Информация

Решение Верховного суда: Определение N 82-АПУ15-15 от 08.10.2015 Судебная коллегия по уголовным делам, апелляция

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дело № 82-АПУ15-15

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Москва 8 о к т я б р я 2015 г.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Кулябина В.М.

судей ЭрдыниеваЭ.Б. иКолышницына АС.

при секретаре Черниковой Ю.И рассмотрела в судебном заседании дело по апелляционным представлению государственного обвинителя Баженова Р.В. и жалобам осужденных Мамурова Г.Т., Давлятова М.Р., Алиева М.С. и Сулейманова Б.Ш. на приговор Курганского областного суда от 28 мая 2015 года, по которому

Нуров М М ,

несудимый,

- осужден по ч.1 ст.30, п. «г» ч.З ст.228.1 УК РФ (в редакции Федерального закона от 19 мая 2010 года №87-ФЗ) с применением ч.2 ст.66, ч.1 ст.62 УК РФ на 6 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, со штрафом в размере рублей;

Мамуров Г Т

несудимый,

- осужден по ч.1 ст.30, п. «г» ч.З ст.228.1 УК РФ (в редакции Федерального закона от 19 мая 2010 года №87-ФЗ) с применением ч.2 ст.66 УК РФ на 9 лет 8 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, со штрафом в размере 500 000 рублей;

Давлятов М Р ,

несудимый,

- осужден по ч.1 ст.30, п. «г» ч.З ст.228.1 УК РФ (в редакции Федерального закона от 19 мая 2010 года №87-ФЗ) с применением ч.2 ст.66 УК РФ на 9 лет 10 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, со штрафом в размере 500 000 рублей;

Алиев М С ,

несудимый,

- осужден по ч.1 ст.30, п. «г» ч.З ст.228.1 УК РФ (в редакции Федерального закона от 19 мая 2010 года №87-ФЗ) с применением ч.2 ст.66 УК РФ на 9 лет 8 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, со штрафом в размере 500 000 рублей;

Алиев И И ,

несудимый,

- осужден по ч.1 ст.30, п. «г» ч.З ст.228.1 УК РФ (в редакции Федерального закона от 19 мая 2010 года №87-ФЗ) с применением ч.2 ст.66, ч.1 ст.62 УК РФ на 6 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, со штрафом в размере 300 000 рублей;

Сулейманов Б Ш

несудимый,

осужден к лишению свободы:

- по ч.1 ст.30, п. «г» ч.З ст.228.1 УК РФ (в редакции Федерального закона от 19 мая 2010 года №87-ФЗ) с применением ч.2 ст.66, ч.1 ст.62 УК РФ на 6 лет 6 месяцев со штрафом в размере 300 000 рублей,

- по п. «б» ч.4 ст.229.1 УК РФ на 17 лет со штрафом в размере 600 000 рублей.

На основании ч.З ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено 20 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, со штрафом в размере 800 000 рублей.

Мухамедов А А несудимый,

- осужден по ч.1 ст.30, п. «г» ч.З ст.228.1 УК РФ (в редакции Федерального закона от 19 мая 2010 года №87-ФЗ) с применением ч.2 ст.66, ч.1 ст.62 УК РФ на 6 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, со штрафом в размере 300 000 рублей.

Оправданы на основании п.З ч.2 ст.302 УПК РФ в связи с отсутствием в деянии состава преступления:

- Нуров М.М., Мамуров Г.Т., Давлятов М.Р., Алиев И.И., Сулейманов Б.Ш., Мухамедов А.А. по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.210 УК РФ,

- Алиев М.С. по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного чЛ ст.210 УК РФ.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Эрдыниева Э.Б., выступление осужденных Мамурова Г.Т., Алиева М.С Сулейманова Б.Ш., адвокатов Нестерова А.В., Поддубного СВ., Пригодина В В . по доводам апелляционных жалоб, прокурора Коловайтеса О.Э поддержавшего апелляционное представление, Судебная коллегия

установила:

Нуров М.М., Мамуров Г.Т., Давлятов М.Р., Алиев М.С. и И.И Сулейманов Б.Ш. и Мухамедов А.А. признаны виновными в совершении в составе разных групп по предварительному сговору приготовления к незаконному сбыту наркотических средств в особо крупном размере.

Кроме того, Сулейманов Б.Ш. осужден за контрабанду наркотических средств, то есть незаконное перемещение через Государственную границу Российской Федерации с государством - членом Таможенного союза в рамках ЕврАзЭС наркотических средств в особо крупном размере совершенное группой лиц по предварительному сговору.

Преступления совершены в период с 17 февраля по 22 ноября 2012 года на территории , областей, Республики и в г.

при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

Кроме того, органами предварительного следствия Нурову М.М Мамурову Г.Т., Давлятову М.Р., Алиевым М.С. и И.И., Сулейманову Б.Ш. и Мухамедову А.А. было предъявлено обвинение в том, что Б получив опыт руководства структурным подразделением в преступном сообществе,руководимым С , осужденному по другому уголовному делу, не позднее июля 2007 года создал другое преступное сообщество в целях совершения тяжких и особо тяжких преступлений в сфере незаконного оборота наркотиков, к деятельности которого по октябрь 2008 года привлек К Г А Р Р С А Г А а также неустановленных лиц «И », «С », «М », «С », «А », «Т », «Ф », «С », «С », «Ш », «К », «Х », «А », «И », «М » и других.

В это же время Б договорился о совместном планировании и согласованном осуществлении преступной деятельности с проживающим в Республике Таджикистан «Т » и проживающим в Республике неустановленным лицом по систематическому приобретению у них крупных партий героина, а также с А

К «Ш », «Ф и другими неустановленными лицами, являющимися руководителями самостоятельных организованных преступных групп, о совместном приобретении у «Т » и неустановленного лица особо крупных партий героина, их поставке в Российскую Федерацию и дальнейшем сбыте.

Кроме того, Б организовал специальное подразделение преступного сообщества под руководством проживающего в

А , поручив сбор и аккумулирование денег поступающих от других подразделений преступного сообщества осуществление взаиморасчетов с их руководителями, учет и контроль денег приобретение недвижимости и автомобилей. Вовлеченные в это подразделение «С » осуществлял расчеты между руководителями структурных подразделений сообщества, «К » и «Х » получали деньги от оптовых покупателей в Российской Федерации, доставляли их проживающему в Республике «С », а тот переводил их А

Он же и К в Республике договорились с «И » иГ руководившими организованными преступными группами, о контрабандной перевозке героина в Российскую Федерацию железнодорожным и автомобильным транспортом, организовав устойчивый канал его поставки.

С 2008 года по февраль 2012 года А и «Ш » по указанию Б создавая отдельные структурные подразделения под своим руководством, вовлекли в них Нурова, Мамурова, Давлятова, Алиевых И иМ , «Ф » и других неустановленных лиц.

В период с 2007 года по 10 октября 2008 года Г выполняя указание Б , вовлек в эту деятельность в качестве курьеров для перевозки наркотических средств - Д С и других неустановленных лиц.

Все лица, вовлеченные в преступное сообщество, были осведомлены о целях и задачах его деятельности по систематическому приобретению перевозке, хранению и сбыту героина, а также получении от этого доходов.

В созданном Б совместно с К , А Г А Г , «Т », «И », «Ф » международном преступном сообществе в Российской Федерации, Республике Республике

осуществляли деятельность следующие его структурные подразделения:

1) под руководством «Т » и неустановленного лица, в состав которого входили неустановленные лица, занимающееся приисканием и приобретением в Республике и Республике

наркотических средств для их поставок в Российскую Федерацию для незаконного сбыта другим подразделениям преступного сообщества;

2) возглавляемое К Г и «И », в состав которого вошли С Р , «С », «М », «А », «М », «А », «И », а с июня 2012 года - Сулейманов Б и Мухамедов, занимающееся контрабандной перевозкой наркотических средств в Российскую Федерацию в тайниках, оборудованных в автомобилях и поездах, для их последующей передачи участникам других структурных подразделений и незаконного сбыта;

3) руководимое Г в состав которого вошли Д и неустановленные лица, занимающееся приготовлением к незаконному сбыту партий героина, их хранением, фасовкой и незаконным сбытом оптовым покупателям в городе и области;

4) под руководством Алиева М в составе А «Ф » и неустановленных лиц, а с февраля 2012 года, кроме того Алиевых И и М , занимающееся обеспечением приема поставок наркотических средств другими структурными подразделениями их хранением, фасовкой и сбытом оптовым покупателям на территории города и области;

5) возглавляемое «Ш », в составе Н М Д и неустановленных лиц, занимающихся приемом наркотических средств, их хранением, приготовлением к сбыту и сбытом в области;

6) руководимое «Ф », в состав которого вошли С С «С », «А » и неустановленные лица, занимающееся приемом наркотических средств, их хранением, приготовлением к сбыту и сбытом в городе и области;

7) под руководством А , в составе «С », «К », «Х и неустановленных лиц, которые в Российской Федерации Республике и аккумулировали, учитывали и контролировали деньги, полученные от сбыта героина, принимали меры к их сокрытию и «отмыванию», приобретали движимое и недвижимое имущество, производили расчеты с Б и руководителями структурных подразделений.

Б установил иерархичную структуру со строгим вертикальным подчинением, перемещение участников сообщества осуществлялось исключительно им с учетом личных качеств и «заслуг» этого лица. Им осуществлялось общее руководство и управление деньгами сообщества, в его обязанности и являющегося его заместителем К входило:

• личное планирование преступной деятельности каждого

подразделения;

• разработка планов совершения конкретных преступлений;

• осуществление взаимодействия между структурными

подразделениями;

• организация бесперебойных поставок наркотических средств в

Российскую Федерацию;

• проведение расчетов за поставленные наркотические средства и

направление денег из Российской Федерации;

• принятие мер по своевременной доставке наркотиков к местам их

хранения, распределения и последующего сбыта;

• руководство подбором и вовлечением в преступное сообщество новых

участников;

• обеспечение безопасности преступной деятельности и противодействие

правоохранительным органам;

• контроль строгих мер конспирации.

К , кроме этого, координировал совершение конкретных преступлений, обеспечивал взаимодействие между участниками преступного сообщества, руководил формированием партий героина, его перевозкой в Российскую Федерацию, приемом и хранением, а также распределением между руководителями структурных подразделений.

Руководители структурных подразделений К А Г Алиев М Г «Ш », «И », «Ф », «Т » и неустановленные лица по указанию Б лично планировали деятельность подразделений и руководили ими подыскивали и вовлекали новых участников, распределяли между ними роли, контролировали расчет за реализованные наркотические средства и передавали деньги Б .

В обязанности Г Алиева М , «Ш », «Ф » также входило приискание в городах ,,

и областях мест хранения наркотиков, доставляемых подразделениями К Г «И », их распределение на оптовые партии, фасовка в удобные для сбыта упаковки, хранение и дальнейший сбыт.

Помимо этого, Г в ноябре-декабре 2008 года помогал подразделению «Ф », передавая С указание Б о способах смешивания наркотических средств с неактивными компонентами для увеличения их массы. В июле 2010 года Г контролировал перевозку наркотиков подразделением «Ш » в город и область.

Для поддержания дисциплины среди участников преступного сообщества Б ввел систему материальной ответственности за сохранность наркотических средств на каждом этапе его перемещения совместно с руководителями структурных подразделений в целях конспирации разработал и изменял способы хранения и схемы передачи наркотических средств, заключающиеся в следующем:

- постоянной смене способов и схем доставки, использовании различных транспортных средств и водителей, смене маршрутов;

- одновременном использовании нескольких средств мобильной связи;

- в односторонней связи между участниками, которые не были знакомы;

- доведении роли отдельных участников непосредственно перед совершением ими преступления, начатого другими участниками;

- применении специальной терминологии при обсуждении условий количества и сроков поставки;

- запрете на дружеские связи сбытчиков с приобретателями, а также знакомство между собой, разбавление героина для увеличения его массы и получение денег от покупателей;

- передаче денег покупателем участникам подразделения А не принимавшего непосредственного участия в сбыте наркотических средств;

- «системе конспиративных квартир» в городах ,, ,

и областях по адресам: город , улица , где Д хранились и фасовались наркотические средства для сбыта город где наркотические средства фасовала С .

В целях реализации преступного умысла участники сообщества по указанию Б использовали для хранения наркотических средств места своего проживания. Для их перевозки С использовала автомобиль « », имеющий государственный регистрационный номер а С « », имеющий государственный регистрационный номер

С июля 2007 года по 21 ноября 2012 года участники преступного сообщества укрепляли связи между собой, совершенствовали способы доставки наркотиков в Российскую Федерацию, увеличивали объемы и расширяли сеть их сбыта.

Чтобы не допустить изобличения деятельности сообщества правоохранительными органами Б в 2007 году переехал в

откуда при помощи мобильной связи продолжал им руководить, «отмывая» с А деньги, полученные от сбыта героина.

Указанную деятельность преступное сообщество под руководством Б осуществляло в следующем порядке:

Б , получив от руководителей структурных подразделений Алиева М Г «Ш », «Ф и других неустановленных лиц «заявки» на героин, приобретал его у «Т »и неустановленного лица в Республике

Доставку героина в Республику осуществляло подразделение «Т » и неустановленного лица, стоимость 1 килограмма наркотика к этому времени составляла долларов США (далее долларов).

Там героин передавался другим участникам этого структурного подразделения, отвечавшим за его хранение, фасовку и маркировку соответствующую способу перевозки и структурному подразделению отвечающему за его сбыт в Российской Федерации.

Далее структурное подразделение К Г «И организовывало доставку героина автомобильным или железнодорожным транспортом в Российскую Федерацию, где участниками этого же подразделения он хранился в специально арендованных жилых и нежилых помещениях, а затем передавался по цене долларов за килограмм подразделениям Алиева М Г «Ф », «Ш и неустановленных лиц, которые сбывали его оптовыми партиями за долларов за килограмм.

При передаче наркотиков между структурными подразделениями деньги ее участниками друг другу не передавались, поскольку по указанию Б расчет проводился в два этапа:

- часть стоимости наркотического средства из расчета долларов за килограмм переводилась в Республику и

структурному подразделению А затем Б оплачивал перевозку героина подразделением К Г «И » из расчета долларов за килограмм;

- оставшуюся часть суммы, превышающую долларов Г Алиев М «Ф », «Ш » оставляли себе оплачивая из нее работу подчиненных участников структурных подразделений.

В течение всего периода существования преступного сообщества с июля 2007 года по 21 ноября 2012 года его участники по указанию Б сбывали в городах , ,

областях и Республике не менее пяти килограммов героина в месяц, совершив следующие преступления.

В период до 10 октября 2008 года неустановленные участники преступного сообщества доставили в город наркотическое средство - героин в количестве 37 166,3 грамма, которое руководитель структурного подразделения Г совместно с Д хранил с целью незаконного сбыта в специально подысканной квартире № в доме № по улице до его изъятия сотрудниками органов наркоконтроля в ходе обыска этого жилища 11 октября 2008 года.

К и другие участники преступного сообщества организовали доставку в город наркотического средства - героин в количестве 3 995,9 грамма, где С по поручению «Ф » его хранила с целью незаконного сбыта в квартире № в доме № по

проспекту до изъятия сотрудниками органов наркоконтроля в ходе осмотра 23 марта 2009 года.

Он же и подчиненные ему участники преступного сообщества организовали доставку в город наркотического средства героин в количестве 9 960,1 грамма и передачу «А », который выполняя поручение «Ф », передал его С , пытавшейся по его же указанию перевезти его в город для дальнейшего сбыта. Однако 23 марта 2009 года С была задержана сотрудниками органов наркоконтроля, изъявшими это наркотическое средство в ходе осмотра ее автомобиля « », имеющего государственный регистрационный номер

«Ш » и другие участники преступного сообщества, выполняя указание Б и Г с целью незаконного сбыта организовали доставку в город наркотического средства смеси, содержащей героин в количестве 19 099,8 грамма, которая 28 июля 2010 года у корпуса № дома № по улице была изъята сотрудниками органов наркоконтроля в ходе осмотра автомобиля « », имеющего государственный регистрационный номер,

находившегося под управлением С

Он же и другие участники преступного сообщества, организовали доставку наркотического средства - героин в количестве 9 186 грамма в город области, где Н и М по поручению «Ш » с целью дальнейшего сбыта передали его часть в количестве 3 839 грамма Д , у которого оно было изъято сотрудниками органов наркоконтроля 17 февраля 2012 года в ходе осмотра автомобиля «»,

имеющего государственный регистрационный номер 163, и при его личном досмотре на 981 километре автодороги « » в

области. Оставшаяся часть этого наркотического средства была изъята сотрудниками органов наркоконтроля в этот же день у Нурова у дома № по улице и 18 февраля 2012 года в ходе обыска в квартире №

этого дома.

Кадыров и неустановленные участники преступного сообщества с целью незаконного сбыта организовали доставку наркотического средства героин в количестве 41 466,5 грамма в город откуда Алиев М и А перевезли его в город , где после приготовления к незаконному сбыту Алиевыми И иМ а также «Ф » оно было изъято сотрудниками органов наркоконтроля 16 и 17 марта 2012 года у Алиевых М иИ , а также в ходе обыска в квартире № в доме № по улице

Не позднее 14 ноября 2012 года С Г К , «М », «М » и другие неустановленные лица организовали для последующего сбыта передачу Сулейманову Б наркотических средств - героин в количестве 97 803,9 граммов, смеси содержащей МДМА в количестве 3,079 грамма, скрыв их в технических полостях его автомобиля « », имеющего государственный регистрационный номер на котором он 14 ноября 2012 года около 20 часов 29 минут переместил эти наркотические средства через Государственную границу Российской Федерации с государством - членом Таможенного союза в рамках ЕврАзЭС Республикой через пункт пропуска « у поселка района

области.

До 21 ноября 2012 года К Г «М », «М » и другие неустановленные лица с целью последующего сбыта организовали доставку наркотического средства - героин в количестве 76 319 граммов Мухамедову, проживающему в доме № по улице в городе

Республики

22 ноября 2012 года сотрудниками органов наркоконтроля указанные наркотические средства были изъяты в ходе осмотра автомобиля Сулейманова Б у дома № по улице в городе

Республики и обыска указанного жилища Мухамедова.

Для «отмывания» денег, полученных от сбыта наркотических средств участники преступного сообщества размещали их в финансовых системах меняли и переводили, приобретали недвижимость, совершали множество сделок и финансовых операций.

В период с 24 ноября 2004 года по 31 декабря 2012 года участниками преступного сообщества совершено банковских переводов на общую сумму

рублей копеек.

Эти действия Нурова М.М., Мамурова Г.Т., Давлятова М.Р., Алиева И.И., Сулейманова Б.Ш. и Мухамедова А.А. органом предварительного расследования квалифицированы по ч. 2 ст. 210 УК РФ как участие в преступном сообществе (преступной организации), а Алиева М.С. по ч. 1 ст. 210 УК РФ как руководство структурным подразделением преступного сообщества (преступной организации).

Все вышеуказанные осужденные по данному обвинению судом оправданы на основании п.З ч.2 ст.302 УПК РФ в связи с отсутствием в их деянии состава преступления.

В апелляционном представлении государственным обвинителем Баженовым Р.В. ставится вопрос об отмене приговора в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела существенным нарушением уголовно-процессуального закона неправильным применением уголовного закона и несправедливостью назначенного осужденным наказания ввиду его чрезмерной мягкости.

Государственный обвинитель считает выводы суда об отсутствии в действиях осужденных состава преступления, предусмотренного ст.210 УК РФ, а также квалифицирующего признака «организованной группой» по фактам приготовления к сбыту наркотических средств в особо крупном размере необоснованными. Указывает, что в судебном заседании было достоверно установлено, что в 2007 году Б было создано и возглавлено преступное сообщество для поставок героина в Россию из Республики через Республики и Для этой деятельности им по функциональному и территориальному признакам были созданы 7 структурных подразделений, в каждом из которых им был назначен руководитель. Эти структурные подразделения характеризовались стабильностью состава, сплоченностью членов, в том числе в связи с наличием между ними родственных и длительных личных связей, а их деятельность служила общей цели - незаконной поставке героина в Россию Отрицание же осужденными факта знакомства между собой не имеет какого либо значения для признания приготовлений к сбыту наркотических средств в России, совершенными в составе преступного сообщества, а указывает на высокую степень иерархичности и принимаемых мерах конспирации.

Суд, нарушив положения ст. 234, 235, 299 УПК РФ, находясь в совещательной комнате, без выслушивания мнения участников процесса, по собственной инициативе признал недопустимыми доказательствами протоколы осмотра и прослушивания содержания телефонных переговоров а также показания свидетелей Г , Ш , С и подсудимого Алиева по содержанию этих записей, а также производных от них заключений фоноскопических экспертиз. Указывает, что отсутствие копий судебных решений о проведении ОРМ «Прослушивание телефонных переговоров» не является основанием для признания доказательств полученных на их основе, недопустимыми, поскольку такое ходатайство сторонами в судебном заседании не заявлялось, законность проведения ОРМ стороной защиты не оспаривалось, при этом законность проведения ОРМ могла быть проверена в судебном заседании путем истребования сведений о наличии соответствующих судебных решений на проведение указанных ОРМ. Необоснованное признание этих доказательств недопустимыми отразилось на принятии итогового решения по делу, поскольку они свидетельствовали о преступных связях между членами структурных подразделений, их руководителей и руководителя преступного сообщества.

Также государственным обвинителем приводятся показания свидетеля Г о совершении им действий с наркотическими средствами изъятыми в 2007 г. у С , в 2008 г. у Д в 2009 г. у С показания свидетелей С , С , при этом он указывает на неправильность позиции суда о невозможности деятельности преступного сообщества в составе лиц, которые не привлекались к ответственности к этому сообществу, и в отношении которых имеются приговоры, по которым данные лица признаны виновными в совершении преступлений не в составе преступного сообщества, и не имеющие преюдициального значения относительно доказанности отсутствия деятельности преступного сообщества, если им не вменялось совершение преступления предусмотренного ст. 210 УК РФ, а ответственность руководителей преступного сообщества может наступать независимо от осуждения членов указанных преступных объединений. Ссылается на показаниям свидетеля Г согласно которым он понимал, что Алиев М и Б работают вместе, этот же свидетель подтвердил показания данные им в ходе предварительного расследования, о том, что изъятый у Нурова в г. героин принадлежал Б .

Суд неверно оценил такие доказательства как сведения банков и других финансовых организаций о совершении Г А О и Г , Б ,К и другими лицами банковских операций по переводу денег в Республику и в г. а также показания свидетелей К , И о совершении этих переводов и свидетеля Ш об обмене рублей на доллары. Эти доказательства свидетельствуют о совершении осужденными преступления предусмотренного ст. 210 УК РФ.

Утверждает, что в судебном заседании достоверно установлено, что в преступном сообществе осуществлялась устойчивая связь путем использования множества телефонных номеров, сим-карт различных операторов сотовой связи, применялись методы конспирации, в том числе употребление в разговорах условных обозначений наркотических средств Свидетельством о совершении преступлений в составе преступного сообщества также являются длительность совместных преступных действий (с 2007 г. по 2012 г.), численность вовлеченных в процесс сбыта наркотиков лиц, с отведением каждому из них конкретных функций и роли, количество наркотических средств и способ их доставки, масштабность действий охватывающая субъекты Российской Федерации и другие государства Полагает, что эти обстоятельства, а также высокая степень организованности, жесткая внутренняя дисциплина, детальное планирование указывают на совершение осужденными действий по сбыту наркотических средств в составе преступного сообщества, а их оправдание по обвинению в совершении этого преступления и исключение из предъявленного им обвинения квалифицирующего признака «организованной группой повлекло необоснованное освобождение от уголовной ответственности и назначение им чрезмерно мягкого наказания за приготовление к незаконному сбыту наркотических средств.

Просит приговор отменить и уголовное дело направить на новое судебное разбирательство.

В возражениях на апелляционное представление адвокат Михайлов ВВ. в интересах осужденного Давлятова М.Р., осужденный Мухамедов А.А и в его интересах адвокат Слыхов АС. считают доводы представления необоснованными и просят оставить его без удовлетворения.

В апелляционных жалобах: - осужденный Мамуров Г.Т. указывает на наличие у него малолетнего ребенка, который находится у него на иждивении и нуждается в его воспитании, и на наличие у него родителей, находящихся в преклонном возрасте, имеющих заболевания и нуждающихся в его заботе. Также указывает, что он ранее к административной и уголовной ответственности не привлекался, положительно характеризуется. Просит с учетом изложенного смягчить ему наказание; - осужденный Давлятов М.Р. просит о пересмотре приговора, указывая, что фактические обстоятельства дела органами предварительного следствия и судом установлены неправильно, судом не были допрошены сотрудники ГИБДД, остановившие его автомашину, и не были допрошены свидетели С иФ . Ссылается на показания осужденных Нурова и Мамурова пояснивших, что он не имел к наркотикам никакого отношения. Просит рассмотреть его жалобу и принять справедливое решение; - осужденный Алиев М.С. указывает на наличие у него четырех несовершеннолетних детей, которых необходимо материально содержать и воспитывать, на имеющееся у него заболевание - сахарный диабет, что не было учтено судом в качестве смягчающего обстоятельства. Также указывает, что он ранее к уголовной ответственности не привлекался положительно характеризуется по месту жительства. Просит с учетом изложенного, смягчить ему наказание.

Осужденный Сулейманов Б.Ш. в апелляционной жалобе и дополнениях к ней выражает несогласие с приговором в части его осуждения за контрабанду наркотических средств, указывая, что наркотические средства через Государственную границу Российской Федерации он не перемещал, а они были помещены в его автомобиль Д на территории России, недалеко от г. . При этом ссылается на показания К А Н , принимавших участие в осмотре его автомобиля и оформлении документов при пересечении границы, о том, что он и его автомобиль подозрений не вызывали, а также на отсутствие сведений о его телефонных соединениях в период с 00 часов 8 минут (базовая станция в районе области) до 10 часов 52 минут (базовая станция в районе Республики ) 15 ноября 2012 года, указывая, что расстояние между данными базовыми станциями составляет около 400 километров, на преодоление которых в случае непрерывного движения на автомобиле потребуется не более 5 часов однако, как указано выше, промежуток времени, в который отсутствовали его телефонные соединения, зафиксированный указанными базовыми станциями, составил более 10 часов. То есть полагает, что сведения о его телефонных соединениях, осуществлявшихся через базовые станции расположенные по маршруту его движения, не исключают возможность помещения наркотиков в его автомобиль на территории области а вывод суда о непрерывности его движения по территории области и других субъектов РФ не соответствует фактическим обстоятельствам дела. Указывает, что обвинение в контрабанде наркотических средств основано лишь на его признательных показаниях данных им на предварительном следствии, в которых он оговорил себя под воздействием со стороны сотрудников УФСКН, и от которых он отказался в судебном заседании, иных доказательств его виновности не имеется. Просит отменить приговор в части его осуждения за контрабанду наркотических средств и оправдать его, а в части его осуждения по ч.1 ст.30, п. «г» ч.З ст.228.1 УК РФ указывает, что он вину признает и в содеянном раскаивается.

В возражениях на апелляционные жалобы осужденных государственный обвинитель Баженов Р.В. считает доводы жалоб необоснованными.

Проверив материалы дела и обсудив доводы апелляционных представления и жалоб, Судебная коллегия находит, что выводы суда о виновности всех осужденных в совершении преступлений, при установленных судом обстоятельствах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и подтверждаются совокупностью доказательств исследованных в ходе судебного разбирательства.

Правильными являются и выводы суда об отсутствии в действиях осужденных состава преступления, предусмотренного ст.210 УК РФ, и наличия квалифицирующего признака «организованной группой».

В апелляционном представлении государственный обвинитель указывая на совершение преступлений осужденными в составе преступного сообщества, в обоснование своих выводов фактически приводит обстоятельства преступления, предусмотренного ст.210 УК РФ, то есть описание данного деяния, которое по версии органа предварительного расследования совершено осужденными и изложено в постановлениях о привлечении в качестве обвиняемого и в обвинительном заключении, а также ссылается на показания свидетелей Г (данные им на предварительном следствии), К Т С К И Ш сведения о телефонных соединениях С сведения о банковских операциях по переводам денежных средств, которым, по его мнению, суд дал неверную оценку, а также на доказательства, признанные судом недопустимыми - протоколы осмотра и прослушивания содержания телефонных переговоров, показания свидетелей Г Ш С осужденного Алиева М.С. по содержанию этих записей и производные от них заключения фоноскопических экспертиз, утверждая, что данные недопустимые доказательства свидетельствуют о преступных связях между членами структурных подразделений, их руководителей и руководителем всего преступного сообщества Б .

Между тем, из допустимых показаний свидетеля Г приведенных государственным обвинителем в апелляционном представлении, следует, что в конце сентября 2008 года ему позвонил его родственник Б и попросил забрать доставленные в

50 килограммов героина. Через 2-3 дня неизвестные ему таджики привезли сумку к дому № по улице в котором он проживал со своим родственником Д квартире № они с Д взвесили героин, его было около 37-38 килограмм. В октябре 2008 года данное наркотическое средство было изъято у Д в ходе обыска, из-за этого он стал должен Б долларов.

С проживающей в С он знаком. Она занималась в сбытом героина, который ей поставлял «И », подчинявшийся Б В 2007 году он по просьбе Б предложил С перевозить героин из в

на что она согласилась. Далее она общалась только с Б . Героин ей передавал родственник Б «Ф ».

В 2010 году «Б » сообщил ему о наличии партии героина, предложив его сбыть. Он согласился, тогда «Б » была организована доставка этого героина в . С был водителем автомобиля, на котором перевезли это наркотическое средство.

Кроме того, согласно приведенным в апелляционном представлении доказательствам: - из показаний свидетеля К (оперуполномоченного органов наркоконтроля) следует, что в кв. дома по улице в

в октябре 2008 года у Д был изъят героин который по его заявлению принадлежал Г - из показаний свидетеля С следует, что в ноябре 2008 года Г которого называли «А », предложил ей за вознаграждение смешивать «чистый» героин для увеличения его массы, для чего она по его указанию арендовала квартиру, где смешав очередную партию героина, она 23 марта 2009 года у торгового центра встретилась с незнакомым ей человеком от Г который передал ей деньги на оплату аренды квартиры и 10 килограмм героина, которые она должна была отвезти к указанному ей месту, но затем она была задержана сотрудниками наркоконтроля, а героин изъят. Этим сотрудникам она также заявила, что в арендуемой квартире хранится героин, который был изъят. Ею выполнялись поручения Г по обмену рублей на доллары, которые ей передавала его супруга Б - из показаний свидетеля Т (оперуполномоченного органов наркоконтроля) следует, что 23 марта 2009 года С после задержания заявила, что изъятые у нее наркотики она хранила по указанию «А »; - из показаний свидетеля С следует, что по просьбе знакомого таджика по имени С дважды перегонял автомобиль из в

В 28.07.2010 г. его задержали сотрудники органов наркоконтроля, которые обнаружили в автомобиле героин, что подтверждается соответствующими документами; - при осмотре сведений о телефонных соединениях С установлено что им велись разговоры с абонентами, указанными как «Ш » и «Х ».

Как видно из содержания вышеизложенных доказательств приведенных в апелляционном представлении, данные доказательства о какой-либо причастности лиц, осужденных по настоящему уголовному делу к незаконному обороту наркотических средств не свидетельствуют.

Кроме того, как указывает государственный обвинитель, из показаний свидетеля Г также следует, что с Алиевым М.С. его познакомил Б понял, что эти лица «работают» вместе Героин, изъятый у Алиева М.С, принадлежал Б и самому Алиеву М.С.

Также указывает, что Г подтвердил оглашенные показания, данные в ходе предварительного следствия, о том, что изъятый у Нурова М.М. в г. героин принадлежит Б

Между тем, анализ всех исследованных в судебном заседании показаний свидетеля Г данных им на предварительном следствии, а также данных им и в судебном заседании, показал, что в них свидетелем приведены сведения о сбыте им и другими лицами наркотических средств, поставляемых в Российскую Федерацию как Б так и другими лицами, в том числе неустановленными или неизвестными Г

Из показаний Г следует, что он познакомился с «Ш (его анкетные данные он не знает) летом 2008 года в г.

на свадьбе своих знакомых. В 2010 году, когда у Б возникли проблемы с доставкой героина в Россию, он обратился по телефону к находящемуся в «Ш » с вопросом, обладает ли он возможностью организовать поставку партии героина в РФ. В ходе последующих телефонных разговоров «Ш » сообщил ему, что нашел партию героина и транспортное средство для его перевозки. В последующем «Ш » организовал поставку партии героина в Россию, но данная партия героина, которую перевозил на автомашине водитель С была задержана в конце июля 2010 года. Считает, что «Ш не имел никакого отношения к наркотикам, поставляемым Б

Также он через «Ш а» познакомился в 2011 году в с Нуровым М.М., в ходе общения с ними понял, что Нуров как под руководством «Ш », так и самостоятельно занимается сбытом наркотиков. Примерно в середине январе 2012 года ему позвонил Б и сказал, что нужно помочь перевезти из куда-то 10 килограмм героина. Он (Г предложил Нурову заняться этой перевозкой, но Нуров отказался. В это же время сам Нуров по телефону предложил ему продать 10 килограмм героина, поскольку у него нет покупателей, а полученные деньги отдать «Ш в счет оплаты долга перед «Ш », который образовался у Нурова в связи с тем, что при перегоне автомашин «Ш », перепродаваемых последним в,

Нуров нанес им какой-то ущерб. Тот ли это героин, с которым был задержан Нуров, ему неизвестно.

Доводы государственного обвинителя о том, что Г подтвердил оглашенные показания, данные в ходе предварительного следствия, о том, что изъятый у Нурова М.М. в г. героин принадлежит Б являются необоснованными, поскольку таких показаний Г не давал, и, более того, в судебном заседании он пояснил, что ему неизвестно имели ли данные наркотики какое-либо отношение к Б

Кроме того, из показаний Г следует, что Б и Алиев М.С. занимают равные позиции в преступном сбыте наркотиков, при этом часть героина, изъятого у Алиева М.С, принадлежала Б.,

а часть самому Алиеву М.С.

Таким образом, изучение показаний свидетеля Г данных им на предварительном следствии и исследованных в судебном заседании, а также его показаний, данных в судебном заседании, показало что, вопреки доводам государственного обвинителя, показания Г не могут быть расценены в качестве доказательств, свидетельствующих о совершении осужденными Нуровым М.М., Мамуровым Г.Т., Давлятовым М.Р., Алиевым И.И., Сулеймановым Б.Ш., Мухамедовым А.А. преступления предусмотренного ч.2 ст.210 УК РФ, а осужденным Алиевым М.С преступления, предусмотренного ч.1 ст.210 УК РФ. Поскольку в данных показаниях свидетелем приводятся сведения об организации сбыта наркотических средств в Российской Федерации Б лицах принимавших участие в сбыте наркотических средств, как входивших в группу Б (как назвал ее сам Г , так и не входивших в нее, при этом данные сведения в основной части не имеют отношения к лицам, осужденным по настоящему делу, за исключением Нурова М.М. и Алиева М.С, но и то, только в той части, которая была приведена выше при изложении показаний Г При этом свидетель фактически опроверг выводы органа предварительного расследования о том, что такое неустановленное лицо, как «Ш », являлось руководителем одного из структурных подразделений, входивших в преступное сообщество руководимое Б , а осужденный Нуров М.М. входил в это подразделение. Также из показаний свидетеля нельзя сделать и достоверный вывод о том, что Алиев М.С. являлся руководителем одного из структурных подразделений, входивших в преступное сообщество, руководимое Б , то есть свидетель так и не смог четко и утвердительно пояснить о характере взаимоотношений между Б и Алиевым, из его показаний только следует, что данные лица занимались сбытом наркотических средств и что, по его мнению, они занимают равное положение в преступном сбыте наркотиков, при этом часть героина, изъятого У Алиева М.С, принадлежала Б а часть Алиеву М.С, хотя как уже указывалось выше, Алиев М.С, согласно предъявленному обвинению, являлся подчиненным Б в структуре данного преступного сообщества.

Кроме того, как правильно указал суд, показаний свидетеля Г о принадлежности части изъятого у Алиевых, а также у Сулейманова и Мухамедова наркотических средств Б недостаточно для вывода об организации этих действий Б и его руководящей роли, а также совершении осужденными действий с наркотиками в соучастии с ним. Эти показания свидетеля Г не подтверждены какими-либо другими доказательствами. Более того, в суде свидетель Г заявил, что Б лишь осведомлен о лицах доставивших героин в Республику а к наркотическим средствам изъятым у Нурова и Давлятова в области, отношения не имеет поскольку они принадлежали некоему «Ш », в связи с чем суд обоснованно принял во внимание показания Г в суде о непринадлежности Б части героина, изъятого в Республике

поскольку его прежние показания об обратном ничем не подтверждены. При этом суд правильно отметил, что сама по себе принадлежность наркотического средства определенному лицу не означает что именно этим лицом были организованы действия по их доставке в Российскую Федерацию.

Все остальные допустимые доказательства, приведенные государственным обвинителем в апелляционном представлении,- показания свидетелей К Т С К И Ш сведения о телефонных соединениях С , сведения о банковских операциях по переводам денежных средств как видно из их содержания, не отвечают требованиям относимости и не подтверждают предъявленное осужденным обвинение по ст.210 УК РФ, то есть выводы суда в этой части также являются правильными.

Несостоятельными являются и доводы государственного обвинителя о необоснованном признании судом недопустимыми таких доказательств, как протоколы осмотра и прослушивания содержания телефонных переговоров показания свидетелей Г Ш , С и осужденного Алиева М.С по содержанию этих записей и производные от них заключения фоноскопических экспертиз в связи с тем, что вопрос о недопустимости данных доказательств судом был разрешен в совещательной комнате без выслушивания мнения участников процесса со стороны обвинения и со стороны защиты по данному вопросу.

В соответствии с положениями ст.ст.297, 299 УПК РФ, приговор суда должен быть, в частности, законным, обоснованным, и при постановлении приговора суд в совещательной комнате должен разрешить вопросы о доказанности события деяния, в совершении которого обвиняется подсудимый, и о доказанности совершения данного деяния подсудимым, в связи с чем суд обязан оценить представленные ему доказательства, согласно требованиям ст. 8 8 УПК РФ, с точки зрения относимости, допустимости достоверности, а все собранные доказательства в совокупности достаточности для разрешения уголовного дела.

Установив в совещательной комнате при постановлении приговора, что по делу имеются доказательства, полученные с нарушением уголовно процессуального закона, которые в соответствии со ст. 75 УПК РФ являются недопустимыми, в силу чего не имеют юридической силы и не могут использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных ст.73 УПК РФ, суд обязан признать такое доказательство недопустимым и дать ему соответствующую оценку в приговоре.

Учитывая вышеприведенные требования закона, а также Определение Конституционного суда Российской Федерации от 24 сентября 2013 года № 1511-0 пункт 13, (а также определения Конституционного Суда Российской Федерации от 15 июля 2008 года № 460-О-О, от 16 апреля 2009 года № 404- О-О, от 25 февраля 2010 года № 261-0-0 и от 17 ноября 2011 года N 1585-0- О), в котором со ссылкой на Инструкцию о порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности дознавателю, органу дознания, следователю, прокурору или в суд (утверждена приказом МВД России, ФСБ России, ФСО России, ФТС России, СВР России, ФСИН России ФСКН России и Минобороны России от 17 апреля 2007 года N 368/185/164/481/32/184/97/147) однозначно указывается на то, что результаты оперативно-розыскных мероприятий, проводимых на основании судебных решений, которые ограничивают конституционные права человека и гражданина на тайну переписки, телефонных переговоров и т.д., должны представляться следователю или в суд именно вместе с копиями этих судебных решений, суд обоснованно признал недопустимыми доказательствами протоколы осмотра и прослушивания содержания телефонных переговоров, а также показания свидетелей Г Ш С и осужденного Алиева М.С. по содержанию этих записей и производные от них заключения фоноскопических экспертиз результаты оперативно-розыскных мероприятий «Прослушивание телефонных переговоров», которые были представлены следователю и приобщены им к материалам уголовного дела без копий судебных решений об их проведении в нарушение пункта 13 вышеуказанной Инструкции поскольку отсутствие копий данных судебных решений исключили возможность проверки судом законности представленных результатов оперативно-розыскных мероприятий.

Кроме того, Судебная коллегия считает необходимым отметить, что не были представлены копии данных судебных решений и суду апелляционной инстанции, несмотря на утверждения государственного обвинителя о значимости данных доказательств для установления виновности осужденных в совершении преступления, предусмотренного ст.210 УК РФ.

Тем не менее, Судебная коллегия в связи с доводами государственного обвинителя о том, что данные доказательства свидетельствуют о преступных связях между членами структурных подразделений, а также их руководителей и руководителем преступного сообщества Б

(хотя государственный обвинитель и не приводит в обоснование своих доводов содержание конкретных разговоров), проверила данные доказательства на предмет их содержания.

Изучение данных доказательств показало, что одна их часть, исходя из содержания телефонных переговоров и поясняющих их показаний Г и С указывает на деятельность Б свидетелей Г С , Д С и других неустановленных лиц, связанных с незаконным оборотом наркотических средств, однако данные доказательства также не позволяют сделать выводы об их относимости к обвинению, предъявленному осужденным по ст.210 УК РФ.

В другой части - это телефонные переговоры между Б и Алиевым М.С. и показания осужденного Алиева М.С. и свидетеля Г по содержанию данных переговоров, которые указывают лишь на причастность Б и Алиева М.С. к незаконному обороту наркотических средств, но также не позволяют сделать выводы о характере взаимоотношений между Б и Алиевым, о наличии преступного сообщества и участии в нем Алиева М.С При этом из показаний самого Алиева по содержанию переговоров между ним и Б следует что он (Алиев) говорит ему, что передал героин (какое отношение имеет данное наркотическое средство к настоящему делу Алиев не поясняет неизвестному покупателю, который возвратил его, а в дальнейшем они обсуждают качество героина, при этом Алиев в своих показаниях заявляет что ему неизвестно, какое имеет отношение Б к незаконному обороту наркотиков. Других показаний Алиевым М.С. по содержанию телефонных переговоров не давалось.

Также имеются показания свидетеля Г по содержанию телефонных переговоров, которые велись между ним и Нуровым, которые аналогичны вышеприведенным показаниям Г в этой части (то есть в отношении Нурова), а также между неустановленными лицами относительно задержания Сулейманова Б однако они, как и показания свидетеля Ш пояснившего, что он по просьбе женщины по имени И неоднократно менял рубли на доллары, также не отвечают требованиям относимости и не указывают на причастность осужденных к какому-либо преступному сообществу.

То есть, изучив данные документы, Судебная коллегия приходит к выводу, что и они, исходя из их содержания, приведенного выше, вопреки доводам государственного обвинителя, не подтверждают предъявленное осужденным обвинение по ст.210 УК РФ.

Таким образом, Судебная коллегия находит обоснованными выводы суда о том, что сторона обвинения, представив доказательства деятельности свидетелей Г С Д С и других лиц связанных с незаконным оборотом наркотических средств, а также проведения множества финансовых операций по переводам денежных средств различными лицами, не представила убедительных доказательств их относимости к предъявленному осужденным обвинению, то есть доказательств, которые достоверно указывали бы на то, что данные лица и осужденные действовали в составе преступного образования со сложной внутренней структурой с жесткой внутренней дисциплиной, были объединены единой целью совершения тяжких и особо тяжких преступлений, а их соучастие было обусловлено длительностью совместной преступной деятельности с четко разработанной системой действий направленных на сбыт наркотических средств, с жесткой схемой отыскания источников их приобретения и распределения вырученных от их реализации денег, существованием многоступенчатой иерархичной структуры состоявшей из руководителей высшего (Б среднего звена и исполнителей.

Кроме того, не было представлено суду и доказательств совершения осужденными действий с наркотическими средствами в составе отдельных организованных преступных групп, которые обладали бы той степенью объединенности соучастников и характера их связей внутри группы, то есть степенью устойчивости и сплоченности, которые присущи организованной группе. Общая цель совершения лишь одного преступления не была сопряжена с участием всех осужденных в его совместном планировании и взаимосогласованным жестким распределением ролей. Не представлено доказательств и того, что осужденные Давлятов и Мухамедов действовали совместно с Нуровым, Мамуровым и Сулеймановыми Б и Д соответственно, а их доводы о выполнении просьб других лиц представленными доказательствами не опровергнуты.

Также Судебная коллегия считает необходимым отметить, что фактически государственным обвинителем в апелляционном представлении не приведено ни одного доказательства создания Б преступного сообщества в 2007 году со сложной многоступенчатой иерархичной структурой, состоявшей из руководителей высшего, среднего звена, исполнителей, и, включающего 7 структурных подразделений характеризующихся стабильностью состава, сплоченностью участников наличием жесткой внутренней дисциплины, назначения в каждом из них руководителя, в том числе и Алиева М а также участия остальных осужденных в его деятельности. Не содержит апелляционное представление и указаний на доказательства совершения осужденными приготовлений к сбыту наркотических средств в составе организованной группы и обоснования неверности вывода суда об отсутствии этого признака.

С учетом вышеизложенного, Судебная коллегия находит решение суда об оправдании осужденных по обвинению по ст.210 УК РФ, а также исключении из предъявленного им обвинения квалифицирующего признака «организованной группой» правильным, а доводы апелляционного представления необоснованными.

Вместе с тем, вина Мамурова Г.Т., Давлятова М.Р. в приготовлении к незаконному сбыту наркотического средства в особо крупном размере по предварительному сговору группой лиц подтверждается совокупностью следующих доказательств: - показаниями осужденного Нурова М.М., данными на предварительном следствии, о том, что взяв с собой часть наркотического средства (героин которое предварительно у него дома Мамуров разделил по пакетам, они с последним на автомашине под управлением М приехали к шиномонтажной мастерской, где Мамуров по указанию «Б » должен был передать героин незнакомым людям. Там Мамуров передал пакет с героином незнакомому ему человеку. В этот же вечер он и М были задержаны и у него при личном досмотре и дома были обнаружены оставшиеся наркотики;

справкой о результатах оперативно-розыскного мероприятия «наблюдение», в ходе проведения которого было зафиксировано, что у шиномонтажной мастерской по ул. д. г Мамуров передал пакет Давлятову, приехавшему на встречу в автомобиле « », и получил что-то взамен; - личным досмотром Нурова, в ходе которого у него был изъят сверток, в котором согласно справке и заключению эксперта находилось наркотическое средство - героин массой 498 граммов, хранящийся им по его объяснению для передачи неизвестному лицу, направленному «Б »; - осмотром комнаты в гостинице « », в ходе которого у Мамурова были изъяты сотовые телефоны, а также деньги в размере рублей полученные им согласно пояснению «от М за пакет»; - личным досмотром Давлятова, в ходе которого у него обнаружен сверток, в котором согласно справке и заключению эксперта находилось наркотическое средство - героин массой 971 грамм, а при осмотре автомобиля обнаружена сумка, принадлежащая, согласно пояснениям водителя С Давлятову внутри которой находился пакет, содержащий по справке и заключению эксперта наркотическое средство - героин массой 2 868 граммов; - показаниями сотрудников органов наркоконтроля Ж , ФА подтвердившими результаты ОРМ «наблюдение» и изъятие у Давлятова и Нурова наркотических средств; - заключением эксперта, согласно которому наркотические средства, изъятые у Нурова и Давлятова, совпадают между собой и могли иметь общий источник происхождения; - осмотром сотового телефона, изъятого при осмотре автомобиля «»,

в памяти которого обнаружены сведения о соединении 17 февраля 2012 года в 19 часов 46 минут с абонентом, имя которого в памяти телефона изъятого у Нурова, указано как «Ч », с которым им также в этот день велись разговоры в 18 часов 34 минут и в 20 часов 06 минут. В памяти сотового телефона, изъятого у Нурова, обнаружены номера абонентов с именами «Б » и «А », а в памяти сотового телефона, изъятого у Мамурова тот же абонентский номер под тем же именем «Б », а также аннотацией содержания телефонных переговоров Нурова, их осмотром и прослушиванием, в том числе с участием Нурова и свидетеля Г .

Доводы Мамурова и Давлятова об их невиновности и неосведомленности относительно содержимого пакета опровергнуты совокупностью согласующихся между собой доказательств, то есть вышеприведенными показаниями осужденного Нурова, данными на предварительном следствии, из которых следует, что неким «Б был направлен Мамуров, называемый «П », который у него дома разделил героин по пакетам. Далее «Б сказал ему проехать с Мамуровым для того чтобы тот передал героин, при этом подробность и детализированность данных взаимоизобличающих показаний Нурова не оставляет сомнений в их достоверности.

Кроме того, эти показания Нурова подтверждены содержанием его телефонных переговоров с Мамуровым и «Б », а также сведениями о телефонных соединениях по абонентским номерам, использованным Нуровым и Мамуровым, при этом соучастники обращаются друг к другу по именам и прозвищам.

Осведомленность Давлятова о содержимом полученного им пакета подтверждается и тем, что Мамуров приехал для передачи именно героина и в разговоре с Нуровым сообщил ему, что нашел нужного человека, и тот уже едет.

Также Давлятов и Мамуров неоднократно перед встречей разговаривали по абонентским номерам с изъятых у них телефонов, при этом в памяти телефона, изъятого у Давлятова, абонентский номер Мамурова сохранен как «Ч », а в предшествующем приезду Мамурова разговоре между Нуровым и «Беком» последний сообщает, что приедет «Ч -

н», который «4 возьмет и отдаст».

Кроме того, получив от Мамурова наркотическое средство, Давлятов один пакет спрятал у себя в одежде, а другие пакеты положил в сумку, что также со всей очевидностью свидетельствует об осведомленности Давлятова о получении им наркотических средств.

Кроме того, как видно из материалов дела, протокола судебного заседания, ходатайство о допросе сотрудников ГИБДД, остановивших автомашину, в которой находился Давлятов, суду не заявлялось, а также показания свидетеля Ф были оглашены в соответствии с требованиями ст.281 УПК РФ с согласия сторон. Свидетель С несмотря на принятые судом меры, в суд не явился, а в удовлетворении ходатайства, заявленного государственным обвинителем об оглашении его показаний, судом было обоснованно отказано, поскольку против этого возражали сами осужденные и их защитники.

Оценив совокупность всех исследованных по делу доказательств, суд обоснованно пришел к выводу о доказанности вины Мамурова, Давлятова и Нурова и дал верную юридическую оценку их действиям.

Правильно квалифицированы и действия осужденных Алиевых и Мухамедова, при этом их виновность установлена совокупностью доказательств, то есть показаниями осужденных, данными ими на предварительном следствии и в судебном заседании, справками о результатах оперативно-розыскного мероприятия «наблюдение» 16 марта 2012 года, проведенного в отношении Алиевых, изъятием в ходе личных досмотров у каждого из Алиевых наркотических средств, протоколом обыска в кв. д. по ул. г. в ходе которого были обнаружены и изъяты наркотические средства, заключениями экспертов показаниями свидетелей О С Г протоколами обыска по месту проживания Мухамедова, в ходе которых были изъяты наркотические средства, показаниями свидетелей П ,К Г ,А , заключениями экспертов.

Вина осужденного Сулейманова Б.Ш. в контрабанде наркотических средств в особо крупном размере и приготовлении к незаконному сбыту наркотических средств в особо крупном размере подтверждается совокупностью следующих доказательств: - показаниями Сулейманова, данными на предварительном следствии в качестве обвиняемого, из которых следует, что в начале июня 2012 года С предложил ему быть перевозчиком наркотиков пообещав за это долларов, на что он согласился. В конце июня Д сказал, что нужно ехать и он (Сулейманов Б.Ш.) передал ему свой автомобиль, чтобы в него «загрузили» наркотики. Д сказал ему прибыть в , где у отеля « » оставить автомобиль с ключами на стоянке, после чего сообщить об этом ему. Из разговора Д понял, что наркотики привозили в из . По возращении в

Д спросил у него поедет ли он снова, на что он согласился В первых числах ноября 2012 года С сказал, что нужно снова ехать, после чего на три дня забрал его автомобиль. 12 ноября 2012 года он поехал на этом автомобиле в сторону Российской Федерации границу с которой пересек в районе села в области. После чего, проследовал через города , , но недалеко от города его автомобиль был остановлен сотрудниками Государственной инспекции безопасности дорожного движения. До этого, двигаясь по трассе между городами и видел автомобиль « » под управлением С и решил, что тот его сопровождает; - рапортом оперуполномоченного УФСКН России по Республике К из которого следует, что им получена информация о наличии в автомобиле Сулейманова Б « » тайника с наркотическими средствами; - осмотром данного автомобиля, в ходе которого в технических пустотах были обнаружены и изъяты 99 свертков, в которых, согласно заключению экспертов, находилось наркотическое средство героин общей массой 97 803,9 грамма, а также 10 таблеток, являющихся наркотическим средством смесью, содержащей в своем составе МДМА; - показаниями специалиста Б о том, что в указанном автомобиле « » в колесные арки были кустарным способом установлены металлические конструкции и специальные отверстия - люки; - сведениями ФМС России, ФСБ России и аэровокзала города согласно которым Сулейманов Б въехал в Российскую Федерацию 14 ноября 2012 года на автомобиле « 5», имеющем государственный регистрационный номер через автомобильный пропускной пункт »; С въехал в Российскую Федерацию 14 ноября 2012 года на автомобиле « », имеющим государственный регистрационный номер и вылетел из города

в город 16 ноября 2012 года; - показаниями свидетелей (сотрудников пограничного управления ФСБ России по и областям): Н о том, что 14 ноября 2012 года в 20 часов 29 минут Сулейманов Б на автомобиле « » въехал в Российскую Федерацию без досмотра через автомобильный пункт пропуска « » вК области В о том, что С въехал в Российскую Федерацию на автомобиле « » 14 ноября 2012 года около 2 часов; - показаниями свидетеля С о том, что принадлежащим ему автомобилем « », имеющим государственный регистрационный номер пользовался его брат - С ; - показаниями свидетеля З (инспектора дорожно-патрульной службы УГИБДД ГУМВД России по Республике ), из которых следует, что 15 ноября 2012 года был остановлен автомобиль « » под управлением Сулейманова Б и сопровожден в отдел полиции для проверки подлинности маркировки; - сведениями банка « о том, что 16 ноября 2012 года на имя сына Сулейманова Б -С поступил денежный перевод из Республики в размере рублей; - заключениями экспертов о том, что в памяти сотовых телефонов, изъятых у С , обнаружены записи об абонентских номерах находившиеся в пользовании С и Б , а также текст смс-сообщения от Сулейманова Б : «Общая сумма », в памяти сотовых телефонов и сим-карт, изъятых у Сулейманова Б абонентские номера С и Мухамедова в памяти сотовых телефонов и сим-карт которого обнаружены записи об абонентских номерах которыми пользовались Сулеймановы иБ - аннотацией содержания смс-сообщений и телефонных переговоров Сулейманова Б их осмотров и прослушиваний с 16 ноября по 21 ноября 2012 года, согласно которым, им велись разговоры об изъятии автомобиля и способах его получения в правоохранительных органах, при этом один из его собеседников сообщает, что сам он улетает, но передал номер «Р », который должен «все решить». После этого Сулейманов созванивается с лицом, которому представляется братом Д и обсуждает с ним изъятие автомобиля. Через два дня Сулейманов Б разговаривает с лицом, которое ему сообщает: «Сорок передал тебе домой на что он ответил: «А что не сорок пять?». Перед задержанием Сулейманов Б направил смс-сообщение: «Брат, мне улетать?» и получает на него ответ: «Да, из позвони», и по заключению эксперта на фонограмме телефонного разговора установлены голос и речь Сулейманова

; - сведениями о телефонных соединениях с абонентского номера используемого Сулеймановым Б согласно которым им велись неоднократные разговоры и смс-переписка с абонентским номером зарегистрированным на С а также с номерами которыми пользовались Мухамедов и С , а с абонентского номера, зарегистрированного на С велись разговоры и смс-переписка с номерами Сулейманова Б и Мухамедова.

В судебном заседании осужденный Сулейманов Б.Ш. показал, что наркотические средства он из Республики не перевозил, а получил их на территории Российской Федерации и именно в городе а не в каких-либо других населенных пунктах, как о том указывается в апелляционной жалобе.

Суд обоснованно дал критическую оценку данным доводам Сулейманова, поскольку они опровергаются совокупностью согласующихся между собой доказательств, представленных стороной обвинения.

Так, из вышеприведенных показаний Сулейманова, данных им в ходе предварительного расследования, следует, что наркотические средства были помещены в его автомобиль в Республике и перевезены им в Российскую Федерацию.

Сведения о телефонных соединениях Сулейманова Б.Ш осуществлявшихся через базовые станции, расположенные по его маршруту в области, подтверждают непрерывность его движения по территории области (начиная со района и заканчивая районом области), то есть с момента пересечения Государственной границы Российской Федерации и далее в направлении Республики Татарстан.

Так, 14 ноября 2012 года Сулеймановым Б.Ш. последовательно по маршруту его движения были осуществлены:

- 19 соединений через базовые станции в районе

области в период с 20 часов 32 минуты до 20 часов 50 минут;

- 3 соединения в районе области в 20 часов 54 минуты;

- 9 соединений через базовые станции в городе с 22 часов до 22 часов 11 минут;

- 5 соединений в районе области с 22 часов 30 минут до 22 часов 32 минут;

- 6 соединений в районе области с 23 часов 24 минуты до 23 часов 42 минуты;

- 12 соединений в районе области с 23 часов 43 минут до 00 часов 08 минут 15 ноября 2012 года (т. 56, л.д. 183-191).

Приведенные сведения категорично свидетельствуют о непрерывности движения Сулейманова по г. и территории области, то есть суд обоснованно отверг его показания, данные в судебном заседании, и принял показания, данные им в ходе предварительного расследования поскольку они объективно подтверждаются сведениями о его телефонных соединениях с учетом способа сокрытия большого количества наркотических средств в специально оборудованных технических местах в автомобиле, на что очевидно требуется значительное время.

Оценив совокупность всех исследованных по делу доказательств, суд обоснованно пришел к выводу о доказанности вины Сулейманова Б.Ш. и дал верную юридическую оценку его действиям.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, органами предварительного расследования и судом не допущено.

Наказание всем осужденным назначено в соответствии с требованиями закона, с учетом характера и степени общественной опасности совершенных ими преступлений, наличия смягчающих наказание обстоятельств, в том числе наличие малолетних детей у Нурова, Мамурова, Алиевых Мухамедова, Сулейманова, а также данных, характеризующих их личности при этом судом также учтены наличие заболеваний у Мухамедова Мамурова, Алиевых М иИ , а также заболеваний у супруги Сулейманова Б , ребенка и матери Алиева И

Назначенное каждому осужденному наказание является справедливым и оснований для его смягчения не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.З89-20, 389-28, 389-33 УПК РФ, Судебная коллегия

определила:

приговор Курганского областного суда от 28 мая 2015 года в отношении Нурова М М Мамурова Г Т Давлятова М Р Алиева М С , Алиева И И , Сулейманова Б Ш и Мухамедова А А оставить без изменения, а апелляционное представление государственного обвинителя Баженова Р.В. и апелляционные жалобы осужденных Мамурова Г.Т., Давлятова М.Р., Алиева М.С. и Сулейманова Б.Ш. - без удовлетворения.

Председательствующий

* * *

Комментарии ()

    Судебная практика

    Судебная практика по статье 235 УПК РФ

    Информация о структуре кодекса

    Карта сайта