несостоятельными поскольку по делу никакого оружия не изымалось и не исследовалось калибр не установлен и не подтвержден.

По эпизоду в отношении нападения на Б суд указал, что они угрожали применением насилия, опасного для жизни или здоровья угрожая огнестрельным оружием 12-го калибра. Вместе с тем, Б показал, что никакого нападения не было (т. 7 л.д. 196-198).

Ссылаясь на детализацию телефонных соединений, оспаривает вывод суда о том, что они с Валеевым 25.03.2015 г. в дневное время приехали в г.

Куски арматуры, которыми, по мнению суда, они вооружились, не найдены, о них никто не показывал.

Ссылаясь на конкретные листы приговора, считает, что выводы суда противоречивы, не согласуются с показаниями свидетелей, потерпевших материалами дела, указанное судом время ничем не подтверждено опровергается исследованными доказательствами, в том числе и упомянутой детализацией телефонных соединений. Указание на корыстный мотив считает ошибочным и не подтвержденным доказательствами. Факт связывания Валеевым рук К экспертизой также не подтвержден, какие-либо повреждения на руках отсутствуют.

Настаивает на том, что в момент убийства К он находился в другом месте, о чем свидетельствует детализации, и следовательно, не мог давать какие-либо указания, советы.

Описывая плохое состояние здоровья Валеева, отмечает, что тот не мог в силу этого вытаскивать К из салона автомашины.

Считает, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам, не подтверждены и опровергаются исследованными доказательствами, суд не учел и не принял во внимание факты свидетельствующие о его непричастности, неправильно оценил действия Валеева, необоснованно отверг их доводы, допустил противоречия в своих выводах. Ссылаясь в приговоре на показания потерпевших и свидетелей в ходе предварительного расследования, суд не указал тома и листы дела оглашенных протоколов.

Полагает, что суд необоснованно не вызвал свидетеля З для подтверждения алиби Валеева, не вызвал упоминаемых им свидетелей С Д Ш способных подтвердить его, Осколкова, алиби, а также отказал в удовлетворении многочисленных ходатайств защиты.

Все это расценивает как нарушение своего права на защиту.

Кроме того, считает, что судом не дана оценка противоречиям в показаниях Г , К , не оценены показаний свидетелей Ш Л Л и других, чьи показания приведены в приговоре.

Просит его оправдать, а Валеева осудить за реально им совершенное.

В отдельных жалобах, полагал необоснованными, Осколков оспаривает: - постановление от 2 августа 2016 года, о рассмотрении его замечаний на протокол судебного заседания, считая необоснованным принятое решение об отклонении большинства его существенных замечаний, а также допущенными нарушениями УПК ПРФ вследствие рассмотрения замечаний без его и его защитника участия; -постановления от 11 апреля и 12 мая 2016 года, которыми отклонены ходатайства о назначении и проведении судебной почерковедческои и судебно-технической экспертизы документов по протоколу очной ставки его и Д и о признании указанного протокола недопустимым доказательством, вследствие допущенных, по его мнению, нарушений УПК РФ; - постановления от 11 апреля и 25 апреля 2016 г. об отказе в прекращении уголовного дела и уголовного преследования в отношении него; -постановление от 11 апреля 2016г. об отказе в удовлетворении его ходатайства о признании недопустимыми доказательствами протоколы его допросов в качестве подозреваемого от 30.04.2015 г. (т. 2 л.д. 54-60) и в качестве обвиняемого от 3.05.2015 г. (т. 2 л.д. 202-205); -постановление от 25 апреля 2016г. об отказе в удовлетворении его и Валеева ходатайств о признании недопустимыми доказательствами протокол допроса Валеева в качестве подозреваемого (т. 2 л.д. 110-115, т. 3

л.д. 138-141), в качестве обвиняемого (т. 2 л.д. 170-173), протокола проверки его показаний (т. 2 л.д. 152-155, т. 3 л.д. 142-150), протокола следственного эксперимента с Валеевым (т. 4 л.д. 27), протокола проверки показаний на месте Д (т. 2 л.д. 116-120) и видеозаписи данного следственного действия, протоколов допроса Д в качестве подозреваемого (т. 2 л.д. 88-99). обвиняемого (т. 2 л.д. 144-147), протокола проверки показаний самого Осколкова на месте (т. 2 л.д. 61- 64); - постановление от 12 мая 2016 г. об отказе в удовлетворении ходатайств Валеева и его защитника адвоката Петухова Н.В. о переквалификации действий Валеева на менее тяжкие составы преступлений и о прекращении уголовного дела в отношении самого Осколкова; - постановление от 26 мая 2016 г. об отклонении его ходатайства о прекращении уголовного дела в части обвинения по ч. 1 ст. 30 и п. «в ч. 4 ст. 162 УК РФ (по эпизоду в отношении Б ).

В отдельном заявлении, именуемом, жалобой, Осколков считает, что к нему подлежит применению акт амнистии от 2015 г. по отношении к предыдущему приговору.

В возражениях на жалобы осужденных и адвоката Балахничевой А.В государственный обвинитель Люцай В С , полагая приговор законным и обоснованным, а назначенное обоим наказание - справедливым, просит приговор оставить без изменения.

В заявлении от 22 августа 2016 г. Осколков выражает несогласие с возражениями государственного обвинителя.

Изучив уголовное дело, проверив доводы апелляционных жалоб дополнений и возражений, Судебная коллегия отмечает, что выводы суда о доказанности вины осужденных в совершенных преступлениях являются правильными, основаны на совокупности исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательствах.

Так, вина Осколкова и Валеева подтверждается показаниями потерпевших Б Г К , свидетелей Ш Л С , Г Л , Л , М К В , Н , О В О Я Г С , Ва О , М , специалиста Ш , а также данными содержащимися в оглашенных и исследованных материалах дела протоколах осмотров места происшествия, протоколе опознания свидетелем Л Валеева, которого она видела 25 марта 2015 г вместе с еще одним человеком рядом с домом Б протоколе опознания Г Д как совместно с Валеевым совершившим нападение на нее и стрелявшим из обреза, заключением судебно-баллистической экспертизы, протоколе выемки у Вантеевой похищенного у К телефона, протоколом осмотра записи камеры видеонаблюдения, протоколе осмотров предметов, в том числе телефонных соединений Осколкова, Д и К заключениями судебно-медицинских экспертиз, другими материалами дела.

Кроме того, вина обоих подтверждаете;» показаниями: - Осколкова в качестве подозреваемого от 30 апреля 2015 г. (т. 2 л.д. 54- 60); в качестве обвиняемого от 3 мая 2015 г., где он подтвердил ранее данные показания (т. 2 л.д. 202-205); на очной ставке с Валеевым 2 октября 2010 г. (т. 4 л.д. 235-241); на очной ставке со своим братом О 31 октября 2010 г. (т. 5 л.д. 231-242); -Валеева в качестве подозреваемого 30 апреля 2015 г. (т. 2 л.д. 110-115); в качестве обвиняемого 1 мая 2015 г. (т. 2 л.д. 170-173); в ходе проверки на месте нападения на Г (т. 3 л.д. 142-150); при проверке показаний по эпизоду убийства К 1 мая 2015 г. (т. 2 л.д. 152-163); в ходе следственного эксперимента с его участием 4 июня 2015 г. (т. 4 л.д. 24-32); в качестве подозреваемого 11 апреля 2015 г. (т. 3 л.д. 138-141); - умершего Д в качестве подозреваемого (т. 2 л.д. 88-99); при проверке на месте (т. 2 л.д. 116-133); в качестве обвиняемого 1 мая и 1 июня 2016 г. (т. 2 л.д. 144-147, т. 3 л.д. 207-219); в ходе очной ставки с Осколковым 25 июня 2015 г. (т. 4 л.д. 95-103).

Проанализировав эти и другие приведенные в приговоре доказательства, суд пришел к обоснованному выводу о виновности осужденных и о доказанности их вины.

Положенные в основу приговора доказательства судом оценены с точки зрения относимости и допустимости, и правильно приняты во внимание. Каких-либо противоречий они не содержат и в своей совокупности являлись достаточными для обоснования выводов суда о виновности осужденных.

Показания Осколкова и Валеева, а также Д уголовное дело, в отношении которого прекращено в связи со смертью в ходе предварительного расследования, судом правильно приняты во внимание в той части, в которой они согласовывались друг с другом и иными доказательствами, а изменению Валеевым и Осколковым своих ранее данных показаний судом дана надлежащая оценка.

Доводы осужденных о вынужденности своих показаний на первоначальном этапе предварительного расследования по изложенным ими причинам проверялись судом первой инстанции и обоснованно с приведением соответствующих мотивов отвергнуты. Выводы суда достаточно полно мотивированы и являю 1ся правильными.

Также судом проверены доводы осужденных и их защитников о недопустимости положенных в основу приговора тех или иных доказательств. Оснований для признания недопустимыми доказательствами положенных в основу обвинения протоколов соответствующих следственных действий с участием осужденных и умершего Д суд не усмотрел, мотивировав свои выводы. Данные выводы также являются правильными и основаны на исследованных материалах дела.

Проверив и оценив исследованные доказательства, суд обоснованно пришел к выводу о виновности осужденных в совершенных деяниях и о доказанности их вины, указав и мотивировав причины, по которым он отверг доводы стороны защиты.

Вопреки доводам осужденных показания Д в ходе предварительного расследования судом обоснованно по ходатайству стороны обвинения оглашены на основании положений ст. 281 УПК РФ в связи с его смертью, поскольку с учетом его смерти применительно к судебному заседанию по рассмотрению уголовного дела в отношении Валеева и Осколкова его показания являлись свидетельскими, а не показаниями обвиняемого и подозреваемого, оглашение которых производится в порядке и на основаниях ст. 276 УПК РФ. При этом в ходе предварительного расследования была проведена очная ставка между Д и Осколковым, з ходе которой последний имел возможность задавать вопросы Д изобличающему Осколкова в совершенных деяниях.

Детализация телефонных соединений судом должным образом оценена в совокупности с показаниями специалиста Ш , и вопреки доводам Осколкова и Валеева, не опровергает их доводы об алиби с учетом характера совершенных ими действий.

Алиби, о котором указывают осужденные в жалобах со ссылкой на детализацию их соединений, также проверялось судом и обоснованно, с приведением соответствующих мотивов отвергнуто. Выводы суда мотивированы, основаны на исследованных доказательствах и являются правильными.

Показания в ходе предварительного расследования и в судебном заседании Г потерпевшей и свидетеля, судом оценены в совокупности с другими доказательства, факт продажи ими ранее, как утверждает Валеев, спиртосодержащей продукции, не влияет на достоверность их показаний по обстоятельствам нападения подтверждающимися показаниями Валеева и Д в ходе предварительного расследования.

Также судом оценены показания свидетеля Л и обоснованно установлено, что обстоятельства, при которых она наблюдала осужденного Валеева, имели место именно 23 марта 2015 года.

Доводы Осколкова об отсутствии по делу обреза, что, по его мнению, свидетельствует о ложности их и Д показаний в период предварительного расследования, несостоятельны.

Так, из показаний потерпевшей Г и свидетеля Г следует, что при нападении Валеева и Д последний произвел выстрел из имевшегося у него обреза.

При осмотре квартиры Г были изъяты предмет из полимерного материала предположительно пыж-патрон, множественные фрагменты сплющенного металла серого цвета, предположительно дробь, шторы (т. 3 л.д. 55-67).

При их осмотре обнаружены на шторах 2-а сквозных отверстия, 8 металлических предметов неправильной формы, изготовленных из металла серого цвета и имеющих деформацию (т. 3 л.д. 93-96).

Согласно заключению судебно-6 аллистической экспертизы, 8 металлических предметов являются снар ядами (дробинами) к охотничьим патронам, предназначенным для производства выстрелов из гладкоствольного оружия различного калибра; полимерный предмет является пыжом-контейнером частью охотничьего патрона 12 или 16 калибра, предназначен для снаряжения охотничьих патронов к гладкоствольному оружию (т. 6 л.д. 192-193).

В совокупности с показаниями осужденных и Д в ходе предварительного расследования суд правильно установил, что при совершении приготовления к нападению на Б при нападении на Г использовалось оружие в виде обреза ружья.

Обстоятельства задержания Осколкова и Валеева, изъятие у последнего принадлежащих ему вещей, не влияют на выводы суда о виновности осужденных в совершенны х деяниях и о доказанности их вины.

Заявленные ходатайства разрешались судом в соответствие с требованиями УПК РФ, с заслушиванием мнений сторон, при необходимости с удалением в совещательную комнату. Принятые по ним решения мотивированы. Отказ в удовлетворении того или иного ходатайства не может расцениваться как нарушение права на защиту и проявление предвзятого отношения со стороны суда.

Вопреки доводам Осколкова, как следует из протокола судебного заседания, давая пояснения по обстоятельствам инкриминируемых деяний, он называл фамилии С ,Д . Однако ходатайств о их вызове и допросе стороной защиты, в том числе самим Осколковым, не заявлялось.

Обстоятельства проведения очной ставки Осколкова и Д также проверялись судом первой инстанции, допрашивалась следователь проводивший данное следственное действие. Все приводимые доводы Осколкова судом оценены и обоснованно отвергнуты.

Доводы осужденного Осколкова о кезаконности судебных решений связанных с мерой пресечения, о допущенных якобы при этом нарушениях, не могут быть приняты во внимание, поскольку соответствующие решения судов не отменялись и вступили в законную силу.

Вопреки доводам жалобы Валеев был удален из зала судебного заседания законно.

Положения ст. 258 УПК РФ направлены на обеспечение надлежащего правосудия по уголовным делам и пресечение нарушений установленного в судебном заседании порядка со стороны участников уголовного судопроизводства, включая подсудимого.

По смыслу ст. 247 УПК РФ право подсудимого на рассмотрение дела в его присутствии не означает, что это право должно быть гарантировано даже при нарушении им порядка в зале судебного заседания и при создании препятствий для надлежащего осуществления правосудия и реализации другими участниками процесса, в т.ч потерпевшими, закрепленных Конституцией Российской Федерации и уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации процессуальных прав.

Из материалов дела следует, что 20 апреля 2016 года (т. 14 л.д. 154) при продолжении судебного разбирательства при заслушивании мнения государственного обвинителя по заявленным стороной защиты ходатайствам Валеев в нарушение регламента судебного заседания выражая свое несогласие, начал выкрикивать с места. После сделанного председательствующим очередного замечания и предупреждения о возможном удалении из зала суда Валеев продолжал кричать выражаться нецензурной бранью, перебивал председательствующего.

Подобного рода нарушения допускались и ранее (25 января 2016 г т. 13 л.д. 235, 9 февраля 2016 г. - т. 14 л.д. 48, 16 февраля 2016 г. - т. 14 л.д. 92, 20 февраля 2016 г. - т. 14 л.д. 116), за что Валееву делались неоднократные замечания, и он предупреждался о возможном удалении.

При обсуждении вопроса о его удалении в судебном заседании 20 апреля 2016 года Валеев, несмотря на ранее сделанные замечания продолжать кричать с места и выражаться нецензурной бранью.

В связи с таким поведением суд, приняв во внимание, что еще в подготовительной части судебного заседания разъяснялся установленный регламент судебного заседания и последствия его нарушения предусмотренные ст. 258 УПК РФ (т. 13 л.д. 173), принял обоснованное решение об его удалении из зала суда, вынеся в совещательной комнате соответствующее постановление (т. 12 л.д. 187-188). При этом суд удалил его не до окончания прений сторон;,, а до окончания судебного следствия, предоставив возможность принять участие в прениях.

После удаления Валеева его интересы продолжал осуществлять профессиональный адвокат, который встречался с ним, доводил позицию по тому или иному вопросу, передавал суду его ходатайства.

Возможность выступить в прениях и с последним словом Валееву была предоставлена.

В этой связи Судебная коллегия не усматривает нарушений права Валеева на защиту.

Не может Судебная коллегия согласиться и с доводами Осколкова о нарушении его права на защиту вследствие удаления из зала суда.

Так, из материалов дела видно, что 7 июля 2016 года при оглашении приговора Осколков также нарушал регламент судебного заседания кричал, на замечания не реагировал, в ответ на разъяснения о возможном удалении продолжал кричать, мешал оглашению приговора в связи с чем, суд обоснованно удалил его до окончания судебного заседания (т. 15 л.д. 41). При этом оглашение приговора закончилось в 17 ч. 45 мин., то есть фактически по окончании рабочего времени. Копия приговора ему была вручена на следующий день - 8 июля 2016 года (т. 15 л.д. 97).

Таким образом, нарушений УПК РФ, влекущих отмену или изменение приговора, органом предварительного расследования и судом не допущено. Оснований для возвращения дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ не имелось.

В приговоре при изложении содержания положенных в основу обвинения доказательств имеются ссылки на тома и листы дела соответствующих протоколов и заключений экспертов.

Отсутствие в приговоре указаний на должностное положение участвовавших государственных обвинителей, их классных чинов наименований адвокатских образований адвокатов, осуществлявших защиту обоих, не является нарушением УПК РФ.

Как установил суд на основе совокупности исследованных доказательств Валеев и Осколков по предложению последнего договорились между собой и Д , уголовное дело в отношении которого прекращено в связи со смертью, совершить нападение на Б с целью завладения его деньгами в крупном размере, для чего решили использовать обрез ружья, который был предоставлен Осколковым. Он же предоставил автомобиль, на котором доставил всех к месту предполагаемого нападения, а затем увез оттуда При этом он давал советы и указания при распределении ролей.

Однако совершить нападение Валеев и другое лицо не смогли по независящим от них обстоятельствам, так как в месте предполагаемого нападения появились посторонние лица вплоть до момента, когда потерпевший зашел к себе домой.

После этого по предложению Валеева они договорились напасть на Г с целью завладения ее имуществом. Для этого Осколков предоставил им тот же обрез, доставил на автомашине к месту жительства Г ожидал их, а после того как Валеев и Д с применением обреза неудачно попытались завладеть деньгами, увез с места преступления.

Затем, двигаясь в сторону г. заметив стоящий на обочине автомобиль К , по предложению Осколкова они договорились напасть на нее и завладеть автомобилем. С этой целью Валеев и Д напали на К под угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, применяя в качестве оружия гаечный ключ и домкрат, завладели ее имуществом.

Опасаясь, что К может сообщить о совершенном нападении, по предложению Осколкова при пособничестве Д а передавшего Валееву нож, последний совершил убийство К , нанеся им удары в грудь и шею потерпевшей, а также перерезал ей шею.

С учетом изложенного приведенная в приговоре квалификация действий обоих по каждому из эпизодов преступных деяний является правильной.

Роль каждого в конкретных эпизодах, характер действий, установлены и указаны в приговоре. Они соответствуют фактическим обстоятельствам.

Мотивом всех действий явились корыстные побуждения, а убийство опасение, что К а может сообщить о совершенном разбойном нападении. При этом наличие у Осколкова места работы, его попытки заниматься предпринимательской деятельностью, не опровергают данный мотив. К тому же, как следует из показаний Осколкова и Валеева в ходе предварительного расследования, оба нуждались в денежных средствах, что и явилось побудительной причиной деяний.

Психическое состояние осужденных изучено полно и объективно В ходе предварительного расследования % отношении обоих проводилась комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза.

С учетом выводов экспертов, оснований недоверять которым не имелось, поведения осужденных в ходе предварительного расследования и судебного заседания, иных сведений, влияющих на разрешение данного вопроса, суд обоснованно признал Осколкова и Валеева вменяемыми. При этом заключение экспертов № 3009 сделано, в том числе и на основе непосредственного обследования Осколкова.

Наказание каждому из них назначено с учетом установленных обстоятельств дела, характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, относящихся к тяжким и особо тяжким преступлениям, обстоятельств, влияющих на наказание, данных о личности, в том числе и с учетом состояния здоровья Валеева.

При этом судом в полной мере приняты во внимание все имеющиеся по делу смягчающие наказание обстоятельства.

Характеристика Осколкова, данная участковым уполномоченным содержание которой оспаривает ОСКОЛКОЕ!, судом принята во внимание в совокупности с другими характеризующими его данными, в том числе и с учетом сообщенных сведений, указанными в приговоре свидетелями, а также из мест отбывания наказания.

Также судом правильно приняты во внимание данные о личности Валеева, который ранее судим за убийства четырех человек освободился условно-досрочно, совершил убийство в период условно досрочного освобождения, и обоснованно за данное деяние назначено наказание в виде пожизненного лишения свободы.

Каких-либо исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенных преступлений, оснований для применения положений ст. 64, 73 УК РФ, для изменения категории преступлений в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ судом не установлено Не находит таких обстоятельств и Судебная коллегия.

Вопреки доводам Осколкова оснований для применения к нему акта амнистии от 24 апреля 2015 года к наказанию по предыдущему приговору, по которому к нему было применено условно-досрочное освобождение, не имелось, поскольку он был осужден за деяния перечисленные в п. 13 Постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации от 24 апреля 2015 года «Об объявлении амнистии в связи с 70-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов», за совершение которых амнистия не применяется.

Вопрос о процессуальных издержках за участие адвокатов при производстве предварительного расследования, в судебных заседаниях и их взыскании с осужденных Осколкова и Валеева судом разрешен в соответствие с требованиями ст.ст. 131 и 132 УПК РФ.

Оба от услуг адвокатов не отказывались, иждивенцев не имеют заболеваний, делающих невозможным полное трудоустройство, не имеют.

В этой связи суд правильно не усмотрел оснований для полного освобождения обоих от уплаты процессуальных издержек. Не является таковым и осуждение Валеева к пожизненному лишению свободы.

Вместе с тем имеющиеся у Валеева заболевания послужили основанием для уменьшения размера подлежащих взысканию данного вида процессуальных издержек. Оснований для полного освобождения обоих от уплаты процессуальных издержек Судебная коллегия не усматривает.

Протокол судебного заседания составлен в соответствии с требованиями ст. 259 УПК РФ.

Кроме того, в соответствие с ч. 5 ст. 259 УПК РФ в судебном заседании велась приложенная к материалам дела аудиозапись, о чем сторонам было сообщено в подготовительной части судебного заседания (т. 13 л.д. 173).

Замечания Осколкова на протокол судебного заседания рассмотрены в установленном законом порядке, вынесено соответствующее постановление (т. 16 л.д. 27-32). При этом, как следует из постановления замечания рассматривались председательствующим по делу с прослушиванием аудиозаписи.

Прослушанная Судебной коллегией аудиозапись хода судебного заседания свидетельствует о том, что содержание письменного текста протокола судебного заседания соответствует содержанию аудиозаписи, в связи с чем, доводы Осколкова Е этой части также являются несостоятельными.

Рассмотрение поданных Осколковым замечаний на протокол судебного заседания без участия его и защитника не является нарушением УПК РФ. Поданные в письменном виде замечания были подробны, в них имелась ссылка на листы и страницы протокола (т. 16 л.д. 23-26), и оснований для участия Осколкова и его защитника в данном случае не являлось обязательным. При этом, сам осужденный об этом не ходатайствовал.

Таким образом, жалобы осужденных и адвоката Балахничевой А.В удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, Судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Иркутского областного суда от 7 июля 2016 года в отношении Осколкова В И и Валеева Д М оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденных Осколкова В.И., Валеева Д.М. и адвоката Балахничевой А.В. - без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Комментарии ()

    Судебная практика

    Судебная практика по статье 247 УПК РФ

    Информация о структуре кодекса

    Карта сайта