Информация

Решение Верховного суда: Определение N 84-АПУ15-4 от 22.07.2015 Судебная коллегия по уголовным делам, апелляция

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дело № 84-АПУ15-4

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Москва 22 июля 2015 года

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего Лаврова Н.Г.,

судей Кондратова П.Е. и Ситникова Ю.В.

с участием прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Никифорова А.Г., осужденного Дмитриева А.Я. (в режиме видеоконференц связи) и его защитника - адвоката Лунина Д.М.

при секретаре Сергееве А.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы осужденного Дмитриева А.Я. и его защитника - адвоката Волковой В.А. на приговор Новгородского областного суда от 17 апреля 2015 г., по которому

Дмитриев А Я , родившийся г.

в д. района области,

гражданин , судимый 31 июля 2014 г. по

приговору мирового судьи судебного участка № 13

Новгородского района Новгородской области по ч. 1 ст. 119

УК РФ к 1 году ограничения свободы,

осужден:

- по п. «б» ч. 2 ст. 105 УК РФ к 15 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год, с установлением следующих ограничений не изменять место жительства или пребывания без согласия уголовно исполнительной инспекции, не выезжать за пределы территории

района области, а также с возложением обязанности являться в уголовно-исполнительную инспекцию один раз в месяц для регистрации;

- по ч. 3 ст. 30, пп. «а, б» ч. 2 ст. 105 УК РФ к 9 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год, с установлением следующих ограничений не изменять место жительства или пребывания без согласия уголовно исполнительной инспекции, не выезжать за пределы территории

района области, а также с возложением обязанности являться в уголовно-исполнительную инспекцию один раз в месяц для регистрации;

- на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений - к 18 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев, с установлением следующих ограничений: не изменять место жительства или пребывания без согласия уголовно-исполнительной инспекции, не выезжать за пределы территории района области, а также с возложением обязанности являться в уголовно-исполнительную инспекцию один раз в месяц для регистрации;

- на основании ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров - к 18 годам 4 месяцам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев, с установлением следующих ограничений: не изменять место жительства или пребывания без согласия уголовно-исполнительной инспекции, не выезжать за пределы территории района области, а также с возложением обязанности являться в уголовно-исполнительную инспекцию один раз в месяц для регистрации.

Судом также с Дмитриева А.Я. взыскано в пользу потерпевшего С руб. в качестве компенсации причиненного ему морального вреда.

Заслушав доклад судьи Кондратова Н Е . о содержании приговора существе апелляционных жалоб и возражений на них, выслушав выступления осужденного Дмитриева А.Я. и его защитника - адвоката Лунина Д.М. поддержавших доводы, приведенные в апелляционных жалобах, и заявивших о невиновности Дмитриева А.Я. в инкриминируемых ему преступлениях, а также выслушав мнение прокурора Никифорова А.Г предложившего приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы без удовлетворения, Судебная коллегия

установила:

по приговору Новгородского областного суда от 17 апреля 2015 г Дмитриев А.Я. признан виновным в умышленном причинении смерти М в связи с выполнением ею своего общественного долга, а также в покушении на умышленное причинение смерти второму лицу, С,

в связи с выполнением им общественного долга, которое не было доведено до конца по независящим от осужденного обстоятельствам.

Преступления совершены 31 июля 2014 г. в д района области при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе (с дополнениями) осужденный Дмитриев А.Я. настаивает на недоказанности его вины в совершении инкриминируемых ему преступлений, отмечая, в частности, что орудие преступлений не найдено, а нож, который у него был обнаружен, на самом деле был ему подброшен и не соответствует характеристикам орудия которым были совершены убийства. Считает недостоверными данные о проведении его личного обыска, т.к. в то время, когда якобы 1 августа 2014 г проводился его обыск в помещении Пролетарского поселкового отделения полиции МО МВД России « », он находился в камере ИВС отдела полиции по ул. г. . Указывает, что М и С ранее неоднократно оскорбляли его, что вызывало возмущение не только у него самого, но и у его жены и соседей продолжили они оскорбления и вечером 31 июля 2014 г. когда он пришел к ним с целью выяснения отношений. Во время ссоры потерпевшие набросились на него, сбили с ног, и он, защищаясь, поднял с земли какой-то предмет, которым стал отмахиваться от нападающих; когда же увидел кровь испугался и ушел в другую деревню. Отмечает, что рассматривавший уголовное дело судья К ограничивал его право защищать себя всеми законными способами, оценивал доказательства предвзято, не принял во внимание убедительные доводы адвоката Волковой В.А. Полагает недопустимым доказательством его явку с повинной, поскольку он дал ее под влиянием сотрудников полиции, находясь в состоянии сильного алкогольного опьянения. Утверждает также, что было нарушено его право на рассмотрение уголовного дела судом с участием присяжных заседателей, так как написанное им заявление об этом не было рассмотрено и удовлетворено Считает, что его действия должны были быть переквалифицированы с п. «б ч. 2 ст. 105 УК РФ на ч. 1 ст. 108 УК РФ, а с ч. 3 ст. 30, пп. «а, б» ч. 2 ст. 105 УК РФ на ч. 1 ст. 114 УК РФ, о чем, как он считает, просила в суде его защитник Волкова В.А. Возражает против признания С гражданским истцом и удовлетворения его исковых требований в сумме

руб., ссылаясь как на свою невиновность в причинении вреда потерпевшему, так и на то, что болезненное состояние С обусловлено злоупотреблением им спиртными напитками. Дает отрицательную характеристику С Настаивает на том, что не мог быть на месте происшествия в установленное судом время, что свидетель Ш дал ложные показания, что видел его вечером с ножом в руке а рука была в крови. Оспаривает показания свидетелей А относительно количества причиненных потерпевшей ранений, П относительно обстоятельств распития с ним спиртных напитков В о нанесенных М телесных повреждениях а также заключения судебно-биологической и медико-криминалистической экспертиз. Обращает внимание на то, что судом при постановлении приговора не были должным образом учтены данные о его личности, в частности, то, что с 1982 г. он состоит на учете у нарколога, но лечению несмотря на его просьбы, не подвергался со ссылками на наличие у него эпилепсии и на то, что он злоупотребляет алкоголем. Просит приговор отменить и направить уголовное дело на новое судебное рассмотрение.

В судебном заседании Дмитриев А.Я. заявил о том, что в то время когда были совершены преступления, не мог находиться на месте происшествия, и, соответственно, не совершил преступления. Адвокат Лунин Д.М., поддержав данную позицию осужденного, просил суд апелляционной инстанции отменить приговор и оправдать Дмитриева А.Я.

Адвокат Волкова В.А. в апелляционной жалобе в защиту Дмитриева А.Я., оспаривая законность и обоснованность приговора, утверждает об ошибочности квалификации действий ее подзащитного. Отмечает, что сам Дмитриев А.Я. отрицал наличие у него умысла на убийство М

и С что потерпевшей М был причинен тяжкий и легкий вред здоровью, от чего она скончалась на 4 день в больнице после принятых мер лечения, что осужденный, имея фактическую возможность убить потерпевшую, не сделал этого. По мнению адвоката наступление смерти потерпевшей через 3 дня после нанесения ей телесных повреждений в связи с развитием гнойного плеврита и гнойного перитонита не могло охватываться умыслом Дмитриева А.Я., с учетом чего его действия в отношении М подлежат квалификации по ч. 4 ст. 111 УК РФ. Настаивает также на переквалификации действий осужденного в отношении С на ч. 1 ст. 111 УК РФ, поскольку Дмитриев А.Я никоим образом не выявлял умысла на лишение жизни потерпевшего, по собственной инициативе прекратил драку и не пытался добить С,

хотя фактическую возможность для этого имел. Просит приговор изменить, переквалифицировав действия Дмитриева А.Я. на более мягкие статьи уголовного закона и смягчив назначенное наказание.

В возражениях на апелляционные жалобы осужденного и его защитника государственный обвинитель Наумова Т.Г. и потерпевший С просят оставить их без удовлетворения, а приговор без изменения.

Проверив материалы дела и обсудив доводы, изложенные в апелляционных жалобах и письменных возражениях государственного обвинителя и потерпевшего, а также в выступлениях сторон в судебном заседании, Судебная коллегия находит выводы суда о виновности Дмитриева А.Я. в совершении инкриминируемых ему преступлений соответствующими фактическим обстоятельствам дела. Эти выводы в полной мере основываются на исследованных в судебном заседании и надлежащим образом проанализированных в приговоре доказательствах, отвечающих требованиям относимости, допустимости и достоверности.

Виновность Дмитриева А.Я. в совершении убийства С и покушения на убийство М в полной мере подтверждается показаниями потерпевшего С показаниями свидетелей В П Ш К Д,

А С А Б и других, протоколами осмотра места происшествия, протоколом осмотра трупа М и заключением эксперта по результатам его исследования заключением судебно-медицинской экспертизы потерпевшего С протоколами осмотра предметов, актами судебно-биологических и медико криминалистических экспертиз, материалами уголовного дела по обвинению Дмитриева А.Я. в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ, показаниями самого Дмитриева А.Я., другими исследованными в судебном разбирательстве доказательствами.

Выдвинутую стороной защиты в заседании суда апелляционной инстанции версию, согласно которой во время совершения преступлений осужденный не находился в месте, где эти преступления были совершены, Судебная коллегия находит несостоятельной и не подтвержденной материалами дела.

О наличии у него алиби Дмитриев А.Я. впервые заявил в своей апелляционной жалобе и в выступлении в суде апелляционной инстанции; ранее же, как на предварительном следствии, так и в заседании суда первой инстанции о своем отсутствии на месте преступления он не заявлял. Приводимые в жалобе Дмитриева А.Я. расчеты времени, в течение которого он, по данным органов следствия, 31 июля 2014 г. находился на месте совершения преступления в д.,

проследовал в д. , откуда впоследствии был доставлен сотрудниками полиции обратно в д. , являются произвольными и не подтверждаются объективными данными.

Вместе с тем из показаний, данных Дмитриевым А.Я. в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства, со всей определенностью следует, что примерно в 18 часов 31 июля 2014 г. он пришел к себе домой в д. по ул. в д. , где у него возник конфликт с проживающими в этом же доме М и С в ходе которого М иС стали наносить ему побои, сбили с ног а он, защищаясь, нанес подобранным с земли предметом ранения нападающим Во всех своих показаниях, в том числе данных при проверке показаний на месте Дмитриев А.Я., хотя и излагал последовательность своих действий по-разному факт конфликта с потерпевшими и нанесения им ранений не отрицал.

Нанесение осужденным ранений М и С подтверждается также: показаниями потерпевшего С подробно сообщившего об обстоятельствах совершения преступлений; показаниями свидетеля В которой С по телефону сообщил о том, что Дмитриев А.Я. порезал его и М и просил вызвать «скорую помощь»; показаниями свидетеля А которой М

иС во время оказания им медицинской помощи рассказали о том, что они в суде давали показания против Дмитриева А.Я., за что он их порезал. На нахождение осужденного на месте совершения преступлений указывают также показания свидетелей П сообщившего, что незадолго до происшествия встретил в д. находившегося в возбужденном состоянии Дмитриева А.Я., и Ш видевшего вечером 31 июля 2014 г. Дмитриева А.Я. идущим со стороны д. в сторону д.

; при этом на правой руке его были следы крови, а в руке был нож.

О виновности Дмитриева А.Я. в совершении убийства М и покушении на убийство С свидетельствуют также результаты судебно-биологических экспертиз, установивших, что обнаруженные в смывах с правой и левой кистей рук Дмитриева А.Я., на его майке-тельняшке, шортах, а также на клинке изъятого у Дмитриева А.Я. ножа следы крови могли принадлежать М иС

Несостоятельными являются и утверждения Дмитриева А.Я. о том, что у него не было умысла на причинение смерти М иС Они опровергаются как показаниями свидетеля П которому осужденный жаловался на то, что из-за потерпевших он был осужден по приговору от 31 июля 2014 г., и говорил, что за это зарежет их обоих, так и показаниями свидетеля С слышавшей, как Дмитриев А.Я. сказал в ее адрес: «Ты сама сдохнешь. Тебя трогать не буду». О наличии у осужденного умысла на убийство потерпевших свидетельствуют также сами его действия, а именно то, что он, идя к М иС заранее взял с собой нож, что нанесенные им потерпевшим ножевые ранения были многочисленными и направленными в жизненно важные области их тел.

То обстоятельство, что, как утверждает сторона защиты, Дмитриев А.Я имел реальную возможность на месте преступления добить обоих потерпевших но не сделал этого, не свидетельствует об отсутствии у осужденного умысла на убийство потерпевших. Как следует из материалов уголовного дела, количество и локализация нанесенных потерпевшим ранений, а также состояние потерпевших после нанесения им ранений давали Дмитриеву А.Я. основания полагать, что он достиг своей цели. То же обстоятельство, что М умерла не на месте преступления, а в больнице, а Семенов Н.А. вообще остался жив, обусловлено, как следует из заключения № 1848 и показаний эксперта Б своевременно оказанной медицинской помощью; вместе с тем как пояснил эксперт, характер причиненных М телесных повреждений, был таков, что, несмотря на адекватно проведенное лечение исключить ее смерть не представилось возможным.

Вопреки утверждениям осужденного, причиненные потерпевшим телесные повреждения могли быть образованы, как признано в заключении эксперта № 164/14 МК от 20 ноября 2014 г., в результате воздействия именно того ножа, который был изъят у Дмитриева А.Я.

Заявление осужденного о том, что у него при совершении преступлений никакого ножа не было, а телесные повреждения потерпевшим были нанесены подобранным на месте происшествия предметом, который им был выброшен носят голословный характер.

Равным образом ничем не подтверждается заявление Дмитриева А.Я., что изъятый у него нож был ему подброшен сотрудником полиции. Напротив, как показала свидетель Дмитриева Н.В., этот нож принадлежал их семье и часто использовался Дмитриевым А.Я. при выполнении хозяйственных работ.

Судебная коллегия также не находит убедительными приведенные в апелляционной жалобе Дмитриева А.Я. доводы относительно того, что телесные повреждения потерпевшим были нанесены им в целях защиты от нападения, а не из мести за выполнение М и С общественного долга.

Как следует из материалов уголовного дела, именно Дмитриев А.Я пришел на участок, где находились М и С а не наоборот. Именно у Дмитриева А.Я. изначально отмечалась агрессивная направленность поведения, т.к. он, направляясь к потерпевшим, взял с собой нож. При проведении судебно-медицинской экспертизы на голове, теле и конечностях Дмитриева А.Я. каких-либо повреждений, могущих свидетельствовать о совершенном на него нападении (за исключением мелкого пореза на животе, причинение которого потерпевшими он сам не признавал), не обнаружено. Кроме того, показания осужденного о том, что он защищался от нападавших, размахивая подобранным на земле предметом, стоя на коленях опровергаются как показаниями потерпевшего С так и выводами экспертов о характере, локализации и механизме причинения М и С телесных повреждений.

Что же касается вывода суда о том, что совершенные в отношении М и С посягательства были совершены в связи с выполнением ими своего общественного долга - дачей в суде показаний о совершении Дмитриевым А.Я. преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ, то он основывается, в частности, как на данных в ходе предварительного следствия показаниях самого Дмитриева А.Я., так и на показаниях свидетеля П которому Дмитриев А.Я. незадолго до преступлений, будучи в возбужденном состоянии, сказал, что хочет убить М иС.,

поскольку из-за них его осудили. Само по себе то, что преступления были совершены через несколько часов после того, как в отношении Дмитриева А.Я судом был постановлен обвинительный приговор по уголовному делу, по которому в качестве свидетелей обвинения выступали М и С также свидетельствует о наличии связи между этими обстоятельствами и об обоснованности признания квалифицирующим признаком обоих преступлений, за совершение которых Дмитриев А.Я. осужден обстоятельства, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Заявление осужденного о том, что протокол его явки с повинной фальсифицирован и подлежит исключению как недопустимое доказательство Судебная коллегия находит несостоятельным, поскольку достаточных данных о том, что Дмитриев А.Я. при оформлении явки с повинной не был в состоянии давать объяснения, не имеется, и в целом такие же показания были даны им в дальнейшем при допросах с участием защитника в качестве подозреваемого и обвиняемого, а также при проверке показаний на месте. То обстоятельство, что в дальнейшем осужденный неоднократно корректировал свои показания, не свидетельствует об их ложности и правильно не воспрепятствовало суду учесть их при постановлении приговора.

Полученные по делу доказательства были исследованы судом в соответствии с требованиями закона и оценены исходя из всей их совокупности Сомневаться в правильности произведенной судом оценки доказательств оснований не имеется.

Квалификация действий Дмитриева А.Я. в полной мере основана на установленных судом фактических обстоятельствах совершенных преступлений и положениях как Общей, так и Особенной частей Уголовного кодекса Российской Федерации. С учетом выводов суда о наличии в действиях Дмитриева А.Я. умысла на убийство потерпевших и отсутствии состояния необходимой обороны суд правильно не нашел оснований для переквалификации содеянного ни на ч. 4 ст. 111 и ч. 1 ст. 111 УК РФ, ни на ч. 1 ст. 108 и ч. 1 ст. 114 УК РФ, как о том ставились вопросы в апелляционных жалобах.

Доводы осужденного Дмитриева А.Я. о том, что при правовой оценке его действий и назначении ему наказания не были в полной мере учтены данные о его личности, опровергаются содержанием приговора суда. В том числе судом исследовались данные о психическом здоровье осужденного и возможной его зависимости от алкоголя и наркотических средств. Согласно полученным справкам из соответствующих медицинских учреждений, результатам наркологического освидетельствования и комплексной судебной психолого психиатрической экспертизы Дмитриева А.Я., он на учете в психоневрологическом и наркологическом диспансерах не состоит хроническими алкоголизмом и наркоманией не страдает и в принудительном лечении не нуждается, как в период инкриминируемого ему деяния, так и во время уголовного судопроизводства каким-либо расстройством психической деятельности или временным психическим расстройством не страдал и не страдает. Указанные данные получили отражение в приговоре, повлияв соответствующим образом на принятые судом решения. Что же касается сообщенной Дмитриевым А.Я. в апелляционной жалобе информации о том, что он в действительности состоял на учете в диспансере по поводу,

то она не получила подтверждения и, кроме того, не является той которая могла бы повлечь смягчение ответственности осужденного.

Каких-либо обстоятельств, которые могли бы послужить основанием для смягчения назначенного Дмитриеву А.Я. наказания, но не были учтены судом, не выявлено.

Принятое судом решение об удовлетворении гражданского иска потерпевшего С на сумму руб. согласуется с выводами суда о виновности Дмитриева А.Я. в причинении потерпевшему физического и морального вреда, соответствует требованиям закона, принципам разумности и справедливости. То обстоятельство, что, как утверждает в своей жалобе Дмитриев А.Я., С злоупотребляет спиртным, не может служить основанием для отказа во взыскании в его пользу компенсации морального вреда, причиненного покушением на его жизнь и нанесением тяжкого вреда его здоровью.

В ходе предварительного расследования и в судебном разбирательстве по уголовному делу каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона которые бы путем лишения или ограничения прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения, допущено не было.

Утверждение же Дмитриева А.Я. о нарушении судом его права на рассмотрение уголовного дела с участием присяжных заседателей на законе не основано. Как следует из ч. 3 ст. 229 УПК РФ, ходатайство о рассмотрении уголовного дела судом с участием присяжных заседателей может быть заявлено обвиняемым после ознакомления с материалами уголовного дела либо после направления уголовного дела с обвинительным заключением в суд в течение 3 суток со дня получения обвиняемым копии обвинительного заключения, до вынесения постановления о назначении судебного заседания.

Из материалов же уголовного дела усматривается, что Дмитриев А.Я. о назначении рассмотрения его уголовного дела судом с участием присяжных заседателей не заявлял ни после ознакомления с материалами уголовного дела ни после получения копии обвинительного заключения. По результатам ознакомления 18 декабря 2014 г. с материалами уголовного дела им было только заявлено ходатайство о проведении по делу предварительных слушаний, но поскольку при этом не были указаны предусмотренные законом основания для проведения предварительных слушаний, судья своим постановлением от 27 января 2015 г. в удовлетворении этого ходатайства отказал и без проведения предварительного слушания назначил уголовное дело к рассмотрению на 3 февраля 2015 г. единолично судьей.

Ходатайство о рассмотрении уголовного дела судом с участием присяжных заседателей впервые было заявлено Дмитриевым А.Я. уже после назначения судебного заседания, что позволило судье, председательствующему в судебном разбирательстве, руководствуясь п. 1 ч. 5 ст. 231 УПК РФ, отказать в его удовлетворении.

С учетом указанных обстоятельств Судебная коллегия не находит оснований для признания нарушенным права Дмитриева А.Я. на рассмотрение его уголовного дела судом с участием присяжных заседателей.

Таким образом, каких-либо предусмотренных ст. 389.15 УПК РФ обстоятельств, влекущих в апелляционном порядке отмену или изменение приговора по уголовному делу в отношении Дмитриева А.Я., не имеется.

Исходя из изложенного и руководствуясь ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, Судебная коллегия

определила:

приговор Новгородского областного суда от 17 апреля 2015 г. в отношении Дмитриева А Я оставить без изменения, а апелляционные жалобы без удовлетворения Председательствующий

Комментарии ()

    Судебная практика

    Судебная практика по статье 231 УПК РФ

    Информация о структуре кодекса

    Карта сайта