Информация

Решение Верховного суда: Определение N 9-О15-2СП от 28.01.2016 Судебная коллегия по уголовным делам, кассация

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

дело№9-015-2СП

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Москва 28 января 2016 года

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Кулябина В.М.

судей Земскова Е.Ю., Дубовика Н.П.

при секретаре Миняевой В.А.

рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по кассационным жалобам осужденных Шулепова А.В., Алексеева СВ. на приговор Нижегородского областного суда с участием присяжных заседателей от 26 июня 2008 года, по которому

Шулепов А В,

судимый:

по приговору Приютовской постоянной сессии Белебеевского суда Республики Башкортостан от 31 августа 2006 года по ч. 3 ст. 158 УК РФ к 2 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года,

осужден по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ к 10 годам лишения свободы; по п. «ж, з» ч. 2 ст. 105 УК РФ к 13 годам лишения свободы; на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ к 18 годам лишения свободы; в соответствии со ст. 70 УК РФ окончательно Шулепову А.В. назначено 19 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима,

Алексеев С В ,,

судимый:

- 22 ноября 2002 года по п. «б, в, г» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 3 годам лишения свободы;

- 18 марта 2003 года, с учетом изменений, по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ ч. 5 ст. 69 УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы;

- 21 февраля 2005 года по п. «а, в, г» ч. 2 ст. 161, ч. 1 ст. 166 УК РФ, ч. 5 ст. 69 УК РФ к 3 годам 8 месяцам лишения свободы; освобожден 17 мая 2005 года по отбытии срока наказания,

осужден по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ к 11 годам лишения свободы; по п. «ж, з» ч. 2 ст. 105 УК РФ к 15 годам лишения свободы; на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ окончательно Алексееву СВ. назначено 19 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Кассационным определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 15 сентября 2008 года приговор суда оставлен без изменения.

Постановлением Варнавинского районного суда Нижегородской области от 5 марта 2012 года приговоры Приютовской постоянной сессии Белебеевского суда Республики Башкортостан от 31 августа 2006 года и приговор Нижегородского областного суда с участием присяжных заседателей от 26 июня 2008 года в отношении Шулепова А.В. приведены в соответствие с уголовным законом. Приговор от 31 августа 2006 года изменен, действия Шулепова переквалифицированы с ч.З ст. 158 УК РФ на п. «а» ч.З ст. 158 УК РФ в редакции ФЗ РФ № 26-ФЗ от 7 марта 2011 года, по которой назначено наказание в виде 1 года 11 месяцев лишения свободы с испытательным сроком 2 года. Приговор Нижегородского областного суда с участием присяжных заседателей от 26 июня 2008 года изменен окончательное наказание по совокупности приговоров на основании ст. 70 УК РФ назначено в виде лишения свободы сроком на 18 лет 11 месяцев без штрафа.

Постановлением Президиума Верховного Суда РФ от 9 сентября 2015 года кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 15 сентября 2008 года отменено и уголовное дело передано на новое кассационное рассмотрение.

Заслушав доклад судьи Земскова ЕЮ., выступление осужденных Шулепова А.В. и Алексеева СВ., адвокатов Пригодина ВВ., Кротовой СВ поддержавших доводы кассационных жалоб, мнение представителя Генеральной прокуратуры Щукиной Л.В. об изменении приговора, Судебная коллегия

установила:

по приговору суда с участием присяжных заседателей Шулепов А.В. и Алексеев СВ., признаны виновными в том, что 20 сентября 2007 года около 06 часов, согласно ранее состоявшейся договоренности о нападении на К с применением насилия, с целью завладения ее деньгами, имуществом и ее убийстве в квартире дома расположенном на улице г. , совершили нападение на К в ходе которого Алексеев СВ. накинул ей на шею шарф и стал стягивать им органы шеи, перекрывая доступ кислорода в легкие, после чего Шулепов А.В. сбил К с ног, сдавил предплечьем руки органы ее шеи, перекрыв доступ кислорода в легкие, а Алексеев СВ. в это время с целью предотвращения сопротивления лежавшей на полу К удерживал ее за ноги. Данными действиями подсудимых К была причинена механическая странгуляционная асфиксия, в результате чего наступила ее смерть, а также причинены другие повреждения в виде пяти кровоподтеков обоих плеч правой голени и области правого коленного сустава и левой подключичной области, мелкие внутрикожные кровоизлияния в области правой ключицы ссадина в области кончика носа. После лишения жизни К

Шулеповым А.В. и Алексеевым СВ. совместно было произведено завладение ее имуществом стоимостью

В кассационных жалобах и дополнениях к ним:

осужденный Шулепов А.В. считает чрезмерно суровым назначенное наказание (т.5 л.д.211), ошибочной квалификацию его действий, ссылается на нарушение уголовно-процессуального закона, указывает, что при задержании ему не был предоставлен адвокат, при доставлении его из в

в багажнике автомобиля, на что он неоднократно писал жалобы, были нарушены его права, а сотрудниками милиции на него было оказано моральное и физическое давление, после чего ему пришлось в отсутствие адвоката написать явку с повинной и давать показания, которые были нужны следователю. Указывает, что проверки по его жалобам на действия оперативных сотрудников являлись неполными, при этом в результате физического давления на Алексеева у него имели место проблемы со здоровьем, ему, Шулепову, также были причинены телесные повреждения.

Явка с повинной, написанная в отсутствие адвоката, является недопустимым доказательством, в связи с чем суд неправомерно сослался на нее в приговоре; просит исключить из числа доказательств:

заявление Алексеева от 24.09.2007 года (т.1 л.д.81-82),

протокол допроса подозреваемого Алексеева от 25.09.2007 года (т.1 л.д.88-90),

протокол проверки показаний на месте Алексеева (т.1 л.д.92),

заявление Шулепова от 24.09.2007 года (т.2 л.д.4,6)

протокол допроса Шулепова от 25.09.2007 года (т.2 л.д.12),

протокол проверки показаний на месте Шулепова от 25.09.2007 года (т.2 л.д. 18-19).

Кроме того просит исключить из числа доказательств:

протокол задержания подозреваемого Алексеева (т.1 л.д.83-84),

протокол задержания подозреваемого Шулепова (т.2 л.д. 7-8), в которых имеются исправления, неразборчивые записи, не отражены имевшиеся телесные повреждения.

При изъятии в квартире джинсов в протоколе обыска не было дано их

описания, в связи с чем считает их недопустимым доказательством.

В ходе судебного следствия председательствующим снят вопрос адвоката Фроловичевой о том, проживала ли мать К вместе с ней, в связи с чем не был выяснен вопрос о принадлежности шарфа, которым согласно обвинению была задушена потерпевшая; показания Б в этой части имеют противоречия, которые не были устранены, что ставит под сомнение правдивость его показаний;

указывает на необоснованность его опознания по фотографии, которые были предъявлены свидетелю О считает, что расследование было неполным; следователь необоснованно отказал в ходатайстве о переквалификации его действий и частичном прекращении уголовного преследования (т.З л.д. 198-199, 201-202);

ссылается на свою невиновность, на недоказанность обстоятельств дела, на противоречия в доказательствах, на ошибки в квалификации, считая что в его действиях содержится только состав преступления предусмотренный ч.З ст. 158 УК РФ;

при ознакомлении с уголовным делом им было установлено, что подпись на заявлении об отказе от защитника (т.2 л.д. 51) ему не принадлежит;

государственный обвинитель в своем выступлении в прениях, своим призывом применить логику, вызвала необъективность и предубеждение у присяжных заседателей;

ссылается на нелогичность и противоречивость описания в приговоре установленных действий осужденных; считает, что квалификация по ч.4 ст. 162 УК РФ является двойным вменением преступных действий;

кроме того, осужденный ссылается на частую смену адвокатов по назначению, на то, что все его ходатайства были отклонены, а из ходатайств Алексеева - большая часть, считает, что суд принял сторону обвинения нарушив требования равенства сторон, на изменение нумерации листов дела;

считает, что вопросы для присяжных заседателей были сформулированы неверно, содержали юридические термины, первый вопрос охватывал сразу несколько преступлений;

в напутственном слове председательствующим допускались противоречивые высказывания относительно квалификации действий осужденных, использовались юридические термины, не все доказательства были указаны;

просит приговор отменить, дело направить на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе;

осужденный Алексеев ссылается на нарушение уголовно процессуального закона, указывает, что имели место побои со стороны оперативников и свидетеля Б который помогал им в его задержании, указывает на недопустимость его явки с повинной, которую написал под давлением оперативников Л и Х и Б оговорив себя и Шулепова, указывает на недопустимость протокола проверки показаний от 25.09.2007 года (т.1 л.д.92-98); просит исключить явку с повинной из числа доказательств по делу;

суд проигнорировал его ходатайство о вызове в суд оперативников и их начальника У

указывает, что изъятие джинсов было произведено с нарушением закона (т.1 л.д.75-76); были приглашены понятые, которые не могли правильно воспринимать ход следственного действия;

председательствующий необоснованно отказал в ходатайствах о вызове эксперта врача-нарколога в судебное заседание для проведения экспертизы а также о запросе в клинике, где он анонимно кодировался, договора на лечение, поскольку неизвестно как на него повлияли гипноз и медикаменты что имело значение для оценки выводов психиатрической экспертизы;

высказывает несогласие с доказанностью фактических обстоятельств дела, применения предмета, используемого в качестве оружия квалификации преступления по пп. «ж», «з», ч.2 ст. 105 УК РФ;

при выступлении в прениях государственный обвинитель ссылался на недопустимые доказательства, его показания о признании вины, в то время как защитнику председательствующий не дал возможность проанализировать данные показания с точки зрения используемой в них оперативно следственной терминологии; считает, что председательствующим были нарушены требования состязательности процесса и равноправия сторон;

считает, что в напутственном слове председательствующем содержались косвенные намеки на виновность подсудимых, при изложении норм уголовного закона, судья не указал на содержание пп. «ж», «з» ч.2 ст. 105 УК РФ, усугубив его положение;

указывает на удовлетворенное председательствующим замечание на протокол судебного заседания как основание для отмены приговора (т. 5 л.д.266);

ссылается на нарушение следователем ст. 195,198 УПК РФ, поскольку с постановлениями о назначении экспертиз он был ознакомлен уже после окончания экспертиз; в связи с этим просит исключить из числа доказательств по делу акты:

цитологической экспертизы № (т.З л.д.81-83),

криминалистической экспертизы № (т.З л.д.66-72),

психиатрической экспертизы № (т.З л.д. 55-56),

трасологической экспертизы № (т.З л.д.34-36),

судебно-медицинской экспертизы № (т.З л.д.6-13).

Проверив материалы дела, Судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Судебная коллегия не усматривает нарушений уголовно процессуального закона при составлении протокола судебного заседания, из содержания которого Судебная коллегия исходит при оценке доводов жалоб поскольку протокол в предусмотренной законом процедуре проверен председательствующим с учетом поданных на него замечаний.

Оснований не согласиться с решением председательствующего по замечаниям на протокол судебного заседания, Судебная коллегия не усматривает. Постановление председательствующим вынесено в предусмотренном уголовно-процессуальном законом порядке и мотивировано, выводы суда являются обоснованными. Как следует из протокола судебного заседания, в нем нашли отражение все этапы судебного разбирательства. Содержание исследованных судом доказательств изложено последовательно и во взаимосвязи друг с другом, вопросы лицам, которые допрашивались, и их ответы имеют смысловую взаимосвязь. При таких обстоятельствах оснований считать, что поданные на протокол судебного заседания замечания рассмотрены неправильно и необоснованно отклонены не имеется.

В связи с изложенным Судебная коллегия при проверке приговора по доводам кассационных жалоб исходит из содержания протокола судебного заседания.

Содержание протокола судебного заседания дает основание для вывода, что вопреки доводам жалоб в ходе производства по уголовному делу были соблюдены принципы судопроизводства, предусмотренные главой 2 УПК РФ, председательствующим созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав; обеспечены требования равенства сторон при участии в судебном разбирательстве и его состязательность, право на справедливое судебное разбирательство компетентным, независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона, право каждого из подсудимых на защиту, в том числе право знать, в чем он обвиняется и на основании каких доказательств, с которыми он ознакомлен при выполнении требований ст.217 УПК РФ.

Законность суда, рассмотревшего дело, сомнений не вызывает поскольку требования подсудности были соблюдены, а передача дела на рассмотрение его судом с участием присяжных заседателей была обусловлена выбором данной формы судопроизводства осужденным Шулеповым, обвинявшимся по ч.2 ст. 105 УК РФ в преступлении, за которое предусмотрено пожизненное лишение свободы (т.З л.д. 194-196).

Как следует из материалов уголовного дела, при ознакомлении в порядке, предусмотренном ст.217 УПК РФ, Шулепову и Алексееву были разъяснены особенности судопроизводства по такой категории дел, права обвиняемого и пределы обжалования приговора.

Предварительное слушание по делу проведено в установленном законом порядке. Судом установлено, что осужденные ознакомлены с материалами дела, им своевременно вручены копии обвинительного заключения, разъяснены процессуальные права, в том числе право ходатайствовать о судебном разбирательстве с участием присяжных заседателей; в ходе предварительного слушания судом также разъяснены права и обязанности сторон, процедура рассмотрения дела, процессуальные последствия заявления подсудимым ходатайства о рассмотрении дела судом с участием присяжных заседателей, пределы обжалования приговора выяснена позиция подсудимых по ранее заявленному ходатайству Шулепова о составе суда. Ходатайство поддержано как Шулеповым, так и Алексеевым (т.4 л.д.28-30).

Беспристрастность суда, рассмотревшего дело, также сомнений не вызывает. Отводов к председательствующему не поступило. Коллегия присяжных заседателей была сформирована в соответствии с требованиями ст. 326-332 УПК РФ, в процедуре отбора коллегии присяжных заседателей председательствующим обеспечено, а сторонами реализовано право на отводы кандидатам в присяжные заседатели.

В отношении присяжных заседателей, вошедших в состав сформированной коллегии, не усматривается обстоятельств препятствующих участию лица в качестве присяжного заседателя в рассмотрении уголовного дела, перечисленных в частях 2, 3 статьи 3 и пункте 2 статьи 7 Федерального закона от 20 августа 2004 года № 113-ФЗ «О присяжных заседателях федеральных судов общей юрисдикции в Российской Федерации».

Мотивированные и немотивированные отводы разрешены председательствующим в соответствии с требованиями уголовно процессуального закона.

Право на отвод кандидатов сторонами было реализовано в полном объеме.

При формировании коллегии присяжных заседателей заявлений о тенденциозности ее состава сделано не было. Отводы отдельным присяжным заседателям в ходе дальнейшего судебного разбирательства не заявлялись.

Как следует из материалов дела, судебное следствие по делу проведено с учетом требований ст. 335 УПК РФ, определяющей его особенности в суде с участием присяжных заседателей, в пределах предъявленного обвинения Нарушений требований ст.252 УПК РФ допущено не было.

Доводы осужденных о неправильном установлении фактических обстоятельств дела, о недостоверности доказательств, о необоснованности обвинения, о совершении убийства Алексеевым без участия Шулепова основанием для отмены либо изменения приговора не являются, поскольку в соответствии со ст.38927 УПК РФ приговор, постановленный с участием присяжных заседателей, не может быть отменен ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, о чем осужденным было известно до рассмотрения дела судом 1 инстанции, поскольку подсудимым разъяснялись процессуальные особенности такого вида судопроизводства, в том числе пределы обжалования приговора, постановленного на основании обвинительного вердикта присяжных заседателей.

Доводы осужденных об указанных ими нарушениях уголовно процессуального закона, допущенных органом расследования, не свидетельствуют о том, что до коллегии присяжных заседателей не была доведена вся необходимая информация либо, напротив, сообщены факты которые не подлежали исследованию в присутствии присяжных заседателей.

Несогласие осужденных с результатами предварительного расследования не свидетельствует о нарушении закона со стороны следователя, который согласно п.З ч.1 ст.38 УПК РФ является процессуально самостоятельным лицом, направляет ход расследования и принимает решение о производстве следственных и процессуальных действий. Процедура судебного разбирательства допускает возможность восполнения предварительного следствия стороной защиты путем заявления ходатайств об исследовании новых доказательств. Помимо этого участники процесса вправе также оспаривать законность процессуальных и следственных действий, допустимость полученных доказательств. Поэтому ссылка осужденных на неполноту предварительного следствия, на отказ следователя в ходатайстве о переквалификации действий и частичном прекращении уголовного дела (т.З л.д. 198-199), не содержит оснований для отмены приговора. Доводы осужденного Алексеева о том, что у него не отбирались образцы крови, противоречит протоколу о их получении (т.З л.д. 154-155).

Судебная коллегия отмечает, что обвинение, предъявленное органом предварительного расследования и поддержанное в суде государственным обвинителем, являлось конкретным и понятным, с объемом доказательств стороны обвинения Шулепов и Алексеев были ознакомлены при выполнении требований ст.217 УПК РФ, доказательства исследовались в судебном заседании в их присутствии, в связи с чем у подсудимых имелась возможность оспаривать обвинение, изложить в присутствии присяжных заседателей свою позицию и соответствующие ей доказательства относящиеся к предмету судебного разбирательства с учетом требований ст.334, 335 УПК РФ. Допустимость представленных сторонами доказательств проверена судом в отсутствие присяжных заседателей, которые в соответствии с их компетенцией оценивали достоверность и достаточность представленных сторонами доказательств.

Кроме того, поскольку в судебном разбирательстве с участием присяжных заседателей вопросы доказанности события преступления, его совершения подсудимым и его вины разрешаются коллегией присяжных заседателей на основании доказательств и при этом присяжные заседатели не исследуют процессуальные аспекты дела в соответствии со ст.334,335 УПК РФ, то ссылки осужденных на процессуальные нарушения в ходе предварительного следствия, которые не свидетельствуют о нарушении права подсудимого на защиту и о недопустимости полученных доказательств, представленных коллегии присяжных заседателей, значения для правовой оценки постановленного приговора не имеют.

Ссылка в жалобе на подделку подписи Шулепова в его заявлении о согласии на замену защитника по назначению, основанием для удовлетворения жалобы не является. По заявлению Шулепова следственными органами проводилась проверка, по результатам которой вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, факты приведенные осужденным, не подтвердились. Подтверждением выраженного Шулеповым согласия, является отсутствие его возражений против участия защитника, которые Шулепов не высказывал в ходе следственных действий.

Вопреки доводам жалоб Шулепова свидетель О не опознал его по фотографии, а кроме того, указанный протокол не был оглашен в судебном заседании.

Тот факт, что в ходе предварительного следствия изменялась нумерация листов дела, не свидетельствует о каком-либо нарушении закона так как формирование материалов дела относится к компетенции следователя, а данных о том, что подсудимые были ознакомлены не со всеми материалами дела, не имеется.

В ходе досудебного производства право на защиту Шулепова и Алексеева было обеспечено, их интересы представляли адвокаты.

Осужденные были своевременно проинформированы, в чем они подозреваются, и ознакомлены с выдвинутым против них обвинением, а с момента, определенного в ст.217 УПК РФ, ознакомлены с доказательствами на основании которых предъявлено обвинение; в ходе судебного следствия Алексеев, Шулепов и их защитник имели возможность осуществлять защиту от предъявленного обвинения, довести до суда позицию стороны защиты согласно которой Алексеев совершил убийство без участия Шулепова, из ревности, а не в связи с разбойным нападением, после чего Шулепов завладел похищенным.

Тот факт, что Шулепов и его защитник были ознакомлены с постановлениями о назначении экспертиз и экспертными заключениями после окончания производства экспертиз, не повлекло нарушения права осужденного на защиту, поскольку в каждом случае Шулепову и его защитнику разъяснялись предусмотренные ч.1 ст. 198 и ч.1 ст.206 УПК РФ процессуальные права, в том числе о возможности постановки дополнительных вопросов экспертам, о назначении дополнительной и повторной экспертиз.

Как следует из протоколов об ознакомлении Шулепова и его защитника с постановлениями о назначении экспертиз и экспертными заключениями у них не имелось дополнительных вопросов к экспертам и ходатайств о назначении дополнительных либо повторных экспертиз (т.З л.д.20, 21, 27, 28, 32, 33, 38, 39, 53, 54,58,59,63,64,74,76,79,80,85,86).

По таким же мотивам не усматривается оснований для отмены приговора также по аналогичным доводам осужденного Алексеева, которые им были высказаны в судебном заседании суда апелляционной инстанции.

Отказ следователя в переквалификации действий осужденного и частичном прекращении уголовного дела, не свидетельствует о нарушении уголовно-процессуального закона, поскольку это не препятствовало осужденным оспаривать обвинение в суде и возражать против квалификации их действий.

Вопреки доводам жалоб председательствующим в судебном следствии в равной мере обеспечивалась возможность представлять доказательства и участвовать в их исследовании как стороне обвинения, так и стороне защиты, удовлетворялись и отклонялись ходатайства, объявлялись замечания каждой из сторон.

При этом позиция председательствующего при разрешении процессуальных вопросов была обусловлена не процессуальным положением участников судебного разбирательства, а обоснованностью самих ходатайств и вопросов, которые они ставили перед судом.

Вопреки доводам жалоб сторона защиты не была ограничена судом в представлении доказательств.

В ходе судебного разбирательства сторонам была обеспечена возможность представить коллегии присяжных заседателей доказательства исследование которых отвечало требованиям ст.334, 335 УПК РФ, а судебное следствие объявлено оконченным лишь после того, как стороны сообщили суду об отсутствии у них ходатайств по исследованию других доказательств и дополнений к судебному следствию.

Случаев необоснованного отклонения ходатайств стороны защиты о представлении доказательств либо необоснованного исключения доказательств, которые подлежали исследованию в присутствии присяжных заседателей, по материалам дела не усматривается.

Весь необходимый объем доказательственной информации до присяжных заседателей был доведен.

Все ходатайства о представлении доказательств стороной защиты рассмотрены с соблюдением требований состязательности в соответствии с предусмотренной уголовно-процессуальным законом процедурой.

При этом по смыслу закона отказ в удовлетворении ходатайства, если оно заявлено необоснованно, не свидетельствует об ограничении стороны в праве на представление доказательств.

Все решения председательствующего по ходатайствам, вопреки доводам жалоб, являются правильными, подтверждаются уголовно процессуальными основаниями, которые усматриваются в материалах дела.

С доводами о том, что председательствующим необоснованно снят вопрос адвоката Фроловичевой о проживании матери К вместе с потерпевшей, не ограничивал сторону защиты в ее процессуальных правах, поскольку этот вопрос выходил за пределы фактических обстоятельств предъявленного обвинения. Вопрос о наличии в квартире шарфа, доставшегося К после смерти ее матери, выяснялся в процессе, в том числе у свидетеля Б которым даны исчерпывающие ответы в этой части.

Является также необоснованным довод о том, что суд проигнорировал ряд ходатайств осужденных. Все ходатайства, которые были заявлены в судебном заседании, председательствующим были разрешены.

Попытка защитника проанализировать показания осужденных на следствии с точки зрения используемой в них оперативно-следственной терминологии была связана с вопросами допустимости доказательств которые в присутствии присяжных заседателей не исследуются, в связи с чем сделанные председательствующим защитнику замечания в полной мере соответствуют требованиям уголовно - процессуального закона, не свидетельствуют об ограничении стороны защиты в представлении доказательств.

Довод о том, что председательствующий необоснованно отказал в ходатайствах о вызове эксперта врача-нарколога в судебное заседание для проведения экспертизы, а также о направлении запроса в клинику, где Алексеев анонимно кодировался, договора на лечение, не свидетельствует о необоснованности приговора. Данное обстоятельство имело значение для разрешения вопросов, которые исследуются после провозглашения обвинительного вердикта. При этом председательствующий обоснованно не усмотрел оснований для удовлетворения ходатайства, в силу того, что при анонимном лечении было невозможно подтвердить факт лечения Алексеева и примененные методы лечения, а, следовательно, оценить доводы осужденного о влиянии указанных обстоятельств на его поведение.

Вопреки доводам жалоб недопустимые доказательства в присутствии присяжных заседателей не исследовались.

Ходатайства о признании доказательств недопустимыми правильно разрешены председательствующим.

Так ходатайство о признании недопустимым вещественного доказательства - синих джинсов и заключения криминалистической экспертизы № от 7.12.2007 года (том 3 л.д. 66-72), предметом исследования которых являлись указанные джинсы, заявленное стороной защиты по мотивам того, что факт изъятия джинсов не был отражен в протоколе осмотра места происшествия, правильно разрешено судом в отдельном постановлении (т.4 л.д.82-86).

Судом установлено, что при составлении протокола была допущена ошибка - изъятые джинсы были указаны как брюки. При этом факт изъятия джинсов и их упаковки нашел подтверждение в показаниях следователя Б проводившего осмотр, специалиста Ч составлявшей протокол со слов следователя и допустившей указанную ошибку, а также понятой Г Из заключения эксперта следует что джинсы поступили на экспертизу в упакованном и опечатанном виде При этом Ч подтвердила авторство сопроводительной надписи к упаковке джинсов. В связи с этим суд пришел к правильному выводу об отсутствии оснований сомневаться в идентичности джинсов, изъятых при осмотре места происшествия и направленных на экспертизу, а следовательно, о безосновательности заявленного ходатайства.

Оснований считать экспертные заключения недопустимыми доказательствами, Судебная коллегия не усматривает, так как они получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, а при ознакомлении обвиняемых с постановлениями о назначении экспертиз, их права, предусмотренные ст. 198 УПК РФ, как указывалось ранее, ограничены не были. Кроме того, в ходе судебного разбирательства, в отношении экспертных заключений (кроме вышеуказанного заключения криминалистической экспертизы) ходатайств об их недопустимости и об исключении данных доказательств из исследования перед присяжными заседателями не ставился, а вопрос о недопустимости криминалистической экспертизы № от 7.12.2007 года, ставился по другому основанию и как указано выше, правильно разрешен в судебном заседании.

Судебная коллегия не может также согласиться с доводами о недопустимости явок с повинной Шулепова и Алексеева, протоколов их допросов в качестве подозреваемых и проверок показаний на месте, которые были оглашены в присутствии присяжных заседателей.

Как следует из протокола судебного заседания, вопрос о допустимости данных доказательств обсуждался в судебном заседании в отсутствие присяжных заседателей и в связи с этим исследовался ряд доказательств по делу, в том числе материал проверки № а по итогам обсуждения ходатайства председательствующим вынесено мотивированное постановление. Суд пришел к правильному выводу об отсутствии связи между телесными повреждениями осужденных и получением от них показаний. В отношении кровоподтека Шулепова, который объективно не зафиксирован, было установлено, что он имелся до его задержания в

и был причинен в ходе конфликта Шулепова со своим знакомым При допросах в качестве подозреваемых Шулепова, Алексеева и проверке их показаний присутствовали адвокаты, что исключает недобровольность полученных от них сведений, а явки с повинной, хотя и были получены в отсутствие защитников, однако по своему содержанию соответствуют сведениям, сообщенным осужденными затем в присутствии защитников, в связи с чем оснований считать сделанные Шулеповым, Алексеевым признания недобровольными не имеется. При этом Судебная коллегия учитывает, что согласно ст. 142 УПК РФ заявление о явке с повинной добровольное сообщение о совершенном им преступлении. Выводы суда изложенные в постановлении председательствующего являются правильными. В связи с изложенным Судебная коллегия не усматривает оснований не согласиться с выводами суда о допустимости вышеуказанных доказательств.

Случаев необоснованного отклонения ходатайств стороны защиты о представлении доказательств либо необоснованного исключения доказательств, которые подлежали исследованию в присутствии присяжных заседателей, по материалам дела не усматривается.

Весь необходимый объем доказательственной информации, который стороны были вправе представить суду в соответствии со ст.252, 334,335 УПК РФ и указали в своих ходатайствах, до присяжных заседателей был доведен.

При выслушивании прений сторон председательствующим обеспечено соблюдение требований, предусмотренных ст.336 УПК РФ, и ограничений установленных ст.334, 335 УПК РФ. Речь государственного обвинителя в прениях соответствовала предъявленному обвинению и исследованным в суде доказательствам.

Подсудимым Алексееву и Шулепову была обеспечена возможность выступить перед присяжными заседателями в прениях и с последним словом.

Вопросный лист соответствует положениям ст. 338 и 339 УПК РФ При его обсуждении председательствующим были рассмотрены замечания сторон и по их существу принято правильное решение.

Вопреки доводам жалоб содержание вопросов, правильно отражает обвинение, которое было поддержано государственным обвинителем по итогам судебного следствия.

Довод о том, что обвинение в убийстве и разбойном нападении представляет собой двойное вменение, на законе не основан.

Ссылка в жалобах на то, что вопросы не соответствовали требованиям закона, являлись трудными для понимания, лишены оснований.

Насколько вопросы являются понятными, определяют сами присяжные заседатели, которые не обращались к председательствующему за разъяснением каких-либо неясностей, как это предусматривает ч.5 ст.338 УПК РФ.

Вопросы были поставлены по обстоятельствам, доказанность которых устанавливается присяжными заседателями. Вопросы, ответы на которые выходят за пределы компетенции присяжных заседателей, в том числе юридического характера, перед ними не ставились.

Структура вопросов не противоречит требованиям закона предусмотренным чч.1,2 ст.339 УПК РФ, регламентирующим содержание основных вопросов.

Доводы о том, что вопросы перед присяжными заседателями не были поставлены в отношении каждого из деяний, в рассматриваемом деле являются необоснованными.

Вопрос о совершении одновременно убийства и разбойного нападения, требованиям ст. 339 УПК РФ не противоречит, поскольку осужденным инкриминировано совершение одного деяния, содержащего в себе два преступления, представляющего собой идеальную их совокупность а согласно ч. 1 ст.339 УПК РФ вопросы ставятся по каждому из деяний.

Напутственное слово председательствующего соответствует требованиям ст. 340 УПК РФ.

Вопреки доводам жалобы осужденного председательствующий, не выражая в какой-либо форме своего мнения по вопросам, поставленным перед коллегией присяжных заседателей, напомнил присяжным заседателям обстоятельства, перечисленные в ч.З ст.340 УПК РФ.

Возражений в связи с содержанием напутственного слова председательствующего по мотивам нарушения им принципа объективности и беспристрастности стороны не заявили.

Каких-либо нарушений закона при постановлении вердикта допущено не было.

Вердикт коллегии присяжных заседателей является ясным и непротиворечивым.

Процедура обсуждения последствий вердикта соответствует требованиям закона. Приговор постановлен в соответствии с вердиктом.

Действия Шулепова и Алексеева правильно квалифицированы в соответствии с фактическими обстоятельствами дела, установленными вердиктом присяжных заседателей.

Наказание за совершенные преступления осужденным назначены справедливо с учетом всех обстоятельств, имеющих значение в соответствии со ст.6,60 УК РФ.

Оснований для отмены либо изменения приговора по доводам кассационных жалоб не усматривается.

В то же время приговор подлежит изменению по основаниям предусмотренным ст. 10 УК РФ.

Вместе с тем, Судебная коллегия усматривает основания для изменения приговора, возникшие после его постановления в связи с изменениями, внесенными в уголовный закон.

Так, наказание Шулепову по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ было назначено с применением положений ч.1 ст. 62 УК РФ в редакции Федерального закона от 14 февраля 2008 г. № 11-ФЗ), согласно которой при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных пп. «и» и (или) «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, и отсутствии отягчающих обстоятельств срок или размер наказания не могут превышать трех четвертей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания.

Федеральным законом от 29 июня 2009 г. № 141-ФЗ в указанные положения внесены изменения, согласно которым срок или размер наказания при наличии вышеуказанных обстоятельств не могут превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания.

В связи с этим, на основании ст. 10 УК РФ, наказание, назначенное Шулепову по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ, с применением положений ч. 1 ст. 62 УК РФ (в редакции Федерального закона от 29 июня 2009 г. № 141-ФЗ подлежит смягчению, в связи с чем наказание, назначенное на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ, пп. «ж», «з» ч. 2 ст. 105, также подлежит смягчению.

Кроме того, поскольку окончательно наказание по рассматриваемому приговору было назначено на основании ст.70 УК РФ путем частичного присоединения неотбытой части наказания по приговору Приютовской постоянной сессии Белебеевского суда Республики Башкортостан от 31 августа 2006 года, в который были внесены изменения постановлением Варнавинского районного суда Нижегородской области от 5 марта 2012 года со снижением наказания, то наказание, назначенное по приговору Нижегородского областного суда с участием присяжных заседателей от 26 июня 2008 года на основании ст.70 УК РФ также подлежит смягчению.

и

На основании изложенного, руководствуясь ст. 377, 378 и 388 УПК РФ Судебная коллегия

определила:

приговор Нижегородского областного суда с участием присяжных заседателей от 26 июня 2008 года в отношении Шулепова А В изменить: наказание по ч.4 ст. 162 УК РФ с применением ч. 1 ст. 62 УК РФ (в редакции ФЗ РФ № 141 от 29.06.2009 года) снизить до 9 лет 11 месяцев лишения свободы.

На основании ч.З ст.69 УК РФ по совокупности преступлений предусмотренных п. «в» ч.4 ст. 162 и пп. «ж», «з» ч.2 ст. 105 УК РФ назначить наказание в виде 17 лет 11 месяцев лишения свободы.

На основании ст.70 УК РФ путем частичного присоединения неотбытого наказания по приговору Приютовской постоянной сессии Белебеевского суда Республики Башкортостан от 31 августа 2006 года (с учетом постановления от 5 марта 2012 года Варнавинского районного суда Нижегородской области о приведении приговора в соответствии с уголовным законом) назначить Шулепову окончательно наказание по совокупности приговоров в виде 18 лет 10 месяцев лишения свободы.

В остальной части приговор в отношении Шулепова А.В. и этот же приговор в отношении Алексеева С В оставить без изменения, а кассационные жалобы - без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

Комментарии ()

    Судебная практика

    Судебная практика по статье 198 УПК РФ

    Информация о структуре кодекса

    Карта сайта