Информация

Решение Верховного суда: Определение N 56-АПУ16-19СП от 11.10.2016 Судебная коллегия по уголовным делам, апелляция

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дело № 56-АПУ16-19СП

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ г. Москва 11 о к т я б р я 2016 года

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Иванова Г.П.

судей Зеленина С Р . и Ермолаевой Т.А.

при секретаре Ивановой А.А. рассмотрела в судебном заседании апелляционное представление государственного обвинителя Ардашевой Н.М., апелляционные жалобы осужденных Соколова Д.В., Даянова И.Р Кулешова А.В., защитников Свинарева С.Ю., Коротченко Н.Г., Бурлаченко А.П., Витенко В.Г., потерпевших Т Д на приговор Приморского краевого суда с участием присяжных заседателей от 10 декабря 2015 года, по которому

Соколов Д В ,

не судимый,-

осужден по

ч. 4 ст. 159 УК РФ к 6 годам лишения свободы,

ч. 2 ст. 327 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы,

на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний, окончательно назначено 8 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима;

Даянов И Р

судимый 17 декабря 2014 года по ч. 3

ст. 30 ч. 1 ст. 228% ст. 64 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения

свободы,-

осужден по

ч. 4 ст. 159 УК РФ к 5 годам 6 месяцам лишения свободы,

ч. 5 ст. 33 ч. 2 ст. 327 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы,

на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний, назначено 6 лет лишения свободы,

на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ, по совокупности с наказанием назначенным приговором от 17 декабря 2014 года, окончательно назначено 7 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима;

Кислик М А

не судимый,-

осужден по

ч. 4 ст. 159 УК РФ к 6 годам лишения свободы,

п.п. «а», «ж», «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ к 18 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год,

на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний, окончательно назначено 20 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на 1 год с установлением следующих ограничений не покидать жилища в период с 22 часов до 6 часов, кроме случаев связанных с необходимостью выполнения трудовых функций по официальному месту работы; не выезжать за пределы соответствующего муниципального образования, в котором расположено место жительства или пребывания осужденного, а также не изменять место жительства или пребывания, а также место работы или учебы, без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы возложить на осужденного обязанность 2 раза в месяц являться для регистрации в специализированный государственный орган осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы;

Кулешов А В

не судимый,-

осужден по

ч. 4 ст. 159 УК РФ к 6 годам лишения свободы,

п.п. «а», «ж», «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ к 18 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 (один) год,

на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний, окончательно назначено 20 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на 1 год с установлением следующих ограничений не покидать жилища в период с 22 часов до 6 часов, кроме случаев связанных с необходимостью выполнения трудовых функций по официальному месту работы; не выезжать за пределы соответствующего муниципального образования, в котором расположено место жительства или пребывания осужденного, а также не изменять место жительства или пребывания, а также место работы или учебы, без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы возложить на осужденного обязанность 2 раза в месяц являться для регистрации в специализированный государственный орган осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

Приговором также постановлено:

оправдать Соколова Д В по предъявленному ему обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.ч. 4, 5 ст. 33 п.п. «а», «ж», «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ в связи с его непричастностью к совершению указанного преступления, на основании п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ;

оправдать Даянова И Р по предъявленному ему обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 33 п.п. «а», «ж», «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ в связи с его непричастностью к совершению указанного преступления, на основании п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ;

признать за Соколовым Д.В. и Даяновым И.Р. право на реабилитацию вследствие уголовного преследования за соучастие в совершении убийства при отягчающих обстоятельствах.

Заслушав доклад судьи Зеленина СР., выступления осужденных Соколова Д.В., Даянова И.Р., Кислика М.А. и Кулешова А.В. с использованием систем видеоконференц-связи, защитников Коротченко Н.Г., Арутюновой И.В., Бондаренко В.Х., Живовой Т.Г., Кротовой СВ поддержавших доводы апелляционных жалоб о незаконности приговора суда, выступление прокурора Генеральной прокуратуры РФ Луканиной Я.Н., поддержавшей доводы апелляционного представления и возражавшей против удовлетворения апелляционных жалоб, судебная коллегия

установила:

Даянов И.Р., Соколов Д.В., Кислик М.А., Кулешов А.В. осуждены за мошенничество путем обмана, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере, повлекшее лишение права гражданина на жилое помещение.

Соколов Д.В. осужден за подделку официального документа предоставляющего права или освобождающего от обязанностей в целях его использования, с целью облегчить совершение другого преступления, а Даянов И.Р. - за пособничество в подделке официального документа предоставляющего права или освобождающего от обязанностей, в целях его использования, с целью облегчить совершение другого преступления.

Кислик М.А. и Кулешов А.В. осуждены за убийство двух лиц совершенное группой лиц по предварительному сговору, с целью скрыть другое преступление.

Преступления были совершены с осени 2012 года по июнь 2013 года в крае при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

Государственный обвинитель Ардашева Н.М. в апелляционном представлении просит об отмене приговора в отношении всех осужденных в связи с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона с направлением дела на новое судебное рассмотрение.

В нарушение ст. 335, 336 УПК РФ, подсудимые Соколов и Даянов систематически оказывали незаконное воздействие на присяжных заседателей, доводили до них сведения, не относящиеся к фактическим обстоятельствам дела, отрицательно характеризующие деятельность правоохранительных органов, ставящие под сомнение допустимость доказательств, которые могли вызвать предубеждение присяжных заседателей.

Даянов сообщил, что является сиротой и обратился к Соколову поскольку не имел собственного жилья, сообщил о наличии осуждения за незаконный оборот наркотических средств.

Аналогичные сведения о сообщил и в прениях, дополнив, что был полностью зависим от Соколова, психологически подавлен, эпизодически употреблял наркотики, в связи с чем иногда не полно понимал смысл происходящего. Вместе с тем, вменяемость Даянова была проверена и подтверждена заключением экспертов.

В прениях Даянов заявил о получении показаний на следствии с применением физического и психологического давления, несмотря на замечания председательствующего указанные сведения могли повлиять на вынесение вердикта.

I

5

При допросе свидетелей Т иТ были озвучены

сведения о наличии у Соколова малолетнего ребенка, за которым

требовался постоянный присмотр.

При допросе свидетеля Т были озвучены не только

отрицательно характеризующие Кислика сведения, но и факты, негативно

отражающие деятельность правоохранительных органов. Аналогичные

сведения о вымогательстве Кисликом денег за непривлечение к уголовной

ответственности были сообщены свидетелем С На вопросы

защитника Бурлакова о «полицейском произволе» Соколов сообщил о

безрезультатных обращениях в правоохранительные органы, в том числе в

прокуратуру и следственный комитет.

Суд сообщил присяжным заседателям о выборочном оглашении

стороной обвинения протоколов допросов Кислика и Кулешов, что

относится к сведениям о проведении следственных действий. Присяжным

заседателям было сообщено о возможности представления обвинением

заключения экспертизы исключительно после допроса подсудимых.

Свидетель Т , отвечая на вопросы защитников, давал пояснения об

обстоятельствах его допроса, вызова и производства следственных

действий. Заявление и обсуждение ходатайств стороны обвинения о

наличии противоречий в показаниях допрошенных С и

Ф проводилось в присутствии присяжных заседателей в

условиях, исключающих ими слышимость, при этом присяжные

заседатели имели возможность наблюдать за обсуждением заявленного

обвинением процессуального ходатайства и следить за реакцией

участников процесса.

Стороной обвинения были представлены допустимые доказательства

- сведения о входящих и исходящих соединениях подсудимых и

потерпевших, содержащиеся в протоколе осмотра документов. Однако

Соколов сообщил присяжным заседателям о наличии иной распечатки

переговоров с телефона его супруги, которая не исследовалась в суде,

поставив под сомнение доказательство обвинения, сообщив о выборочном

подходе следователя при составлении детализации, мотивируя

невозможностью его нахождения в одном месте, а через несколько минут -

в другом. Защитник Свинарев СЮ. в прениях сторон поставил под

сомнение указанные сведения о звонках Соколова.

Государственный обвинитель полагает, что, несмотря на замечания и

разъяснения председательствующего, множественность допущенных

нарушений оказала незаконное воздействие на присяжных заседателей, что

отразилось на содержании их ответов о непричастности Даянова и

Соколова к убийству потерпевших.

В апелляционных жалобах и дополнениях к ним:

Потерпевшая Т просит об отмене приговора с направлением дела на дополнительное следствие, выражает несогласие с вердиктом, указывает на организующую роль Соколова в убийстве С и ее дочери, за что он должен понести суровое наказание.

Потерпевшая Д просит об отмене приговора в части оправдания Соколова Д.В. и о пересмотре дела, ссылается на то, что он организовал убийство ее внука, при этом подделал его паспорт, с помощью которого лишили С квартиры, затем Соколов дал указание об убийстве С и его сожительницы, что и было сделано.

Защитник Свинарев С Ю . в интересах осужденного Соколова Д.В. просит приговор отменить, оправдать Соколова по ст. 159 ч.4 УК РФ в связи с отсутствием состава преступления, наказание по ст. 327 ч.2 УК РФ назначить с применением ст. 73 УК РФ.

Указывает на исключение присяжными заседателями из второго вопроса указания на отсутствие умысла и заинтересованности в действиях Соколова. Как видно из вердикта, Соколов находился в зависимом положении от Кислика и Кулешова, паспорт С подделал в результате давления, в дальнейшем мошеннических действий не совершал Выводы суда о том, что паспорт он передал Даянову для дальнейшего оформления подложных доверенностей и последующие действия Соколова и других осужденных привели к лишению потерпевшего права на жилое помещение, противоречат вердикту.

В приговоре не дана оценка доводам защиты о том, что Соколов действовал в условиях крайней необходимости, при этом ч.4 ст. 348 УПК РФ предусматривает постановление оправдательного приговора при обвинительном вердикте.

Назначенное наказание является чрезмерно суровым, учитывая признание Соколова заслуживающим снисхождения.

Защитник Коротченко Н.Г. в интересах осужденного Соколова Д.В. просит об изменении приговора, оправдании его по ст. 159 ч.4 УК РФ и назначении наказания с учетом ст. 64 и 73 УК РФ.

Считая приговор незаконным и необоснованным, защитник указывает на то, что присяжными заседателями было исключено из вердикта указание на прямой умысел его действий и корыстную заинтересованность, которые предусмотрены ст. 159 УК РФ. Вердиктом установлено, что Соколов находился в зависимом положении от Кислика и Кулешова, в результате давления которых подделал паспорт С Иных действий при совершении мошенничества он не совершал, признан заслуживающим снисхождения. В приговоре указанные обстоятельства не учтены, выводы приговора о целенаправленных действиях Соколова противоречат вердикту.

Утверждает также об отсутствии в действиях Соколова и признаков части 2 ст. 327 УК РФ.

Назначенное Соколову наказание является несправедливым вследствие суровости.

Защитник Витенко В.Г. в интересах осужденного Кулешова А.В просит о смягчении назначенного ему наказания, считая его чрезмерно суровым, обращая внимание на то, что Кулешов своей виновности не отрицал, активно способствовал расследованию дела, установлению участников преступления, подтвердил свои показания в ходе следственного эксперимента, указав места сокрытия тел потерпевших таким образом Кулешов искренне раскаялся, что должно было более существенно повлиять на определение ему меры наказания.

Осужденный положительно характеризуется по месту жительства и работы, к уголовной ответственности привлечен впервые.

Назначив Кулешову по совокупности преступлений срок лишения свободы больший, чем предлагал государственный обвинитель, суд не мотивировал это решение.

Осужденный Кулешов А.В. считает назначенное ему наказание чрезмерно суровым, просит снизить его размер, ссылаясь на то, что дело рассмотрено с обвинительным уклоном, суд не устранил из дела недопустимые доказательства, исследование которых вызвало у присяжных заседателей предубеждение к нему.

На момент возбуждения уголовного дела по факту убийства С существовало неотмененное постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по тому же факту от 18 июля 2013 года которое было отменено лишь 11 августа 2014 года 1-221, поэтому доказательства, собранные до указанной отмены, являются недопустимыми.

Подробно анализирует хронологию рассмотрения заявлений и сообщений о пропаже С , обращая внимание на нарушение сроков принятия решений, что, по его мнению, делает возбуждение уголовного дела незаконным.

Также нарушение сроков возбуждения уголовного дела допущено по факту смерти Т , что должно повлечь прекращение уголовного дела и оправдание осужденных.

Утверждает о фальсификации постановлений о возбуждении уголовного дела, которые не могли быть вынесены 20 января 2014 года с присвоением номера уголовного дела, что также влечет признание доказательств недопустимыми.

Утверждает о ложности проведенных по делу судебно-медицинских экспертиз, основанных на предположениях и допущениях, что вызвано личной заинтересованностью экспертов, поскольку отец убитой Т

является водителем бюро судебно-медицинской экспертизы Аналогичные обстоятельства усматриваются и в отношении убийства С

Лично не читал процессуальные документы следствия, поэтому был лишен права и возможности заявить отвод эксперту и ходатайствовать о недопустимости экспертиз.

Считает также недопустимыми протоколы допросов Кулешова и Кислик и проверки их показаний на месте 20 января 2014 года, поскольку они не были уведомлены об их подозрении в совершении более тяжкого обвинения, чем ст. 105 ч.1 УК РФ, что нарушило их право на защиту.

Проверки показаний на месте были проведены в ночное время в отсутствие неотложности этих следственных действий.

Обращает внимание на допущенные, по его мнению, недостатки в составлении процессуальных документов, свидетельствующие об их фальсификации.

Поскольку следователю Н не поручалась проверка по составленному ей рапорту об обнаружении признаков преступления предусмотренного ст. 327 УК РФ, у нее отсутствовали полномочия по возбуждению уголовного дела.

На момент возбуждения уголовного дела по мошенничеству с квартирой С 7 марта 2014 года было не отменено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по этому же факту от 27 июля 2013 года. Все доказательства, собранные до отмены постановления об отказе в возбуждении уголовного дела и вообще все доказательства по данному делу следует признать недопустимыми, дело прекратить.

В присутствии присяжных заседателей оглашен недопустимый протокол допроса Даянова от 25 марта 2014 года, поскольку ему не были разъяснены его права, в протоколе ссылка лишь на ст. 47 УПК РФ. Также недопустим протокол допроса Даянова от 25 марта 2014 года поскольку составлен из текстов других протоколов.

Копия паспорта С и производные от этого доказательства протоколы являются недопустимыми, поскольку она хранилась у нотариуса, что не предусмотрено законом.

Наличие в деле документов об уголовном преследовании Даянова по ст. 228 ч.2 УК РФ свидетельствует о том, что при допросе 25 марта 2014 года на него оказывалось психологическое давление под угрозой большого срока по другому уголовному делу. Данный протокол допроса является поэтому недопустимым доказательством.

Протокол допроса С незаконно оглашался в присутствии присяжных заседателей в части высказывания о предъявлении ему копии паспорта сына с фото Даянова, поскольку не установлено, какая именно копия предъявлялась.

В судебном заседании по причине бездействия защитников не были оглашены важные для решения присяжных заседателей доказательства.

Ссылается на неполноту судебного следствия - не были оглашены ряд доказательств, имеющих значение для дела, поскольку защита ненадлежаще выполняя свои обязанности, не ходатайствовала об этом, не исследован «шнурок», обнаруженный на теле предположительно Т .

Обращает внимание не противоречия в доказательствах.

Соколов был задержан по подозрению в совершении преступления предусмотренного ст. 105 ч.1 УК РФ, хотя фактически его подозревали в убийстве двух человек, поэтому его показания являются недопустимыми При решении вопроса об аресте Кислика был указан пункт «к» части 2 ст. 105 УК РФ, хотя на тот момент такое обвинение ему еще не было предъявлено. Полученные в результате доказательства считает недопустимыми. Оспаривает законность и обоснованность решений суда о заключении обвиняемых под стражу и продлении срока применения этой меры пресечения.

Считает, что не оглашенные в присутствии присяжных заседателей протоколы допросов оказали психологическое воздействие на судью, а также на показания обвиняемых в дальнейшем, в том числе в суде которые в силу этого также являются недопустимыми. Утверждает, что в суде вынужденно оговорил себя и других осужденных.

Указывает на то, что всех задержанных, кроме Соколова, пытали работники полиции, а привлеченные следователями адвокаты не оказали надлежащей помощи. Адвокат Николаев до допроса Кулешова не мог иметь с ним достаточное время для свидания и консультации Аналогичные доводы приводятся в отношении защитников других осужденных.

Показания подсудимых не могли быть предъявлены присяжным заседателям, поскольку их психическая вменяемость не исследовалась выводы психиатрических экспертиз необоснованны, поскольку с испытуемыми беседовал один эксперт, а не комиссия.

Считает, что неоднократное рассмотрение судьями материалов уголовного дела в ходе следствия, повлекло их необъективность.

Оспаривает содержание следственных действий, проведенных на месте захоронения трупов потерпевших. Протокол осмотра места происшествия является недопустимым доказательством, поскольку ямы были выкопаны до начала осмотра. Недопустимым считает протокол проверки показаний Кулешова на месте, в ходе которого применялся «навигатор», в отношении которого не известно, какой он точности сертифицирован ли, легально ли ввезен в РФ.

Протокол допроса Кислика, предъявленный присяжным заседателям недопустим, в нем не расшифрованы права, предусмотренные ст. 47 УПК РФ, он является компиляцией текстов других протоколов. Аналогичные нарушения в протоколе допроса Кулешова от 2 апреля 2014 года. В конце следственного действия Кулешову устно объявлен состав следственной группы, однако, поскольку ее состав не был объявлен под роспись на постановлении о ее создании, значит такого документа на то время не было и следственные действия были проведены незаконно.

Присяжным заседателям было предъявлено недопустимое доказательство - заключение криминалистической экспертизы, поскольку при получении образцов от Даянова ему не было разъяснено, что он может отказаться от их дачи, заявления Даянова, не приобщались к делу в качестве вещественных доказательств, написаны им вынужденно достоверность выемки документов из уголовного дела вызывает сомнение в протоколе выемки описание изъятого не индивидуализировано. ЭКЦ УМВД зависим от силовиков, а потому эксперты центра подлежат отводу.

Заключение эксперта об обнаружении негашеной извести в захоронениях является недопустимым, поскольку эксперт не дал подписку о разъяснении ст. 57 УПК РФ, не являлся профильным экспертом, не применил хроматограф, а использовал антинаучную органолептическую методику.

Недопустимо и заключение экспертов по трупу С поскольку оно основано на предположениях. В ходе экспертизы исследовали протоколы допросов Кислика и Кулешова, не исследованные перед присяжными заседателями или недопустимые. Эксперты вышли за пределы своей компетенции, указав на соответствие показаний обнаруженным на трупе повреждениям.

Присяжным заседателям продемонстрировано недопустимое доказательство - диск с детализацией телефонных соединений, поскольку диски были направлены следствию ненадлежащим образом.

Процессуальные документы свидетельствуют об отсутствии необходимости производства следственных действий неотложно, в ночное время.

Во всех рапортах оперативных работников номер уголовного дела не соответствует расследуемому.

Указывает, что при ознакомлении его и всех обвиняемых было нарушено право на защиту, выразившееся в недостаточном времени ознакомления.

Судья утратил объективность по делу, продляя срок содержания обвиняемых под стражей по собственной инициативе, только по мотивам тяжести обвинения.

Речь защитника Кулешова адвоката Витенко в прениях коротка и свидетельствует об отказе от защиты. Защитник Коротченко в прениях довела до присяжных информацию о преступной деятельности Кулешова и Кислика.

В напутственном слове председательствующий оказывал незаконное воздействие на присяжных заседателей: говорил о неустановленных обстоятельствах, не полностью сообщил информацию об исследованных доказательствах, признал факт распространения данных, способных вызвать предубеждение у присяжных, как примеры заполнения вопросного листа судья приводил обвинительные примеры.

В кратком вступительном слове председательствующий указал, что это «дело фактически о групповом убийстве», нарушал порядок допроса в судебном заседании, провел фактически опознание Кулешова без процессуальных гарантий, задавал наводящие вопросы, не реагировал на нарушения других участников процесса, отрицательно характеризующих подсудимых и пояснивших о процессуальных вопросах. Судья не вовремя огласил записку с вопросом присяжного заседателя.

Участием адвоката Коротченко было нарушено право Даянова на защиту. Защитники недобросовестно выполняли свои обязанности, в том числе в прениях.

В состав присяжных заседателей была введена Д сотрудник ГУФСИН. Судья не спрашивал у присяжных заседателей о давлении на них, об их осведомленности о деле из других источников. В прениях государственный обвинитель влиял на мнение присяжных заседателей против подсудимых, ссылался на недопустимые, неотносимые и сомнительные доказательства. Потерпевшая Д сообщала недостоверную информацию о том, что С закопали живым.

Осужденный Даянов И.Р. утверждает о чрезмерной суровости назначенного ему наказания, не соответствующего обстоятельствам дела и его личности.

Защитник Бурлаченко А.П. в интересах осужденного Кислика М.А. утверждает о чрезмерной суровости назначенного ему наказания Свою просьбу мотивирует тем, что Кислик М.А. положительно характеризуется по месту жительства, военной службы и работы, ранее не судим, раскаялся, исполнил явку с повинной, полностью признал вину активно способствовал раскрытию и расследованию преступлений, дал изобличающие других соучастников показания. Потерпевшая Д.

подтвердила в суде вручение ей денег, переданных отцом осужденного в счет компенсации морального вреда.

При таких обстоятельствах суд формально учел смягчающие обстоятельства, их следует признать исключительными и снизить срок лишения свободы с применением ст. 64 УК РФ.

Осужденный Соколов Д.В. просит об отмене приговора и оправдании его по ст. 159 УК РФ в связи с отсутствием состава преступления.

Считает, что в соответствии с ответом присяжных заседателей на вопрос № 2 исключается признание его виновным в мошенничестве поскольку признано отсутствие у него умысла, цели и намерения завладеть квартирой, а также наличие группы лиц с предварительным сговором и распределением ролей. Аналогичные выводы делаются осужденным из анализа ответов на вопросы о причастности осужденных к убийству, а также оценки текста предъявленного Соколову обвинения.

Считает, что вопросы перед присяжными заседателями были постановлены судом правильно, что подтверждается показаниями Соколова, Даянова, вердикт является ясным и непротиворечивым.

Вердиктом установлено, что он лишь поделал паспорт С и передал его Даянову. Ссылается на показания свидетелей защиты Обращает внимание на то, что присяжные заседатели признали его заслуживающим снисхождения, в его действиях нет состава преступления предусмотренного ст. 327 ч.2 УК РФ, поскольку преступление не может быть совершено под принуждением и страхом за жизни и здоровье.

Отсутствие мотива совершения преступления свидетельствует о неполном исследовании материалов дела и влечет отмену приговора который не соответствует части 1 ст. 307 УПК РФ.

Суд не указал также, по какой причине не может быть назначено наказание, не связанное с лишением свободы, хотя санкции статей дают такую возможность. Не исследовались вопросы об условиях жизни его семьи, наказание не соответствует тяжести содеянного, суд не привел в приговоре смягчающих обстоятельств, а положительные характеристики и данные о личности указал формально. Полагает, что суд необоснованно не применил к нему ст. 64 УК РФ.

Государственный обвинитель Ардашева Н.М. возражает на апелляционную жалобу защитника Свинарева СЮ., осужденного Соколова Д.В. просит оставить ее без удовлетворения.

Осужденный Соколов Д.В. возражает на апелляционные жалобы потерпевших Т и Д считает, что они не подлежат удовлетворению, поскольку вердикт присяжных является объективным.

Проверив материалы дела и обсудив доводы апелляционного представления и апелляционных жалоб, судебная коллегия не находит оснований для отмены или изменения приговора суда.

Судебное разбирательство по делу проведено в соответствии с требованиями закона, регулирующими особенности судопроизводства с участием присяжных заседателей.

Доводы апелляционных жалоб стороны защиты и потерпевших об иных обстоятельствах дела, о противоречивости доказательств, о несоответствии выводов суда исследованным доказательствам, не являются основанием для отмены приговора суда, постановленного в соответствии с вердиктом коллегии присяжных заседателей, поскольку этот вопрос относится к исключительной компетенции присяжных заседателей и не может быть предметом проверки в суде апелляционной инстанции.

В соответствии со ст. 347, 348 УПК РФ правильность вердикта не подлежит оспариванию сторонами, а несоответствие выводов суда изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, не является основанием для отмены приговора суда, вынесенного с участием присяжных заседателей (ст. 389-27 УПК РФ).

Коллегия присяжных заседателей была сформирована в соответствии с требованиями ст. 328 УПК РФ.

Участие в коллегии присяжного заседателя Д ранее являвшейся архивистом УФСИН, не противоречит требованиям закона Сторонами отводов этому кандидату в присяжные заседатели не заявлялось. Предусмотренных законом оснований, препятствующих Д исполнять обязанности присяжного заседателя установлено не было.

Содержание краткого вступительного слова председательствующего соответствует требованиям части 2 ст. 238 УПК РФ.

В ходе судебного следствия в присутствии присяжных заседателей исследовались только допустимые доказательства.

Подсудимый Кулешов А.В. был допрошен в судебном заседании с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, в отсутствие какого бы то ни было незаконного давления на него.

Доводы о недопустимости протоколов допросов осужденных оглашенных в судебном заседании, являются несостоятельными. Все они соответствуют требованиям закона, из них видно, что следственные действия проводились с участием защитников, после разъяснения обвиняемым их прав, гарантированных законом, при этом протоколы подписаны участвовавшими в допросах лицами без замечаний, каких-либо жалоб на ограничение права на защиту от обвиняемых не поступало.

Доводы осужденного Кулешова А.В. о том, что участвовавшие в деле защитники не должным образом выполняли свои профессиональные обязанности, опровергаются материалами дела, из которых видно, что обвиняемые были согласны на участие защитников, оказывавших им помощь по данному делу, позиция защитников не противоречила позиции обвиняемых, в том числе в судебном заседании и в прениях сторон.

Каких-либо данных о том, что принятые судами и вступившие в законную силу решения судов о применении меры пресечения в виде заключения под стражу и о продлении этой меры пресечения, являются незаконными, не имеется. Неоднократное рассмотрение вопроса о продлении срока содержания обвиняемого под стражей одним судьей не противоречит требованиям закона. Указанные решения подлежат самостоятельном у обжалованию, результаты их обжалования не могут поставить под сомнение законность осуждения Кулешова, основанного на вердикте коллегии присяжных заседателей. В судебном заседании 12 ноября 2015 года председательствующий не проявил необъективность поставив перед сторонами вопрос о мере пресечения, примененной к подсудимым. Как видно из протокола судебного заседания, просьба о продлении срока содержания подсудимых под стражей была высказана государственным обвинителем.

Доводы осужденного Кулешова А.В. о том, что на содержании первоначальных показаний подозреваемых и обвиняемых могла сказаться формулировка подозрения (обвинения), объявленная им, основаны на предположениях. Как видно из материалов уголовного дела, осужденные давали на следствии показания о фактических обстоятельствах дела будучи предупрежденными о том, что эти показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу. При этом требования закона, предъявляемые к протоколу допроса, нарушены следствием не были. Оценка же достоверности данных показаний относится к исключительной компетенции присяжных заседателей.

Выемка копии паспорта, хранящейся у нотариуса, была проведена в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона (ст. 183 УПК РФ) на основании судебного решения. Доводы осужденного Кулешова А.В. о незаконности хранения нотариусом указанной копии документа не могут повлиять на оценку законности выемки, поскольку нарушений уголовно-процессуального закона при ее производстве допущено не было.

Проведение следственных действий в ночное время не противоречит требованиям части 3 ст. 164 УПК РФ при наличии условий, указанных в законе. С учетом необходимости проведения первоначальных следственных действий с лицами, подозреваемыми в совершении особо тяжких преступлений, доводы осужденного Кулешова А.В. об отсутствии безотлагательности проведения следственных действий не могут быть признаны обоснованными.

Отсутствуют и сомнения в способности осужденных давать по делу правильные показания. Стороной защиты вопрос о проверке психической полноценности подсудимых не ставился. Как видно из дела, при обсуждении последствий вердикта исследовались доказательства касающиеся вменяемости подсудимых. Приведенные в приговоре выводы по этому вопросу, являются обоснованными. Заключения судебно психиатрических экспертиз, проведенных в отношении осужденных комиссией врачей, соответствуют требованиям закона.

Вопреки доводам осужденного Кулешова А.В председательствующий не проводил опознание в судебном заседании, он лишь задал вопросы свидетелю, направленные на уточнение того, о каких именно подсудимых давал показания свидетель. Заданный председательствующим потерпевшей Д вопрос нельзя считать наводящим, поскольку еще до него потерпевшая показала, что последний раз видела внука в ноябре 2012 года.

Положения уголовно-процессуального закона, регламентирующие участие присяжных заседателей в судебном следствии путем подачи вопросов председательствующему через старшину, не нарушены.

Оспаривая протокол допроса С протокол осмотра места происшествия, протокол проверки показаний на месте, осужденный Кулешов А.В. ставит под сомнение, фактически, достоверность результатов этого следственного действия, в том числе применения §рз навигатора, однако оценка достоверности доказательств является исключительной компетенцией присяжных заседателей и не может быть предметом проверки суда апелляционной инстанции.

Заключение эксперта об исследовании обнаруженного в захоронениях вещества является допустимым доказательством, поскольку оно дано компетентным экспертом, имеющим высшее химическое образование, с применением указанных в заключении методик, в том числе химических исследований. Как видно из текста заключения, эксперту были разъяснены его права и обязанности, он предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Выводы экспертов по трупу С отвечают на поставленные перед ними следователем вопросы, в том числе о соответствии показаний обвиняемых данным, установленным при исследовании трупа. При этом эксперты исследовали представленные следователем протоколы допросов, а потому не вышли за пределы своей компетенции. Оценка достоверности выводов экспертов, в том числе касающихся причины смерти С является прерогативой коллегии присяжных заседателей.

Доводы осужденного Кулешова А.В. о заинтересованности экспертов, проводивших экспертизы по данному делу, являются не основанными на материалах дела предположениями. Отводов экспертам краевого бюро судебно-медицинской экспертизы и экспертно криминалистического подразделения УМВД по краю стороной защиты не заявлялось, оснований ставить под сомнение объективность экспертов, в том числе с учетом мотивов, изложенных в апелляционной жалобе осужденного, не имеется.

Кулешов А.В. знакомился с заключениями экспертиз после их проведения, а также при ознакомлении с материалами уголовного дела после окончания его расследования и имел возможность оспаривать выводы экспертов, ходатайствовать о проведении дополнительных или повторных экспертиз. Таким образом, его права, связанные с проведением по делу экспертных исследований нарушены не были.

При проведении почерковедческой экспертизы положения закона о получении образцов для сравнительного исследования были соблюдены Даянову И.Р. при проведении с ним следственных действий были разъяснены права, гарантированные уголовно-процессуальным законом Нарушение права на защиту Даянова И.Р. нарушено не было. Адвокат Коротченко Н.Г. осуществляла его защиту лишь при отложении судебного заседания в связи с тем, что необходимое количество кандидатов в присяжные заседатели не явилось в судебное заседание. В следующем судебном заседании Даянов И.Р. отказался от этого адвоката и ему был назначен другой защитник.

Сведения о телефонных соединениях Соколова, Кулешова и других исследовались в судебном заседании при отсутствии возражений стороны защиты. Каких-либо данных о том, что указанные сведения были сфальсифицированы, в деле не имеется, напротив, имеются документы о направлении этих сведений следствию операторами телефонной связи.

Неполнота судебного следствия, о которой утверждается в апелляционной жалобе осужденного Кулешова А.В., в соответствии с действующим законодательством (ст. 38915 УПК РФ), не является основанием для отмены или изменения судебного решения.

При этом судебная коллегия учитывает, что суд создал сторонам условия для реализации ими своих процессуальных прав, в том числе на представление доказательств и участие в их исследовании.

Доводы осужденного о необъективности суда опровергаются протоколом судебного заседания, из которого видно, что дело рассмотрено судом с соблюдением требований уголовно-процессуального закона.

Ссылки осужденного Кулешова А.В. на доказательства, не исследованные в присутствии присяжных заседателей, как и предположения об оказании на Даянова И.Р. психологического воздействия самим фактом наличия в деле сведений о привлечении его к ответственности за иные преступления, не могут поставить под сомнение законность вынесенного вердикта.

Утверждения о незаконности возбуждения уголовных дела содержащиеся в апелляционной жалобе Кулешова А.В., являются несостоятельными. Нарушение сроков рассмотрения заявлений и сообщений о преступлениях, в соответствии с действующим законодательством, не является препятствием для возбуждения уголовного дела и не влечет признание постановления о возбуждении дела незаконным. Поскольку постановления об отказе в возбуждении уголовного дела были отменены после того, как о них стало известно следственным органам, доводы осужденного о незаконности возбуждения уголовных дел и недопустимости полученных в результате их расследования доказательств противоречат положениям уголовно процессуального закона.

При создании следственной группы ее состав был объявлен Кулешову А.В. в соответствии со ст. 163 ч.2 УПК РФ.

Протоколы ознакомления обвиняемых и их защитников с материалами законченного расследованием уголовного дела соответствуют требованиям ст. 217, 218 УПК РФ. В них отсутствуют данные, которые могли бы свидетельствовать об ограничении стороны защиты во времени ознакомления с делом.

Ссылки апелляционной жалобы на указание в процессуальных документах на ненадлежащие номера уголовных дел не могут свидетельствовать о недопустимости исследованных судом доказательств поскольку в уголовно-процессуальном законе не содержится требований касающихся нумерации уголовных дел.

Предположения Кулешова А.В. о фальсификации процессуальных документов не основаны на материалах дела и не могут в силу своей необоснованности являться основанием для выводов о незаконности вынесенного по делу судебного решения.

Постановление о возбуждении уголовного дела по ст. 327 УК РФ соответствует требованиям ст. 146 УПК РФ, оно вынесено следователем то есть лицом, полномочным возбуждать уголовное дело.

Вопреки доводам апелляционного представления прокурора, в ходе судебного разбирательства дела не допущено такого незаконного воздействия на присяжных заседателей, которое могло бы повлиять на содержание принятого ими вердикта.

Ссылки Даянова И.Р. на то, что он, как сирота, обращался к Соколову за помощью по поводу жилья, на зависимость от Соколова, на употребление наркотиков и судимость за незаконный оборот наркотических средств, а также пояснения свидетелей о наличии у Соколова малолетнего ребенка, исходя из содержания этих сведений, не могли повлиять на ответы присяжных заседателей на поставленные перед ними вопросы.

На допущенное Даяновым И.Р. нарушение, выразившееся в сообщении присяжным заседателям сведений о недопустимости его показаний, председательствующий отреагировал в соответствии с законом прервав подсудимого и разъяснив присяжным заседателям, что указанные сведения не могут приниматься ими во внимание при вынесении вердикта.

Сведения, отрицательно характеризующие деятельность Кислика М.А., как работника правоохранительных органов, а также ссылки защитника Коротченко Н.Г. на эту деятельность в прениях сторон показания свидетеля Т об обстоятельствах его вызова на допрос к следователю, исследовались в судебном заседании в соответствии с позицией стороны защиты. Хотя оценка этих обстоятельств напрямую не входит в обязанности присяжных заседателей, сами по себе эти сведения не могли отрицательно повлиять на содержание вердикта присяжных заседателей.

Обсуждение при присяжных заседателях, но в условиях исключающих ими слышимость, вопроса об оглашении показаний, данных допрошенными лицами в ходе предварительного расследования дела разъяснение им хода и особенностей судебного следствия, на которые ссылается в апелляционном представлении государственный обвинитель, а а также оспаривание стороной защиты достоверности распечатки телефонных переговоров, представленной стороной обвинения, не могут быть признаны нарушениями закона, регламентирующего разграничение компетенции присяжных заседателей и председательствующего.

В напутственном слове председательствующего присяжным заседателям вновь было разъяснено, что данные, характеризующие подсудимых, а также ссылки на недопустимость исследованных доказательств, не должны приниматься во внимание при ответах на вопросы вердикта.

Таким образом, вопреки доводам апелляционного представления допущенные сторонами нарушения не носили систематического характера а принятые председательствующим в соответствии с уголовно процессуальным законом меры не дают оснований считать, что указанные нарушения повлияли на объективность присяжных заседателей.

Закон не обязывает председательствующего в ходе судебных заседаний задавать присяжным заседателям вопросы о том, оказывалось ли на них давление и об иных источниках их осведомленности о деле поэтому соответствующие доводы апелляционной жалобы осужденного Кулешова А.В. не могут свидетельствовать о нарушении закона.

Сделанное Даянову И.Р. замечание во время его выступления в прениях является обоснованным, поскольку подсудимый сослался в присутствии присяжных заседателей на недопустимость своих показаний данных на следствии, что противоречит требованиям ст. 334, 335 УПК РФ.

Разъяснения председательствующего, сделанные присяжным заседателя после выступления в прениях защитника Майоровой У .В соответствуют требованиям закона.

Содержание выступлений в прениях государственного обвинителя и потерпевшей Д не противоречит требованиям ст. 336 УПК РФ. Председательствующий правильно разъяснил присяжным заседателям что выступления сторон в прениях не являются доказательствами.

Вопреки утверждениям осужденного Кулешова А.В., напутственное слово председательствующего соответствует требованиям ст. 340 УПК РФ В нем он напомнил присяжным заседателями об исследованных в судебном заседании доказательствах, не выражая при этом своего отношении к доказательствам и не делая выводов из них. Высказывания председательствующего, на которые ссылается в жалобе осужденный, не свидетельствуют о выражении председательствующим своего отношения к доказательствам. Упоминая факты исследования в присутствии присяжных заседателей сведений, оценка которых не входит в их компетенцию председательствующий в соответствии с законом разъяснил, что эти сведения не должны приниматься присяжными заседателями во внимание при вынесении ими вердикта. Разъяснения председательствующего об особенностях оценки доказательств и функциях сторон не противоречат требованиям закона. Разъясняя правила заполнения вопросного листа председательствующий приводил как примеры положительных ответов так и отрицательных: «нет, не доказано».

Вердикт коллегии присяжных заседателей является ясным и непротиворечивым.

Вопреки доводам стороны защиты, вердиктом не установлено обстоятельств, позволяющих сделать вывод о том, что Соколов при совершении мошенничества и подделки официального документа действовал в условиях крайней необходимости.

Вывод суда первой инстанции о наличии в действиях Соколова состава преступления, предусмотренного ст. 159 ч.4 УК РФ является правильным, доводы стороны защиты об иной оценке ответа присяжных заседателей на вопрос № 2 отвергнуты обоснованно.

Признанные доказанными обстоятельства участия Соколова в совершении преступлений свидетельствуют о его предварительном сговоре с Даяновым о подделке паспорта, о наличии у них обоих умысла на использование паспорта для мошеннического завладения квартирой С и о совместных согласованных дальнейших действиях всех осужденных, направленных на незаконное завладение квартирой потерпевшего.

Следовательно, вывод суда об умышленном и корыстном характере действий Соколова, является правильным.

Соответствует положениям уголовного закона и квалификация действий Соколова по ст. 327 ч.2 УК РФ, поскольку вердиктом коллегии присяжных заседателей установлено, что он с целью облегчения совершения мошенничества подделал паспорт С .

Факт оправдания Соколова Д.В. по предъявленному ему обвинению в соучастии в убийстве в соответствии с ответом присяжных заседателей на вопрос № 15, не может повлиять на квалификацию его действий по мошенничеству и подделке документа, основанную на ответах присяжных заседателей на вопросы №№ 1 и 2.

Суд назначил осужденным наказание в соответствии с требованиями главы 10 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенных преступлений.

Назначая наказание Соколову Д.В., суд учел признание его заслуживающим снисхождения. Размер назначенного наказания соответствует положениям закона, оснований для применения к нему требований ст. 64, 73 УК РФ суд не усмотрел обоснованно.

Доводы осужденного Соколова Д.В. о том, что суд, назначая наказание, не учел условия жизни его семьи, опровергаются материалами дела. Как видно из приговора, при решении вопроса о назначении Соколову Д.В. наказания суд учел, что у него на иждивении имеется малолетний сын, а также бабушка года рождения, страдающая заболеванием. Кроме того, в приговоре указано, что Соколов Д.В. женат работает, при определении размера наказания суд учел образ жизни осужденного и его положительные характеристики, на которые он ссылается в своей апелляционной жалобе.

Вопреки мнению осужденного, санкции уголовного закона, по которому он осужден, не предусматривают назначение иного основного наказания, кроме лишения свободы. При таких обстоятельствах суд не обязан мотивировать назначение ему этого вида наказания.

При назначении наказания Кулешову А.В. судом были учтены данные, положительно характеризующие осужденного, и отсутствие у него судимости, а также смягчающее обстоятельство, на которые ссылается защитник Витенко В.Г. - активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, выразившееся в признании вины и даче показаний, изобличающих других соучастников.

При определении меры наказания суд не связан предложениями сторон, высказанными по этому вопросу, руководствуясь обстоятельствами, указанными в ст. 60 УК РФ.

23

Назначенное Даянову И.Р. наказание как за совершение конкретных преступлений, так и по их совокупности, а также на основании ст. 69 ч.5 УК РФ, не может быть признано чрезмерно суровым, поскольку оно соответствует как тяжести содеянного, так и приведенным в приговоре данным о его личности.

Наказание Кислику М.А. назначено с учетом положительно характеризующих его данных, отсутствия судимости ранее, а также смягчающих обстоятельств - явки с повинной, активного способствования раскрытию и расследованию преступлений, выразившегося в признании вины и даче показаний, изобличающих других соучастников, а также возмещения морального вреда, причиненного потерпевшей, в сумме 100000 рублей.

Таким образом, указанные в апелляционной жалобе защитника Бурлаченко А.П. обстоятельства уже были учтены судом при назначении наказания Кислику М.А., а потому оснований для смягчения наказания и применения ст. 64 УК РФ не имеется.

Справедливость назначенного осужденным наказания сомнений у судебной коллегии не вызывает, оснований для его смягчения не усматривается.

90 98 та

На основании изложенного и руководствуясь ст. 389 ,389 ,389 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

Приговор Приморского краевого суда с участием присяжных заседателей от 10 декабря 2015 года в отношении Соколова Д В , Даянова И Р , Кислика М А и Кулешова А В оставить без изменения апелляционные представление и жалобы - без удовлетворения Председательствующий

Судьи

Комментарии ()

    Судебная практика

    Судебная практика по статье 57 УПК РФ

    Информация о структуре кодекса

    Карта сайта